По снегу босиком вместе - Нани Кроноцкая

плотно сплетенным из прочных кожаных лент, рывком сунул в них своего нового друга, задумался. — Ты так собираешься, будто мы идем на большую войну. — Венди все это время стояла на входе, и внимательно наблюдала за муками Лера. Она уже даже успела одеться, и медленно заплетала косу. — Там, куда мы идем, магия не работает, ты же знаешь. Я даже щит не смогу на тебя набросить. Остается рассчитывать на простые, но эффективные методы. — Лучше бы взял уж тогда динамит. — Венди фыркнула. — Третье тысячелетие от Рождества, а иные все бегают с ножиками. Это была просто шутка, и оба они это знали: защитное заклинание от огня умели творить даже школьники-азеркины. Самое действенное и быстрое, оно позволяло пройти без потерь даже через минное поле. А вот меч-артефакт, принявший руку хозяина… Не зря древние так ценили подобное вооружение. Никаких способов эффективной защиты от него для безоружного просто не было. Разве что, — бегство. Напряженное молчание снова повисло, уже вполне ощутимо звеня напряжением. Лер вздохнул, ожесточенно потер спинку носа, быстро очень оделся в заранее приготовленный свой альпийский костюм и начал уверенное построение сложной системы магических векторов мега-портала. Не в другой мир, конечно, подобное практиковали лишь только драконы да еще один ненормальный бессмертный. Но через стихию огромного океана, со всеми его многочисленными помехами и погрешностями, минуя монолиты высочайших гор Земли, прямо туда, где он очень надеялся, их не ждали. К Зеркалу Мира, в древний Тибет.

* * *

* Фетида (Thetis, Θέτις). Морская нимфа, дочь Нерея и Дориды, супруга Пелея и мать Ахиллеса.

** Речь идет об эпизоде, описанном в гл. 31 книги Н. Кроноцкой «Я бегу по снегу босиком» https://author.today/reader/176469

*** Щит Минервы — стационарное (длительного действия) заклинание ментальной защиты высшего порядка, применение которого исключает телепатическое вмешательство (чтение мыслей). Уровень силы воплощения заклинания напрямую зависит от уровня магии творящего его азеркина.

**** меч-гладиус — древнеримский короткий солдатский меч, носился у правого бедра военнослужащего рядового состава. Так же меч, которым казнили преступников, стал употребляться вместо древней секиры при всех казнях, но прежде собственно им казнили только солдат римского войска.

***** вакидзаси — второй самурайский меч с размерами на треть меньше размеров катаны.

41. Мир не рухнул

Мир не рухнул. Хотя должен был, определенно.

Лишь сама добросовестная Инквизиция, (Оккультная и Магическая, как полностью и официально называлась крупнейшая и общепризнанная организация мира разумных иных), — пошатнулась.

Сотни лет Occultus Mageia Inquīsītiō или ОМИ была символом всеми признанных и непоколебимых принципов бескомпромиссности и объективности. Осью шаткого равновесия между силами Света и Тьмы, настоящим столпом.

А теперь? Легендарный глава ее в казематах, все предъявленные ему обвинения были чудовищными, и прозвучавший уже приговор Верховного Трибунала (им же и созданного когда-то) предсказуем.

Клавдий сидел за столом своего кабинета и мучительно думал. Полезное дело вообще-то, привычное. Но сегодня давалось оно ему прямо-таки с непосильным трудом. С очень высокой степенью вероятности виной тому стала его очень плохая компания. Самая худшая из возможных.

Рядом с ним восседали, так же молча и напряженно раздумывая, еще два великих и оба ужасные: древний Ладон и еще более древний глава всего темного мира, сильнейший из демонов — мучитель Аваддон.

Еще была крутобокая и пузатая бутылка мутно-белого стекла украшенная серебряной головой рогатого оленя на прочном изгибе. Надпись Dalmore на ней сообщала всем тем, кто знал толк в дорогом алкоголе, и роскоши: эта «подружка на вечер» стоила целое состояние.

Три стеклянных стакана, гладкие шарики оникса охлаждавшиеся на крупных кусках колотого льда, плоское блюдо с сырными кубиками и серебряными шажками к ним, вазочка с осколками горького шоколада.

Лишь тускло поблескивающий артефакт тишины на столе Клавдия рассеивал сумрак его кабинета.

Высшие мрачно молчали.

Дракон первым прервал затянувшуюся тишину.

— Безумие, просто безумие. Я все эти годы работал с ним рядом. И ни секунды не сомневался, и в мыслях ведь не было. Сэм всегда был для нас символом Инквизиции.

Клавдий молча разлил по стаканам драгоценный напиток, краем глаза заметив: в бутылке его не убавилось.

— Это тебе было простительно, да даже мне. Хотя, я сомневался уже много лет, были причины. Но Гессеру… неужели он тоже не видел? Мне как-то не верится. Кстати, Авва, а ты у нас слышал о деле «Возмездия?»

Демон в ответ поперхнулся, закинул в рот кусок шоколада и покачал головой.

— Я счел эту идею бредом пьяного демона. Сэм ко мне как-то подкатывал с этим проектом, я послал его в… эм. Ну, не важно. И забыл, говоря откровенно. Нет, не верю, простите сиятельные, это действительно бред.

Клавдий встал, стариковски покряхтывая, дотянулся до шкафа с секретными документами, вывел на нем свою руну, достал толстую серую папку, не скрываясь и не таясь и бросил на стол перед демоном.

— Пробегитесь по делу. И ужаснитесь.

Ладон даже не пошевелился, прихлебывая свой напиток и лениво поглядывая на явно заинтересовавшегося папкой темного.

Тот длинными и холеными пальцами развязал аккуратно шнурок переплета, открыл документы. Почерк для всех узнаваем: у Сэма шрифты всех языков были похожи на руны, не перепутаешь.

Длинная и красивая ладонь легла на бумаги, демон прикрыл глаза. Магическое скорочтение — очень полезная штука.

Уже спустя пару минут бессмертный удивленно распахнул свои длинные, угольно-черные ресницы и прошептал: «Он совершенно безумен!»

— Это как сказать, темнейший, как сказать… С логикой тут изложенного очень трудно поспорить. Особенно, если не был свидетелем тех событий, что потом стали мифами и легендами. А много ли нас осталось, это видевших? Единицы.

— О чем это вы, досточтимые, просветите?

Из сидящих сегодня за этим столом Ладон был самым юным. Он застал сонм бессмертных великих, пафосно называвших себя «богами», но уже на излете истории этой древней цивилизации.

— После тех самых событий он все и задумал. Сидел тут тарантулом и веками тихонько плел сети свои. Вспомни, Авва, ведь инициацию серых придумал именно он. Разом добравшись до светлорожденных высших. Кто это помнит?

— Точно не я. Я запутался, Клавдий. При чем тут «Возмездие?»

— Мы все здесь запутались. Очень давно и серьезно. Об этом не хочется вспоминать, от нас всех остались тогда лишь осколки, целая цивилизация рухнула. Только потерянные нами дети, те крупинки, которых мы с Ладом разыскивали, воспитывали, растили и сохранились тогда. Величайшие. Это в их жилах течет кровь самых могущественных существ того времени. Для чего они Сэму вдруг стали нужны, угадай?

— Пожалуй, я выпью. Этот серый лис сотни лет водил меня за