Лекарь из Пустоты. Книга 12 - Александр Майерс

— Роман! — позвал граф.

Секретарь возник в дверях мгновенно.

— Собери мне к завтрашнему утру совет директоров. Если кто-то в отъезде — пусть подключается по видео.

— Слушаюсь, ваше сиятельство. Повестка?

— Молодые кадры.

Секретарь исчез, а Ракитин подошёл к окну и посмотрел на Фонтанку.

Да уж, князь Серебров оказался не только достойным, но и весьма дальновидным соперником.

Борьба за пациентов, которую они уже начали, происходит здесь и сейчас. Но борьба за целителей, в которой Юрий нанёс первый и весьма болезненный удар — это стратегическое противостояние. Тот, кто одержит в нём верх, тот и будет праздновать победу.

А это значит — война с Серебровым только что стала вдвое масштабнее.

Сила мальчишки была не в деньгах, не в связях и даже не в княжеском титуле. Она была в том, что он умел то, чего не умело большинство целителей империи. Он был высококлассным, если не сказать гениальным, ауральным хирургом. Это, плюс реабилитационное направление, которое он развивал через «Ренессанс-Союз» — мощная комбинация, которая и вправду может стать будущим русского целительства.

На мгновение внутри Ракитина шевельнулись сомнения. Может, и не надо стоять на пути у Сереброва? Может быть, надо позволить молодому и перспективному лекарю встать во главе Гильдии, и так будет лучше для всех?

Феликс Самуилович помотал головой. Нет. Гильдия — это не только целительство. Это порядки, законы и процедуры, без которых невозможно организовать медицину в огромной империи. И он во всём этом как рыба в воде, а Серебров… у него и так полно дел. Пусть занимается своим княжеством и своим бизнесом, а управление Гильдией оставит тому, кто готовился к посту патриарха долгие годы.

Бороться грязно Ракитин не собирался — ни сейчас, ни потом. Даже если проиграет.

Но проигрывать он не собирался тоже.

Российская империя, город Новосибирск

Днём мне позвонил барон Мещеринов и с ходу спросил:

— Юрий Дмитриевич, вы это видели?

Он скинул мне ссылку на какой-то самарский информационный портал. Я открыл и увидел объявление:

«Синдикат „Чистая кровь“ открывает в Самаре бесплатный лекторий для практикующих целителей. Еженедельные занятия. Лучшие специалисты империи. Вход свободный, запись не требуется».

— Хорошая идея, — сказал я. — Кто читает лекции?

— Весьма опытные и уважаемые целители. Например, барон Векшин, главный специалист синдиката по проклятиям. Они открывают лектории и в других городах, в основном в европейской части империи. Всего семь городов. И это только начало, — ответил Илья Иванович.

Вот оно как. Выходит, синдикату не понравилось, что так много молодых целителей со съезда захотели пойти учиться ко мне. Они переманивают специалистов, и делают это открыто.

— Они обещают стипендии выпускникам или что-нибудь в этом духе? — спросил я.

— Пока нет. Но это, наверное, вопрос времени. Будут и стипендии, и гранты, и зарплаты выше рынка… Они хотят забрать себе всех лучших из молодого поколения.

— Да, вы правы, — согласился я.

Впрочем, это и так было очевидно. А главное здесь было то, что я не собирался уступать.

Потому что «Чистая кровь» — консерваторы. Да, безусловно, они мастера своего дела. Но чтобы совершить прорыв в целительстве и сделать лучше жизнь всех подданных империи, да и всего человечества — нам нужны инновации.

И я видел будущее именно в своих методах.

Так что теперь мы с Ракитиным соперничаем уж не за кресло патриарха, которое, если честно, мне и не нужно. А за то, каким будет русское целительство через десять, двадцать и пятьдесят лет.

Незаметно и тихо, но сейчас началась война за будущее русского целительства.

Что ж, я готов сразиться в этой войне.

Глава 18

Российская империя, город Новосибирск, усадьба рода Серебровых

Я велел Мещеринову связаться с остальными ключевыми членами Союза, потому что идею, которая у меня возникла, следовало обсудить всем вместе.

Совещание я назначил на следующий день, на два часа по своему времени, чтобы петербуржцам не пришлось вставать среди ночи.

В назначенное время у меня на экране появилось четыре окна. Мещеринов сидел у себя дома, барон Лебедев подключился из клиники в Екатеринбурге, где он находился в командировке. Барон Оболенский расположился в кабинете, а графиня Рогозина — на веранде своего дома с чашкой кофе.

— Доброе утро всем, — поздоровался я. — Вопрос на повестке всего один, и я хочу закрыть его сегодня. Мы запускаем образовательную программу.

— Наконец-то, — отозвалась Рогозина.

— Ваше сиятельство, вы даже не спросили, какую.

— Юрий Дмитриевич, я смотрела запись вашей лекцию на съезде. Трижды, честно признаться. И трижды думала о том, что хотела бы я оказаться на месте молодых целителей в своё время и получить такую возможность. Я готова начать обучать их хоть завтра! — заявила графиня.

— Благодарю, мне приятно видеть ваш энтузиазм. Остальные поддерживают? — уточнил я.

— Конечно! — в голос ответили Оболенский и Лебедев.

— Тогда перейдём к сути. Назовём наш проект «Ренессанс-Академия». Юридически это будет образовательное подразделение Союза, лицензию Гильдии Илья Иванович уже согласовал в общих чертах.

Мещеринов кивнул.

— Согласовал. Князь Бархатов даёт добро, но при условии, что мы будем соблюдать стандарты аттестации. То есть мы должны соблюсти некоторые стандарты, но зато выпускник наших курсов получит полноценное свидетельство о повышении квалификации.

— Именно этого я и хочу. Наши документы должны признаваться везде, — сказал я.

— Юрий Дмитриевич, я поддерживаю вашу идею, но всё же есть сомнения, — вдруг выступил Лебедев. — Как мы будем справляться и с пациентами, и с обучением?

— Вот сейчас я вам всё и объясню.

Я открыл схему, которую набросал накануне, и вывел её на экран, чтобы все видели.

— Структура обучения будет двухуровневой. Первый уровень — базовые курсы. Они идут во всех городах, где у нас есть клиники. По сути — интернатура с упором на наши уникальные методики. Учим тому, что можно освоить быстро: расширенная диагностика ауры, работа с постоянными плетениями, основы реабилитации и ауральной хирургии. Естественно, под присмотром опытных наставников.

— Такие у нас уже есть, — кивнул Мещеринов.

— Второй уровень — углублённое обучение в моей родовой клинике в Новосибирске. Сюда мы возьмём только лучших, по итогам базовых курсов и отбора.

— И кто их будет учить? — Лебедев наклонился ближе к камере.

— Ауральной хирургии — я. Виктор будет учить автономным плетениям. Барон Курбатов — военное и полевое целительство. К