Тайна Скарабея - Татьяна Юрьевна Ван

И еще момент – насчет картины. Сейчас будет самая важная информация.

Когда Дебра рисовала ее в предсмертном бреду, она так сильно не хотела умирать, что оставила на земле часть себя. В холсте заточена половина ее сущности. Это что-то вроде Ка, но…

– Двойник, – вспомнила Женя лекцию египтянки.

– Именно. Но это искаженное Ка. Поймите: создание Ка в Древнем Египте – естественный процесс. Эта часть души предназначена для жизни на земле после смерти физического тела. То, что случилось с Деброй, – ошибка. Ее Двойник – это картина. Создавая ее, Дебра расколола свою душу. Даже с точки зрения древних египтян, это неестественно. Поэтому ошибочно использовать классическое понятие Ка во всей этой ситуации. Тем не менее принцип похож: негативная часть души Дебры действительно влияет на людей, взаимодействующих с картиной, усиливая их темные стороны.

– Кира… Моя сестра, когда она купила у вас эту картину, то перестала со мной общаться, а потом вообще подписала мою работу своим именем. Она бы никогда так не поступила…

Профессор кивнул.

– Она давно тебе завидовала, но без помощи картины никогда бы не поступила так безжалостно. Часть души Дебры усилила ее тайные желания. Твоя сестра всегда считала, что ты недостойна быть художницей, а она – рождена для этого. Но какие качества картина раскрыла в тебе самой?

– Я замкнулась в себе. Стала более агрессивной. Меня постоянно все раздражало. – Женя сжала губы и вздохнула, пытаясь вспомнить, что чувствовала в самый странный период жизни. – В общем, была крайне неприятной.

– Что, кстати, странно… – пробубнил Ян Матвеевич.

– Так, ладно. – Женя уперлась руками в столешницу. – У меня осталось три вопроса. Первый – чья вы реинкарнация и откуда вы все это знаете? Второй – почему я рисовала картины, сюжеты которых воплощались в жизнь? И третий – почему картина выбрала нашу семью? Хотя нет, есть еще четвертый вопрос – добрая часть Дебры переродилась? И как я вообще ее слышала?! Картина-то у Киры!

– Ох, как много вопросов, – снова улыбнулся мужчина, а после резко стал серьезным: – То, что ты рисовала картины с предсказаниями, – влияние осколка души Дебры и работа египетской кисточки. Без этих двух элементов ты бы не смогла нарисовать подобное, потому что и там, и там присутствует магия. По той же причине ты слышала Дебру – это влияние кисточки и заклинания, которое я тебе дал.

Что до остального: я уверен, что Дебра переродилась. Почему твоя семья привлекает ее Двойника, еще предстоит узнать. На это потребуется время. И еще один вопрос…

Профессор глубоко вдохнул и выдохнул.

– Есть причины, почему я уверен в своей реинкарнации. Опять же – все дело в египетском проклятии. Из-за него я помню все свои прошлые жизни, а всего их у меня три, включая эту. Как известно, перерождение – это возможность исправить ошибки иных воплощений. И вот цель моего перерождения – исправить преступление первой жизни. В ней я врал себе и обществу. Я пользовался благами от картин Дебры. Я прожигал заработанные ею деньги. Но главное – я украл у нее личность, внушил обществу, что на высокое творчество способны исключительно мужчины, а женщины с красками и кисточками даже выглядят смешно. Догадываешься, кто я?

Женя резко встала со стула, не отрывая взгляда от мужчины. В ушах тут же зазвенело, а тело стало тяжелым и неповоротливым.

– В-вы… К-калверт?

Ян Матвеевич блаженно улыбнулся:

– Давно я не слышал, как произносят мое первое имя.

Женя рухнула на стул.

– Так вот, цель моих перерождений – уничтожить так называемого Двойника Дебры и рассказать миру о том, что художником удивительных картин был не Калверт, а она – прекрасная и несравненная девушка. Основатель сюрреализма в живописи – женщина. Это должны знать все. Но чтобы осуществить задуманное, мне нужна твоя помощь.

– Опять я, – не подумав выпалила Женя.

Ян Матвеевич хохотнул:

– Прости.

– Однако позвольте напомнить – картины у нас нет. Она у моей сестры, которая, кажется, что-то задумала.

– Я даже знаю что. Она в курсе про Дебру и египетское проклятие. Твоя сестра знает, как сделать так, чтобы вся эта история обернулась ей на пользу. Дело в том, что Двойника Дебры из картины можно вызволить с помощью заклинания. А после – заключить в свое тело. Кира хочет сделать именно это.

– Но зачем? – с тревогой спросила Женя. – Она с ума, что ли, сошла?

– Она хочет завладеть силой Двойника. Твоя сестра всю жизнь чувствовала, что живопись ей неподвластна, что у нее не получается рисовать так, как она хочет. Она прекрасно понимала, что ее картины мертвы. И с помощью Дебры она хочет наделить их жизнью, а после – стать всемирно известной художницей. Более того – если у нее все получится, она ею станет. Дебра была очень талантливой, и осколок ее души подарит человеку творческую энергию и воображение невероятной силы. Твоя сестра может стать великой.

– Если никакого вреда от этого нет, то пусть. Я не против. Хотя для меня Кира всегда была лучшей… даже в живописи.

– Есть одно «но». – Профессор прикусил губу. – Она может умереть.

– Что?!

– Подожди, не волнуйся так, я все объясню. Дело в том, что Двойник убьет ее, если она окажется недостаточно сильной для него. Она просто не сможет жить с энергией Дебры. Это как раз тот случай, когда противоположности не притягиваются, а, наоборот, отторгают друг друга. Поэтому, если тебе дорога Кира, нам нужно сделать все возможное, чтобы не допустить переселения Ка Дебры.

Женя не моргая смотрела в одну точку.

– То есть нам нужно уничтожить картину до обряда. Так?

– Почти, – сморщился Ян Матвеевич. – Есть сложность. Причем большая сложность. Мы никак не сможем уничтожить картину, пока там Двойник Дебры. Она не позволит тебе этого сделать. Вспомни свою тетю, да и ситуацию с Кирой. На самом деле когда они чувствовали, что связались с чем-то плохим, то пытались избавиться от холста. Но у них ничего не получалось.

– И что вы предлагаете?

– Нам нужно переместить Двойника в талантливого человека, а в это время уничтожить картину и кисточку. После мы вызволим Двойника и убьем с помощью заклинания.

– Хорошо. – Женя, задумавшись, кивнула. – Но кто будет этим человеком? В кого мы переселим Двойника Дебры?

Женя на миг представила, что эта роль уготована ей. Даже обрадовалась. С жадностью ждала, как профессор скажет: «Двойника Дебры примешь ты, потому что нет никого талантливее тебя, только ты справишься с его энергией». Но мужчина внезапно ответил:

– Я давно наблюдал за твоим другом. За Арсением. Думаю, он тот, кто нам нужен.

– А в чем он талантливый? – вырвалось у Жени. В душе поселилась обида: «То есть в нашей компании не я самая творческая личность?»

– В арт-дилерстве. Это тоже искусство, хотя Ван Гог со мной бы поспорил