Полыхающий рассвет - Лисса Соллей

– Потому что в Зверя гор, Сокола Вальгарда, влюблена. Великие Звери в людском облике друг друга привечают, чтоб равными друг другу быть. Соколу Змеиная княжна прилюбилась, он за ней стал ухаживать – то серьги самоцветные подарит, то колечко, то пояс каменный. Ей и приятно. Стала она отвечать на его подарки – то бляшку золотую отдаст, то иглы из серебра. Осмелел как-то Вальгард и пошёл к ней на поклон. Просил её сердце смиловаться над ним и не рвать душу влюблённую. Камажай лишь рассмеялась и обняла его. С тех пор их и кличут женихом и невестой, что пожениться никогда не смогут: он в небе летает, а она по земле ползает. Но когда встречаются – солнце прячется, чтоб не мешать.

– Хель. – Ингихильд обернулась и нахмурилась. – К ребёнку не приставай. – И тут же обратилась к остальным: – Следуйте за мной нога в ногу. Я иду за Лешим.

Все вопросы и разговоры резко стихли. Мэриэль догнала Альберта и слегка схватилась за его плечо. Морганна с Нишантом плелись сзади, однако чувствовали себя не очень уютно. Анна всё ещё держалась за больную руку, а Нишант думал о сестре. Увидит он её ещё хоть разок? А вернётся ли домой? Что вообще такого натворили во дворце Хели, и куда он снова оказался втянут?

Заметив состояние друга, Морганна пару раз глянула на него и осторожно взялась за его рукав.

– Всё хорошо.

Нишант неопределённо покачал головой. Морганна повторила то же самое всё тем же уверенным шёпотом. Это было именно то, чего ему сейчас не хватало, – уверенность. С Анной он мог это ощущать. С ней было спокойно. Нишант кивнул.

– Спасибо.

Долго они не петляли, но путь осложняли небольшие плотные сугробы и хвойные ветви. В довольно скудном освещении посоха виднелась лишь дорога. Но Анна хорошо слышала чужое дыхание позади. Из-за Ингихильд близко к ним не подойдут, но Ричарда напугать смогут. Это беспокоило Морганну больше всего. С рук брата малыш не слезал, лишь сильнее жался, и от этого жалко его было ужасно сильно. Лишь их путешествие в Арисну прошло спокойно, но для детей подобная жизнь – не норма. Не должны они жить в постоянных страхах и мучениях, имея лишь пару дней в мире и покое. «Было бы ему лучше, оставь мы его с Клаусом? Как он там? Смогли ли с Виктором отби…»

– Мы пришли. – Хильда указала на небольшую полянку. – Помогите мне собрать стоянку.

В несколько минут появился довольно внушительный костёр, который смогли разжечь лишь благодаря зелью Анны. Лично каждому шаманка возвела небольшую палаточку, внутри каждой Альберт расстелил подсушенные еловые ветви и плащи. Мэри и Нишант быстро набрали ягод и принялись жарить хлеб. Ричарда в это время занимал Хель – мальчишка уже попривык к духу и позволял играть с собой и своим зайкой.

– Морганна. – Хильда села подле огня и разложила вещи с пояса перед собой. – Подойди ко мне.

Анна села напротив и послушно протянула руку. Ингихильд очень заботливо осмотрела печать и даже немного поводила по ней пальцами. После этого она подозвала Альберта и проверила его.

– Этот знак я рисую на каждом ребёнке, появляющемся в семье Хель. – Она повторила льдом на коре тот же серп с двумя лучами. – Он сдерживает наследственную магию и не позволяет вам вредить самим себе. Детям опасно обладать такой силой. Да и… мало кто хочет.

– В каком смысле? – Морганна наклонила голову.

– Я бессмертна и бессменна, пока не передам Хель своим потомкам. Я забираю ваши силы и питаюсь ими, благодаря чему и живу. Но с Хель есть проблемы.

– Какие? – Ричард сунул свой нос в разговор.

– Я один из древних духов, – сказал дух. – Из тех, кто появился вместе с самим миром. И, соответственно, очень силён. Одарённых потомков много, да только справиться со мной может не каждый. Тотра пыталась, но не смогла.

– Бедняжка, – с болью выдохнула Хильда. – Из-за попытки заключить фывру с Хель она сильно испортила своё здоровье и рано ушла к Горе. Однако с тобой… другое дело, Морганна. Ты могла бы стать моей наследницей.

– Морганна? – Ал даже привстал.

– Именно, – кивнула Хильда. – Ты унаследовала чудесные щёчки – прямо как у Герхарта. – Она рассмеялась. – И мою силу. Силу, способную перенять Хель. Я думаю, ваша мати к этому тоже руку приложила. Она была далеко не простой девицей. Артур, конечно, полюбил её, но… неважно. Однако она тоже имела силу. Силу Проклятых.

– Мириан Хель не была ведьмой!

– Ал, мне лучше знать. Разумеется, она была хорошим человеком, хотя и проклятой ведьмой.

– И дар, о котором говорил дядя, – слетело с губ Анны.

– Юджин сказал? Да. Ты уже родилась с этим даром. Я сразу почувствовала в тебе эту силу. Но младенцем ты могла навредить себе и родным, а я такого не могла позволить.

– Значит, когда ты снимешь печать, я должна буду унаследовать Хель?

Хильда горько усмехнулась.

– Должна была бы. Но прошло слишком много времени. Когда я сниму печать, тебя разорвёт от скопившейся магии. Или твоя болезнь убьёт тебя первой, ведь именно твоя природная сила её сдерживает благодаря материнскому дару. – Ингихильд вздохнула. – Я могу лишь забрать магию, чтобы вам стало легче. Но тогда путь к шаманству закрыт. Однако тебе, Морганна, будет легче с фантасмагорией.

Брат и сестра переглянулись.

– Закончи это дело. – вздохнул Ал.

– Мне не нужна магия. Я просто хочу жить.

Ингихильд кивнула и взялась сначала за правнука. Она прокусила губу и макнула в кровь средний палец, после чего заново нарисовала тот символ. Киноварно-алые капли растекались по коже. Морганна успокоилась, почувствовав приятный холодок на руке.

– Еда готова. – Нишант подал им деревянные плошки с лёгким ужином и сел рядом с Морганной.

– Спасибо. – Хильда кивнула и пригляделась к мужчине. – К слову, Морганна, кто этот юноша? Твой муж? – Она отпила отвара из старой фляги и удивлённо заплевалась. – Какая дрянь!

Морганна смущённо улыбнулась.

– Нет. Нишант мой друг.

Альберт напрягся, а сам южанин уткнул взгляд в землю.

– А зря. – Хильда хохотнула. – Ещё в моё время южане были почти такими же отличными мужьями, как северяне. Ты приглядись к нему.

– Моя сестра сама решит, кто ей нужен в жизни, – вдруг строго отозвался Ал.

– Вы поглядите на этого братца! – Хильда всплеснула руками. – В нашу последнюю встречу всё болезненно прятался за материнский плащ, а теперь мне перечит! Верно говорят, что из самых малых котят вырастают настоящие барсы!

– Что-то для ледяной шаманки у вас очень горячий нрав, – подметила Мэри.

– А мне он