Путь Строителя 15 - Алексей Ковтунов

— Куда⁈ — крикнул я мужикам, которые столпились вокруг маховика и что-то там с ним делали. — Его же отцентровать надо! Отлить мало, надо, чтобы оно не било, иначе нам все крепления размотает, и хорошо, если только на колесе и валу!

Я уже подскочил на ноги, но на плечо легла рука Хорга.

— Ты вот спал, и спи дальше, — пробасил он. — Всё сделали уже, отцентровали как следует. Вон, видишь, стесано с одного края? Сначала вхолостую покрутили, и где оно останавливалось, там снизу и стесывали, пока ровно не пошло. Сядь, посиди еще хоть, мы справляемся.

Он насильно усадил меня обратно к деревцу, а я все хлопал глазами и недоумевал. Еще бы, они ведь даже маховик заранее отлили, причем с круглым отверстием по центру, нагрузки на сам диск особой нет, и проворачивать его не должно. Оставался вопрос, как они взгромоздили всё это на столбы, а разгадка нехитрая, бетонный блин почти достает до земли, его просто подкатили, продели вал насквозь и лишь потом расклинили. Нет, обсуждать-то мы это обсуждали, только я был уверен, что сегодня у нас подгонка да изготовление деталей, а окончательный монтаж пойдет завтра.

Но судя по тому, что помимо вала легли и рельсы, и проступают очертания будущей станины, а на площадке объявились Ольд с Ректом, и даже Дагна стоит с берестой в руках, тычет пальцем, а Корш терпеливо объясняет… Чувствую, сегодня к вечеру появятся и первые доски. С этими мыслями я моргнул еще разок, и меня мигом перенесло к самому интересному.

Станина стоит, молотки с топорами наперебой стучат, вал пока остановили, вокруг него растут мостки, и это всё нормально. Зато на рельсы встали две новенькие вагонетки с крепежом, а Дагна уже подгоняет клещи, которые будут фиксировать бревно. Собрался я вставать и сообразил, что пока моргал, отключился по новой. Ну и ладно, Основа восстановилась полностью, тело налилось силами, и вот он, мастер, снова рвется в бой!

— Ну что? Не получается что-то? — громко осведомился я у стены из спин, обступившей раму. Больше всех старается Хорг, через такое препятствие и рентгеновские лучи не пробьются.

— Чего это сразу не получается? — обернулся кто-то. — Вот, смотрим.

Протолкался я внутрь оцепления, а там… Рама ездит вверх и вниз, на ней закреплены две пилы, Корш же, переодетый в чистое рабочее, лазает внизу, считает щелчки толкателя и черкает что-то на свежем листе.

— Да в смысле? Всё построили, что ли? — вздохнул я почти оскорбленно.

— Всё согласно чертежу, — пожал плечами Хорг. — Работает, вроде как.

— Поднастроить еще надо, я чуть ошибся в расчетах, — отозвался снизу Корш. — С такой скоростью подачи что-то плотнее сосны вряд ли пропилишь.

— Так пилит же, — отметил Хорг и указал на бревно, по которому тянулись сразу два параллельных пропила.

И действительно, рама снует, шатун гоняет ее по направляющим, кое-где поскрипывает и просит смазки, вагонетки везут бревно вперед мелкими шажками, и рез на глазах делается глубже. Наклон полотен можно будет подправить, да и насчет толкателя Корш прав, подает тот рьяно, такую прыть сосна еще простит, а что потверже, уже нет. Но в целом-то работает, и это главное. Точнее, работало.

Пилы ушли в дерево на полметра, и тут от станины пополз запашок дыма, а следом поднялся нездоровый визг. Народ поначалу перепугался, потом и вовсе расстроился, звук лез все выше, пока колесо не встало совсем, а полотна остались торчать в толще бревна.

— Ой, всё, — один из работяг обиженно, но аккуратно уложил топор на землю и побрел прочь.

— Это… Может, речки не хватило? Течение медленное? Или колесо мелкое? — посыпались вопросы с разных сторон.

— Или полотно тупое! — не согласился второй, но тут же получил подзатыльник от Дагны.

— Смазки мало, вот чего! — третий стукнул кулаком в ладонь. — Больше надо, точно вам говорю!

Хорг молча чесал лысину, Корш уткнулся в свои записи и зашелестел берестой, ну а я чего, зря просыпался, что ли? Подобрал с земли обрезок покрепче, обстругал ножом до клина и в пару ударов вбил его в распил позади полотен. Вода тут же подхватила колесо, рама возобновила свой ход, и мужики перевели дух.

— Это мы в чертеж внести забыли, — усмехнулся я. — Надо будет выковать из стали клин, чтобы встал за полотном и раздвигал доски, иначе так и будет клинить.

Глава 15

Из бани Кейна разморенный отряд выбирался уже глубокой ночью, и расходиться никто не спешил, после хорошего пара грех не постоять на холодке. Баранов до этого вечера егерям парить не доводилось ни разу, хотя жизнь у них длинная и всякого в ней хватало, а новый опыт отряд любит и ценит. Пирожок объяснил, что к чему, показал, как класть веник, чтобы чешуя сходила легче, и дело пошло, под конец подопечные сделались лысыми и до неприличия довольными.

Расчет вышел взаимовыгодный, четверка машет вениками, хозяин выставляет угощение. Мед у бывшего сослуживца водится особый, сладости к нему прилагаются, и налегали егеря от души, даже Котел высказался в том смысле, что снабжение у Пирожка поставлено образцово. Основы же в угощениях оказалось столько, что тянуть ее не приходится, сама просится внутрь, и напитались гости по самое горлышко.

Перед выходом, еще затемно, их встретил у склада староста и выдал собранный в дорогу мешок, обещание, стоит признать, сдержал до последнего пункта. Сушеное мясо оказалось хорошо просоленным и вкусным, что для походных припасов почти подозрительно, Котел отщипнул на пробу и уважительно кивнул. Веревок положили несколько мотков, рассмотреть их толком пока не успели, следом шла всякая мелочь, а на самом дне обнаружился брусочек мыла. Забота душевная, спору нет, только где в лесу мыться, Ярг представляет слабо.

На выход шли в полном сборе, и по дороге Ярг скомандовал правило. Кого приметит хоть одна живая душа, не считая Гундара, тот до конца похода дурак. Возражений не нашлось, отряд рассыпался кто куда, и на улице сразу стало тихо. Впрочем, и до этого было не сказать, чтобы сильно шумно, просто теперь тихо по-егерски.

К стене пробирались рывками, от тени к тени, и, разумеется, не к воротам, уговор у егерей железный, ворота для слабаков. Первым наверх ушел Ромашка, мелькнул на гребне и пропал, вторым перелетел Сорока и без задержки скользнул вниз. Котел сработал, пожалуй, шумнее всех прочих, но и он не попал никому на глаза, часовой встрепенулся на звук, пошарил глазами