Направо от Юпитера - Матвей Геннадьевич Курилкин

— Все вдруг на него! — Крикнул Макс, уже понимая, что они не успеют. Слишком быстро. Они с корветом сближаются слишком стремительно, а все трое оставшихся товарищей уже потеряли скорость. Они тоже спешат на помощь, но дуэль Макса с корветом состоится раньше.

Он начал стрелять, как только корвет попал в пределы дальности орудий. Одновременно с корветом.

И опять стала заметна разница в опыте. Ни тот, ни другой пока не попадали, но Макс видел, как близко проходят снаряды врага. У него так близко попасть не выходило.

— Максим, вы встретитесь раньше, чем мы догоним, — напряжённо сказал Иван.

— Без сопливых…

Макс продолжал стрелять, надеясь хоть на случайные попадания. Даже попал один раз, только этого мало, чтобы перегрузить щит корвета. Восемь попаданий — ровно столько нужно, чтобы из его пушки сбить щит корвета. И потом ещё от одного до четырёх, чтобы подбить корабль.

Корвету нужно попасть всего пять раз до того, как щит истребителя сдохнет.

Макс выпустил обе ракеты. Это помогло — пилоту корвета пришлось отвлечься, чтобы их сбить. Но ненадолго.

— Да ты снайпер, штоле, сцуко⁈

Десять секунд! Этот долбаный ас сбил обе ракеты всего за десять секунд! Когда Макс пытался провернуть такой же фокус на симуляторе, у него уходило по меньшей мере полминуты!

«А теперь этот хренов урод сосредоточится на тебе, и тогда всё, кранты…»

Они продолжали идти встречными курсами. Если Макс отвернёт сейчас в сторону, это ничем не поможет — только сложнее станет уклоняться от дивно удачных выстрелов противника. Однако от них и так становится сложнее уклониться — чем сильнее они сближаются, тем меньше времени на реакцию.

«Так, ладно. Ты во всём меня лучше, друг. Только хрен тебе по всей морде, есть у меня идея. Надо продержаться ещё полминуты…»

Пять попаданий. Одно Макс уже пропустил, не успев уклониться. Осталось четыре, и он останется без защиты. И пилот корвета об этом знает.

Он уже и не пытался попасть по корвету. Всё внимание уходило только на то, чтобы не получить оставшихся четыре попадания раньше времени. Десять секунд, двадцать… Макс словил сразу две плюхи. Через пять секунд — ещё одну. И ещё.

Перед глазами ярко вспыхнуло. Щит сдох. Диким усилием Макс дёрнул истребитель в сторону. Да! Ещё одно попадание. Прямо в брюхо. Резкая боль где-то в животе — это истребитель сигнализирует о повреждениях. Макс вырубил двигатели, заглушил связь. Страшно. Сейчас он совсем беззащитен. Ни уклониться, ни убежать.

«Будет добивать, или нет?»

Истребитель кувыркается навстречу корвету по инерции. Вселенная вертится перед глазами — огромный Юпитер, маленькое Солнце. Яркие звёзды. И злая яркая точка корвета, который всё ближе и ближе.

Сосредоточиться на ней очень трудно. Макс впервые чувствует, что его вот-вот стошнит — такой карусели ему испытывать не приходилось. Но полёт нельзя подправить.

«Интересно, решит добить оставшуюся тройку, или решит свалить?»

Пилот корвета оказался достаточно рационален, чтобы не тратить время на недобитков. Догнать его они уже не смогут. Он пронёсся мимо Макса всего в трёхстах километрах. И тогда Макс резко врубил двигатели, выравнивая полёт, и изо всех сил, скороговоркой, заорал свои «Пыщь-пыщь-пыщь».

Дурацкая привычка. Давно уже знает, что достаточно намерения, чётко и ясно оформленного, но вот, никак не может отвыкнуть. Очередь металлических болванок полетела прямо в хвост корвету, и уклониться от них он уже никак не успевал. Слишком огромная скорость, слишком маленькое расстояние.

Два попадания, пять, семь, десять…

Двигатели корвета погасли. Он получил повреждения в самое уязвимое место.

«Ну да, подло, конечно. Будет в следующий раз добивать всех, просто на всякий случай. А вот нечего патроны экономить!»

— Макс, ты живой! Почему не отвечал⁈

— Я думал, вас насмерть сбили, господин капитан!

— Да, собственно, я и притворялся трупом, — устало сказал Макс. — Надо было, чтобы он поверил. И, кстати, у меня энергия на нуле. Мне что-то важное повредили, так что я дальше с вами не лечу. Вы это, к нему не приближайтесь только. Сопровождайте на почтительном расстоянии, пока остальные не прилетят.

«Интересно, почему мне сейчас настолько всё пофиг? — флегматично подумал Ермаков. — Отходняк, что ли?»

Глава 18

Максим Ермаков, йо-йо

Сонливость накатывала волнами. Макс пытался взбодриться, даже щипал себя за руки, но надолго прийти в себя не получалось, и скоро перед глазами снова начинало плыть. Ещё и во рту стало невыносимо сухо.

«Да что со мной такое? Неужто так пересрался?»

— Вань, надо Винтика подобрать. Может, жив ещё? У него, вроде, в районе маневровых попало. Непонятно, почему молчит, — Напомнил Макс.

— Подберём, Максим. Но сначала — тебя. Скажи, куда тебя ранило?

— Никуда, вроде. Живот болит, но это обратная связь. От истребителя. Мне походу энерговоды перебило. Чудом, на резервных, эту скотину подбил. Но они тоже сгорели.

— Тогда почему ты говоришь короткими фразами, и так медленно? С тобой что-то не так. Старайся лишний раз не шевелиться! — В голосе Ивана звучало искреннее беспокойство. И ещё — испуг. А вот Макс испугаться никак не мог.

Оставшаяся часть поисковой команды явилась через два часа. К этому времени Ермаков уже больше даже не удивлялся своему состоянию — даже на это сил не хватало. Иван что-то плачущим голосом кричал, задавал какие-то вопросы, время от времени подавали голос Шпунтик и Незнайка, и Макс им даже пытался что-то отвечать, но, похоже, получалось скверно. Те его толком и не слышали. Зато, когда явился инструктор, он быстро всё организовал. Только успевай следить, как засуетились нейроумки!

Макс с отстранённым интересом наблюдал, как его сцепляют с истребителем Винтика, и — сюрприз! — подбитым корветом. Даже взбодрился ненадолго, очень уж неожиданное соседство. Дорога к станции вышла долгой — с такой ненадёжной конструкцией толком и не ускоришься, рассыплется. Лететь пришлось несколько часов. Макс за это время вздремнул и слегка взбодрился — по крайней мере перед глазами слегка прояснилось.

Проснулся перед самой станцией, полюбовался, как их затаскивают в ангар. Хотел выбираться из истребителя, но почему-то не получилось — обтёкшее его кресло как будто не желало отпускать.

— Землянин, не дёргайся, — раздался в ушах недовольный голос инструктора. — Сейчас разберёмся с нарушителем, и тобой займёмся.

«Чего мной-то заниматься? Я ж, вроде, молодец и вообще герой, наказывать не за что. Или типа истребитель похерил? Так у нас их много делают,