Последний охотник на демонов - Салини Голденберг

– Без понятия. А как со сломанной ногой жить?

Улыбка чародея лишь слегка дрогнула.

– Уж как-нибудь переживу. Но если бы ты навеки лишил меня возможности говорить, я бы не дал тебе и вздоха сделать.

– Знай я, что ты такой трусливый наглец, так бы и поступил.

– Меня поражает твое высокомерие, особенно на фоне других членов твоей гильдии. Уж поверь, сохранить тебе жизнь было непросто. Пока мы не вернемся в столицу, ты жив лишь благодаря сделке с господином Сидомом Да.

Он убрал рукава и показал крохотную фигурку, которую держал в руках. Куколка из белой ткани с двумя красными точками вместо глаз и с закрепленными на голове прядками волос Экса. Должно быть, он их вырвал, когда они боролись. Вокруг шеи была обмотана тонкая проволока. Когда чародей медленно за нее потянул, шрамы на шее Экса зачесались, и ошейник сдавил горло так, что и вздоха не сделать.

Впервые на него навели порчу. Вот и объяснение последним ранениям. Интересно, за такое метку дают?

– Достаточно лишь ладонью шевельнуть, и твоя глупая головка оторвется, но я уверен, что кронпринц сам захочет тебя убить. Это дешевле. – Он ослабил проволоку, а вместе с ней и ошейник и улыбнулся одними глазами.

Экс терпеть не мог подобную беспомощность. Раз они хотят зверя, они его получат. Но каждый раз, когда он пытался нырнуть в Вечносущее, ему что-то мешало. Он повернул голову и уставился в окно. Точнее, на занавески. Министр прокашлялся.

– Скажи мне, что это такое?

Экс отказывался на него смотреть. Убийца схватил его за волосы и повернул его голову. Эксу этот человек бурей не казался, да и праведностью тут и не пахло. Скорее так, легкий дождичек, небесная ссанина, что пыталась казаться важной.

– Без понятия, Ссыклон. Кучка ублюдков, что меня в повозке катает?

Министр Айюн фыркнул в ответ на оскорбление.

– Детский лепет, – пробормотал он, поднося руку в перчатке ближе к фонарику в повозке. Экс хотел снова его оскорбить, но проклятия попросту таяли на языке. С леденящим душу благоговейным выражением лица министр держал в пальцах глаз Шар-Алы и лицо его дрогнуло, когда изнутри донесся гул сокрытой в глубине силы.

– Среди всех безделушек, что ты при себе таскал, эта… отличается от остальных. Она чистая, идеальная. Живая. – Мужчина чуть ли не слюни пускал. – Она жаждет, желает, алчет. Я чувствую ее шепот. Она всегда должна была быть моей.

Это был не чародей, а некромант.

Лишь того, кто тянется к магии смерти, так влечет око мертвого демона. Но корона, насколько Эксу было известно, запретила использование черной магии. Впрочем, его не было в столице три месяца. Такую магию не привечали еще за десятки лет до его рождения. Что же изменилось? Одно дело, когда у тебя прикормленный чародей, но практикующий запретную магию некромант – это неслыханно. Экс глянул на сидевших у него по бокам в поисках подтверждения.

– А вы кто, его яйца? Правое и левое?

Женщина фыркнула.

– Мы – богатые люди.

– Продажные трусливые наймиты. – Экс хотел было продолжить, но тут ошейник снова сдавил его шею.

– Потявкай мне тут, щенок. – Министр ухмыльнулся и поднес глаз Шар-Алы ближе.

Экс поморщился, чувствуя, как у него волосы дыбом встают. Он не просто так держал эту проклятую хрень в свинцовом мешке. Не просто так собирался не продавать глаз – его надо было принести в гильдию.

Взгляд его зацепился за глаз Шар-Алы, несмотря на все попытки отвести взор. Он слышал шепот тьмы, отголоски криков и кошмаров. Он не разделял восторга министра, но не мог отрицать неослабевающей силы Истинного Демона, заключенной внутри тонкой мембраны между миром призраков и реальностью.

Экс отдернул голову и зажмурился. Ублюдок довольно рассмеялся.

– Я так и знал. В этой сфере есть реальная сила. И ты мне расскажешь, что это такое и как ею воспользоваться.

– Ею нельзя воспользоваться, – ответил Экс, прячась во тьме. В голове пульсировала бессознательная боль, от чего ему было дурно и к горлу подступала тошнота.

– Можно. Что я и сделаю. Это лишь вопрос времени. Способы у меня есть. – Министр тяжело вздохнул, после чего убрал глаз. Экс расслабился, но лишь до тех пор, пока министр не потянул снова за проволоку на шее куколки и ему снова перехватило дыхание. – А если не скажешь ты, то скажет она.

На этот раз он не боролся и позволил тьме его утянуть.

Глава двадцать третья. Астрама Дваждырожденный

Плоть демонов нельзя было описать простыми терминами. На вкус она была ни сладкой, ни кислой. Может, острой? Разве что самую малость. Неискушенный никогда бы не смог оценить эту сочность, чистую силу и энергию. Это был вкус, богатый благословениями дэвов.

Астрама Дваждырожденный еще не успел зализать раны, когда Шар-Ала пал. О подобных тривиальных вещах он позабыл в угоду новому убийству.

Да, на вкус кровь духов была одинакова для непривычного языка. Но кровь этого древнего была как выдержанное вино…

«Быть может, это просто мое воображение», – подумал Астрама, жуя особенно богатый хрящами кусок мяса. Вместе с молодым охотником они за этим зверем уже год бегали, много полных лун возвращались ни с чем. Столь желанная цель, а мальчик не разделал добычу на месте. Необычно. То, что он обычно считал ценным, несъедобные части, он оставил здесь. Когти, зубы, кости. Может, он за ними вернется.

Астрама довольно долго ждал, прежде чем приняться за органы. Лишь после этого он принялся зализывать раны до тех пор, пока не смог ходить без труда – свежая трапеза наполнила его тело силой. К тому времени уже почти рассвело, а юный охотник все не возвращался. Возможно, он слишком отвлекся на ту течную самку. Они очень старались не спариваться. Почему? Астрама не понимал. От них так несло феромонами, что в их присутствии ему чихать хотелось.

Когда же настало утро, Астрама взял в зубы когтистые лапы Шар-Алы. Он вернулся в лагерь молодого охотника, где уже давно потух костер. На земле валялось несколько разбросанных листьев коки там, где была девушка…

Ее зовут Аринья. От ее ауры тянуло драгоценными камнями, лакированным деревом и жасмином, звуками шелка и вещами, что имелись лишь у человеческих правителей. Она была своего рода королевой или принцессой или просто кем-то близким к власти. Охотник так почтительно на нее смотрел, считая ее драгоценной королевой диких земель.

Как радостно следить за игрой щенят в гнезде.

Астрама покинул свой дом давным-давно. Таких, как он, в лесах не часто можно было встретить. Впрочем, полудухи и в его родных землях редко встречались.

Полудухи с другими не очень сходятся. Астраму не изгоняли, но его не больно-то уважали.