Лекарь из Пустоты. Книга 12 - Александр Майерс

Света положила расчёску на туалетный столик, выключила лампу и легла рядом с мужем.

— Отлично, конечно. Только вмешиваться не надо, — сказала она.

— Я и не собирался.

— Ты — нет, а вот мама собирается. Я по её лицу видела за ужином. Она уже прикидывала, как бы их свести. Да и госпожа Луиза, кажется, тоже что-то замышляет.

— И что в этом плохого? Пусть сводят.

— То, что Юра это моментально заметит, а ему не нравится, когда им пытаются манипулировать. Так что пусть сами дойдут.

— А если не дойдут?

— Значит, не судьба, — Света зевнула.

Некоторое время они лежали молча. Из колыбели доносилось ровное сопение Насти.

— Алиса-то как? Курбатов рассказывал, что она беременна, — спросил Борис.

— Она счастлива, — Света улыбнулась в темноте. — Я ей звонила вчера, она полчаса рассказывала, что теперь ничего не боится. Юра ей поставил какое-то плетение вместе с Иваном, и всё, проблема закрыта.

— Хорошая новость.

— Ты не представляешь, как она из-за этого мучилась. Она мне ещё год назад говорила, что боится даже думать о детях.

— Значит, к весне у Курбатовых будет наследник. Светик… — заговорщицки прошептал Боря и обнял жену за талию.

— М?

— Я тут подумал… может, нам второго ребёнка завести?

Светлана ответила не сразу.

— Я… не стала бы торопиться.

— Почему? Ты очень быстро восстановилась. У тебя, между прочим, брат — лучший целитель в империи.

— Боря, дело не в здоровье, — Света повернулась к нему.

— А в чём?

— В том, что я сейчас в Петербурге веду часть дел рода. Сам знаешь — реклама, документы… Юра мне это доверил, и я справляюсь. Первый раз в жизни я делаю что-то своё, понимаешь?

— Ну так никто не мешает… — начал было Строгов.

— Боря! Думаешь, я смогу нормально работать, будучи беременной? А потом, когда малыш родится? Мне только девятнадцать исполнилось, а ты из меня хочешь многодетную мамашу сделать? — Света сама не заметила, как в её голосе зазвенели нотки гнева.

— Тише, Светик, ты чего? Ты так говоришь, будто дети — это наказание, — нахмурился Борис.

— Не говори глупостей.

— Тогда в чём проблема? — сдерживая раздражение, спросил Строгов.

— В том, что я хочу чего-то добиться в жизни. Что-то из себя представлять. А не просто рожать детей одного за другим.

Борис вздохнул и прижался к супруге.

— Я тебя понимаю. Мне тоже, знаешь… — он замолчал.

— Что?

— Тоже что-то хочу из себя представлять. Сейчас-то я кто? Твой брат — князь, целитель, у него большой бизнес. Мой отец — один из сильнейших боевых магов Новосибирска. Артур командует гвардией. А я кто? Я просто муж княжны Серебровой, который сидит с ребёнком и раз в месяц ездит на семейный совет.

— Ты тоже боевой маг.

— Ага, который даже ни разу не воевал, — поморщился Боря.

Света погладила его по плечу и тихо сказала:

— Так сделай что-нибудь.

— Что?

— Не знаю. Что-то своё. Ты же не глупый человек, Боря. Ты просто ленивый.

— Спасибо, — рассмеялся он.

— Пожалуйста, — Светлана улыбнулась. — Но тебя же воспитывали как военного, ты много знаешь. Можно придумать какое-то дело.

Борис вдруг замолчал и уставился в потолок.

— А ведь и правда. Свет, а сколько у «Ренессанс-Союза» клиник?

— Пока что десять. А что?

— А кто их охраняет?

— Смотря в каком городе. Где-то местные фирмы, где-то родовые гвардейцы. А где-то просто стоят охранные артефакты.

— Ага. Но при этом в клиниках дорогое оборудование, лаборатории, эликсиры, секретная информация… Аристократы лечатся, в конце концов. И охраняет всё это кто попало, правильно я понимаю? — Строгов с каждым словом всё больше воодушевлялся.

— Ну, не то чтобы кто попало… К чему ты ведёшь?

— А вот к чему! Я могу попросить у отца людей, бывших командиров и ветеранов гвардии, которые покинули строй по возрасту или после ранений. У нас таких немало. И открою свою охранную фирму! Представляешь, единая охранная система для всех клиник Союза. Обученные люди, строгие протоколы, артефактная система, группы быстрого реагирования…

— Боря…

— Что, глупость?

— Ты шутишь⁈ Это отличная идея!

— Думаешь, Юра согласится? — вдруг засомневался Борис.

— Уверена! Только надо ему всё правильно подать. Он же деловой человек, надо сделать ему деловое предложение со всеми расчётами и выгодами.

— Ну… тогда надо всё посчитать! Ты мне поможешь?

— Конечно, — Света поцеловала его в губы.

— Тогда это будет наш совместный проект, — улыбнулся Боря.

Света рассмеялась и снова поцеловала его.

— Договорились, партнёр!

Российская империя, пригород Екатеринбурга, усадьба рода Аристовых

Совещание закончилось в половине двенадцатого. Кирилл Викторович остался в кабинете один.

Он подошёл к бару, налил себе коньяка и вернулся к столу, где лежала карта его княжества с отметками. Красным был обведён участок в семидесяти километрах от Екатеринбурга — тот самый, где стоял завод Баума-Сереброва.

Завод, который построили на его земле.

Формально, конечно, земля была куплена законно. Баум с Серебровым ничего не нарушили, всё сделали как положено и имели право строить там что угодно.

Вот только формальности Кирилла Викторовича не интересовали.

Его интересовало то, что в его княжестве работало производство, приносящее по самым скромным подсчётам миллионы. И все эти деньги проходили мимо его казны, если не считать положенного княжеского налога — но это смешно по сравнению с тем, сколько Аристов мог бы зарабатывать, если бы его пустили в долю.

Но Серебров и Баум отказались сотрудничать.

Значит, он заберёт весь завод.

Три уральских рода уже согласились участвовать в этой афере. Не самые сильные, зато амбициозные. Аристов сумел вдохновить их речами о том, что чужакам нечего делать на их земле. А тем более, нельзя много зарабатывать и при этом не делится с хозяевами Урала.

Условия за участие князь предложил щедрые: по двенадцать процентов прибыли завода каждому, плюс покрытие всех военных издержек. Взамен он получал их гвардии и публичную поддержку. Захват завода должен выглядеть не как самоуправство одного князя, а как единая позиция уральского дворянства.

Тридцать шесть процентов Кириллу Викторовичу было не жалко. Основная доля всё равно достанется ему.

Но по-настоящему всё изменилось