Фронтир - Яков Литвинов

– Ладно. Я поеду уже. Хотела просто вас приободрить, а то вы совсем кислый. А в праздник, тем более в Новый год, никак нельзя быть таким грустным и без компании. Счастливого Нового года! – Девушка встала и пошла в сторону метро.

– Постойте.

– Ого. Чего это на тебя нашло?

– Да-да?

– Можем обменяться контактами?

– Давайте, почему нет, – девушка улыбнулась и продиктовала ему свой номер телефона, после чего еще раз попрощалась и ушла.

– Похоже, ты все-таки заболел, парень.

– Черт его знает.

Что-то непонятное в этой девушке зацепило Винсента изнутри, и он впервые в жизни совершил подобное. Он сам отметил, что еще при встрече под дождем был пленен ее красотой. Густые черные волосы с несколькими красными локонами и глаза цвета чистого льда прекрасно сочетались с ее мертвенной бледностью, делая похожей на искусно сделанную куклу, которую кто-то наделил душой.

– Вообще она права, нельзя оставаться в такой праздник одному. Как хорошо, что у тебя теперь есть я. – Потрошитель засмеялся.

Винсент ничего не ответил. Он лишь молча сидел и не двигался. Просидел он так еще примерно час, после чего резко встал.

* * *

Винсент стоял посреди дверного проема под удивленными взглядами всех в кафетерии. Он уже успел доехать до бара Папаши, выпить с ним и со всеми охотниками, которые там собрались, позвонил Броншевски и приехал сюда.

– Винсент. Я очень рад, что ты пришел к нам, – сказал Демин. – Заходи.

– Извините, я с пустыми руками.

– Ничего, в следующем году за всех на стол накроешь, – съязвил Ахимас, открывая бутылку с вином.

Парень прошел внутрь и снял пальто. Сегодня здесь, помимо всех его коллег, сидел и Моисей, которому было всё равно, где встречать Новый год, но явно приятно в компании новых знакомых.

Все столы были сдвинуты вместе и накрыты белой скатертью, все места уже были сервированы, даже место для Винсента. На тарелке для каждого лежало несколько мандаринов.

Из колонок лилась приятная негромкая праздничная музыка, которая всё же была громче телевизора, по которому показывали какое-то глупое новогоднее шоу. Всё равно никто его не смотрел.

Постепенно все сели за стол и, приступив к праздничной трапезе, непринужденно разговаривали. Было удивительно, как может быть столько новых тем у людей, которые видят друг друга каждый день. Сегодня даже лица полковника и Кендзо, которые обычно ничего не выражали, обладая мимикой камня, были по-человечески простыми. Винсенту показалось, что даже во взгляде Анны сегодня нет присущей ей ненависти к нему.

«Кажется, я ошибся, – подумал Винсент. – Они не заложники своей ситуации, они – семья».

– Получается, следуя твоей логике, что единственный заложник здесь – это ты сам.

Глава XV: Дивный новый мир

Это невероятно! – сказал Луций, стоя перед решеткой в огромных размеров вольере.

Его челюсть буквально отвисла, а лорд Валлерстайн стоял рядом и довольно улыбался, радуясь тому, что смог произвести на своего гостя такое впечатление.

Но восхищение Луция вызвало не строение поистине монументального масштаба, а тот, для кого это строение было возведено. Под просторными и армированными сводами вольера летало самое большое из известных живых существ – красный дракон.

Эти монстры заслуженно считались хозяевами небес и наводили страх на города и поселения, стоило им только показаться на горизонте. Они могли подниматься на такую высоту, что ни один лучник, даже самый блестящий, не мог в них попасть, а стоило им начать пикировать, как шансов на спасение у жертвы почти не оставалось. Их шипастая кожа была столь прочна, что ее не мог пронзить никакой клинок, а потоки пламени из их пасти могли расплавить даже камень.

Единственной отрадой было то, что этих непобедимых монстров никогда не было много, в отличие от их младших собратьев. Они жили долгой, но уединенной жизнью, часто впадая в длительные спячки. Тем не менее даже спящего красного дракона невозможно было убить или пленить, застав врасплох.

В небе их становилось видно всё реже и реже, а их нападения практически прекратились. С момента коронации нынешнего монарха произошло всего два подобных случая.

И вот Луций, которому с детства прививали страх к этим величественным существам, сейчас наблюдает, как один из властителей неба находится взаперти с массивным металлическим намордником на пасти и не менее огромным ошейником.

– Признаю, герцог, вы меня удивили. Как вам удалось его поймать? – в каждом слове Луция слышался его почти детский восторг от увиденного.

– Хитростью, милорд. Хитростью и технологиями. Ни одного клинка или стрелы не было сломано, когда мы захватили этого дракона. Как-то раз я узнал, что недалеко от одного из моих поселений стали замечать красного дракона. А к тому времени я уже давно загорелся желанием поймать одного. И у меня уже был разработан план. Первое, что было нам необходимо, – выманить дракона как можно ниже, и для этого к тому поселению свезли очень много скота. Второе – обезвредить самого дракона. И в этом нам помогло одно нехитрое приспособление из бумаги и нескольких палок. Если соорудить их определенным образом, получившаяся конструкция сама по себе взмоет вверх, подгоняемая воздухом. Правда, мы всё же для верности развели костры, чтобы теплый воздух толкал ее вверх. Так вот, эту самую конструкцию мы покрыли нитями из металла и толчеными кристаллами нигредо. Ох, представили бы вы себе, как трудно было стереть их в порошок. К устройству мы протянули металлические нити, измазали свежей кровью скотины и накидали сверху шерсти. И подняли всё это вверх. Не упущу случая похвастаться, сказав, что я лично управлял этим воздушным змеем. План был до глупости рисковым, так как дракон мог и не обратить внимания на летающую наживку. Но судьба и Черное Солнце благоволили мне, и дракон с лихвою ее заглотил. А дальше лишь дело техники. По металлическим тросам подали… хм-м… направленную энергию, назовем ее электричеством, и она, взаимодействуя с толченым кристаллом, ударила дракона изнутри подобно тысяче самых острых клинков. Дракон рухнул, мы заковали его и доставили сюда. Вольер, как вы могли догадаться, уже был давно готов.

– Это звучит нереально, герцог. Вы поражаете меня до глубины души.

Поражен до глубины души – именно так можно было описать состояние Луция с того самого момента, как их карета пересекла границу Круга Гнева.

Вдоль всех дорог стояли столбы, на которых лежали гибкие тросы. По словам лорда Валлерстайна, это был способ скоростного обмена