Путь Строителя 15 - Алексей Ковтунов

Оставалась огневая проба, последнее слово всегда за ней, так что помазал я щепку, просушил ее над жаром и поднес уголек. Селитра на это отвечает вспышкой с шипением, огонек сам бежит по мазку от края до края. Мой образец пшикнул паром и обуглился, добавив на прощание вони, спорить с такой уликой не о чем.

Напоследок я поддал жару, не ради науки, а из чистой вредности, и остаток вздулся пузырями и почернел, а дыма выдал столько, что впору бить тревогу. Осело все это черной пористой коркой, форменным коксом, и с котелком она сроднилась, похоже, навсегда.

Сидел я после у прогоревшего костра и подводил итоги ночи. Не спал опять, когда полагается, Сурика загонял поручениями вконец, то одно принеси, то другое, и парень под утро сдался, уснул у шалаша, не выпустив из пальцев запасную тряпку. Волосяны сверху светят ровно, им до людских неудач дела нет.

Ну а мне в наследство от великой затеи остался обгаженный котелок, который теперь сидеть и чистить. И жить дальше без пороха…

— Сурик… — окликнул паренька и тот приоткрыл один глаз.

— А… Воздушная глина? Собирались же сегодня… То есть вчера, — он поднялся на локтях и заозирался по сторонам. — Переносится, да?

— Волосянов полей и иди домой. — обреченно вздохнул я. — Порох у нас официально не получился. А глиной займемся, да…

Глава 14

Черная корка в котелке прикипела намертво, я ее и ногтем пробовал, и щепкой поддевал, а ей хоть бы что, сидит как влитая, и сдается мне, ей там нравится. Можно было бы, конечно, пройтись по ней Разрушением, только в нынешнем моем настроении вместе с коркой уйдет и дно, а вторая такая посудина в хозяйстве не водится. А ведь в этот кокс я, между прочим, вложил душу, полночи его лично выпаривал, теперь вот любуюсь на плоды трудов.

Утро при этом выдалось ясное, до неприличия бодрое, солнышко играло на воде, деревня стучала и гремела на все лады, все при деле, всем весело. Один я сидел на берегу в обнимку с закопченным итогом ночных стараний и сопел так, что Тележка еще на рассвете перебралась на дальний край навеса и поглядывала оттуда с осуждением. Правильно, уходи, все уходите. Обиделся я на весь мир сразу, и на вселенную, которая ждала от меня чуда, отдельно, пусть сама теперь выкручивается.

Ну а что, я ведь порох хотел! Вроде бы всё продумал, старался, работал над этим, отодвинул все свои проекты, лишь бы поскорее увидеть вспышку белых кристалликов. Уже и представлял себе пушечный грохот с раскатом над лесом.

По идее пушки нам не особо нужны, но хорошо, если такие будут, ведь с ними можно пойти и добыть любого голема, какого только захочется. Расстрелять его издалека, достать сердце, пристроить к работе, и получит деревня вторую магистраль, а планов на Основу у меня накопилось уже года на три вперед. А то и на вагонетку такую дуру поставить можно, рельсы на стене есть, и будет у Порога своя самоходная артиллерия.

Да и на самом деле не вижу ничего такого страшного в обладании мощным оружием. Нас же никто не заставляет сразу идти и применять его, вот прямо сейчас. Пусть пушки стоят себе на стенах, несут службу, а при всяких приезжих можно иногда пристреливать их по мишеням, шутки ради.

Молва разойдется по королевству, и… нет, продавать такое ни к чему без крайней необходимости. Это была бы визитная карточка Порога, мол, давайте торговать чем угодно мирным, веревкой и мылом, понадобится, так и табуретами обеспечим, а вот остальное можно только посмотреть. Если не согласны с такими условиями, то можно будет не только посмотреть, но и испытать. На себе.

Вот и вся дипломатия, когда у тебя дубина больше, разговор идет совсем по-другому. Вон рыцари какие заносчивые были, поначалу требовали, чтобы их тут обслуживали. И их бы пришлось обслуживать, не будь у нас тут столько практиков. Но в итоге они поняли, что могут получить по тыкве, и всё, ходят шелковые, сюда не лезут и лишних вопросов не задают.

А я всё, ничего больше не буду, пойду вон отдохну пару дней, имею право. Или рыбку половлю, сяду рядышком с Гертом, закину поплавок, можно даже без крючка, улов меня все равно не интересует, и буду сидеть и смотреть на него в позе волосяна. Лапки скрестить, морду отвернуть, и пускай вся деревня видит, до чего довели приличного строителя. Герт, ясное дело, примется комментировать каждую минуту такой рыбалки, да и пусть, страдальцу любое внимание на пользу. А по особо тонким вопросам отдыха запишусь на консультацию к Нирту, вот уж кто в этом ремесле дошел до ступени, какая мне и не снилась.

Или вообще лягу и пролежу два дня, благо подушка у меня теплая и возражает редко. В любом случае работать меня теперь никто не заставит, ни уговорами, ни серебряками. Действительно, носился с этим гнилоходом столько времени, яму ему оборудовал, кормежку с доставкой наладил, а главную пользу для себя так и не получил.

И ведь работягу даже не упрекнешь, свое он отрабатывает на совесть, это я полез в его кухню со своими мерками. Удобрения, спору нет, выйдут прекрасными, добывать их можно в таких количествах, что часть даже на продажу пойдет, огородники всего королевства за такое передерутся. Мой же внутренний подрывник после этой ночи потух окончательно, сидит где-то в глубине души и даже фитиля не просит. Ну и всё, хватит, пора отдыхать, да…

— Рей, у меня тут чертежи готовы, — окликнул меня Корш, и я поднял взгляд от почерневшего котелка.

— М? — большего из человека в глубоком трауре выдавить не удалось.

— Да вот, говорю, всё досчитано и проверено, можно приступать к стройке, — он бережно приподнял обеими руками целую кипу исписанной и исчерченной бересты. — Ну что, ты идешь? Мужиков уже организовал, все необходимые материалы несут к месту установки.

Глаз у него при этом не дергался ни разу, из чего напрашивался вывод, что порядок в бересте наведен образцовый и придраться там не к чему. Обида требовала посидеть с важным недовольным лицом хотя бы для приличия, и… да кого я обманываю, хватило меня от силы на полторы секунды.

— Спрашиваешь еще! — я аж подпрыгнул на месте. — Конечно иду! Как такое пропустить?

Котелок отправился отмокать на мелководье, дочищу когда-нибудь потом, лет через пять, а я заспешил следом за Коршем. Двухдневный отдых отменился