Шанс - Андрей Алексеевич Панченко

— Серега! Выбрался со своего острова Робинзон? — сказал он. — Ну ты даёшь, бродячая твоя душа! Не ожидал, если честно!

Вот это меня и удивило, и остановило. Я ожидал чего угодно — холодного взгляда, настороженности, испуга. Но не радости. Я закрыл за собой дверь и подошёл к столу.

— Здравствуйте, товарищ полковник.

— Да брось ты это, — отмахнулся он, и протянул мне руку. — Рад тебя видеть, честно.

Я встал напротив, проигнорировал протянутую руку, и внимательно на него посмотрел. Он тоже смотрел на меня, вначале недоуменно, потом растеряно. Улыбка с его лица начала медленно сходить на нет, лицо стало серьёзным.

— Что с тобой? Что случилось?

Я немного помолчал, потом сказал:

— Один вопрос задать хотел.

— Спрашивай. — Нахмурился Ильич, убирая руку.

Я посмотрел ему прямо в глаза.

— Это ты меня сдал? — спросил я спокойно. — Ворам. Ты рассказал им про остров?

Глава 22

Ильич сначала даже не понял. Так и стоял возле стола, чуть подавшись вперёд, будто не расслышал. Потом лицо у него изменилось. Ушла последняя тень улыбки, а вместо неё появилось что-то другое. Не страх. Не злость. Обида, что ли.

— Ты что сейчас сказал? — спросил он тихо.

Я не отвёл взгляд.

— Ты меня сдал? Ворам. Про остров кто рассказал?

Он медленно выпрямился, посмотрел на дверь, потом снова на меня.

— Сядь, — сказал он уже совсем другим голосом. — И не дури.

Я не сел.

— Ответь.

Он выдохнул через нос, и сам сел на стул.

— Нет, — сказал он. — Не я. Вообще не понимаю про что ты говоришь, про каких таких воров. И если уж на, то пошло, я вообще думал, что у тебя всё уже нормально.

Я молчал.

— Да сядь ты, — раздражённо бросил он. — Не стой над душой.

Я сел. Медленно, не убирая руки из кармана. Ильич заметил это, но ничего не сказал. Только посмотрел на меня ещё внимательнее.

— Давай по порядку, — сказал он. — Я тебя никому не сдавал. Наоборот. После того как мы из разливов выбрались, я про тебя разузнал. Через знакомого. Серьёзного человека. Из милиции. Я хотел понять, во что ты вообще вляпался.

Он помолчал, подбирая слова.

— Мне сказали, что дело по тебе закрыто. Что по основному эпизоду ты больше не проходишь. Что подозреваемые мертвы, а к тебе у следствия вопросов нет. Я, если честно, даже обрадовался.

— Обрадовался? — переспросил я.

— А что мне, по-твоему, надо было сделать? — Он пожал плечами. — Я тебя не вчера увидел. Ты мне жизнь спас, если называть вещи своими именами. И Лёхе тоже. Я думал — ну слава богу, парень зря бегает, а у него, оказывается, уже всё рассосалось.

Он говорил ровно. Без суеты. И самое неприятное было в том, что похоже это было на правду.

— Мы с Лёхой как раз в эти выходные собирались обратно ехать, — продолжал Ильич. — На остров. Тебя искать. Передать, что можешь вылезать из камышей, хватит в Робинзона играть. Я ещё сказал тогда: «Вот мол парень сидит на острове своем в дельте у заповедника, рыбу коптит и думает, что за ним полстраны гоняется».

У меня внутри что-то неприятно шевельнулось.

— И кому ты это рассказал? — спросил я.

— Ну я же тебе говорю, знакомому из милиции, через которого про тебя узнавал — ответил Ильич. — Нормальный мужик. Он ещё расспрашивал меня, как там рыбалка, как пройти до этих мест. Мол сам бы не прочь так отдохнуть дикарем, как мы с Лёхой.

— Кто он?

— Полковник. В области работает. Зам начальника УВД.

Вот тут у меня будто что-то щёлкнуло в голове. Я даже не сразу это осознал. Просто в один момент слова Петровича и слова Ильича вдруг встали рядом, как две половины одного целого.

Из области пришла команда не снимать поиск. Кто-то наверху, в руководстве местной милиции очень хочет, чтобы я всё-таки нашёлся. Знакомый Ильича. Полковник. УВД области.

Я смотрел на Ильича, а видел уже не его. Другого. Неизвестного мне человека, который, получив от старого военного рассказ про прячущегося на островах пацана, не закрыл вопрос, а открыл его заново. Не для милиции только.

Ильич заметил, как у меня изменилось лицо.

— Ты чего? — спросил он. — Да что случилось-то, можешь толком объяснить⁈ Приходишь весь такой злой и решительный, обвиняешь в чем-то…

Я не ответил сразу. Просто сидел, собирая это всё в голове.

— Я ему что сказал? — продолжал Ильич, уже сам пытаясь вспомнить дословно. — Что есть, мол, такой Серёга. Парень мне жизнь спас. Спрятался на островах, думает, что его ищут по старому делу, а ты говоришь, что дело уже закрыто. Я ещё сказал, что он дурак молодой, что бегает зря. Мы с ним даже посмеялись… Он тоже посмеялся. Сказал, бывает. Люди от страха сами себе тюрьму строят. И всё.

— Как его зовут? — спросил я.

Ильич нахмурился.

— А тебе зачем?

— Имя.

Он ещё секунду смотрел на меня, потом понял, что юлить сейчас бесполезно.

— Полковник Крылов, — сказал он. — Областное УВД. Да что случилось-то⁈ Ответь уже наконец!

Я медленно выдохнул. Теперь всё вставало на место слишком уж хорошо. Настолько хорошо, что даже спорить с этим было глупо. Петрович говорил: область не даёт снять поиск. Петрович говорил: тебя ищут все, и менты, и бандиты. Ильич говорит: рассказал про остров полковнику из области. После этого на остров приходят воры. Не ищут вслепую, а идут точно.

Я поднял взгляд на Ильича.

— Что случилось? А случилось то, что после вашего отъезда, буквально через несколько дней, на остров заявились люди местного положенца. Три штуки, хрен сотрешь. Положенец — это вор в законе, если ты не в курсе. Знали точно где искать, и кого. Захватили егеря, использовали его в качестве проводника. Вот это вот всё, — я обвел рукой возле лица, — это они со мной сделали. Убить меня хотели, а Лукича, убили…

— Подожди… — Ильич медленно спадал с лица — Кого убили?

— Лукича, егеря, — грустно усмехнулся я. — Он меня собой от выстрела закрыл. Буквально под ствол встал.

— Охринеть… — у Ильича глаза стали как пятикопеечные монеты — А ты как ушел? Как сбежать получилось?

— Сбежать? — Я покачал головой — Я не убегал.

— А как же тогда… — Начал говорить Ильич, но не договорил. Он вдруг всё понял — Троих⁈ Твою мать…

— У меня выбора не было. Или я, или они. — Я устало откинулся на спинку стула — Вот так вот Ильич.