Исповедь смертного греха 3 - Макс Вальтер

Я нажал кнопку на торце. Внутри что-то щёлкнуло, и ампула выскользнула из стержня, заняв своё место внутри головы покойного.

Я выдернул стержень. Из уха тут же потекла густая тёмная жидкость: мозг, смешанный с кровью и первым компонентом. Я выхватил тампон из нагрудного кармана и быстрым движением заткнул отверстие. Жидкость перестала течь, но тампон держался неплотно. Тогда я использовал штырь, которым только что вводил ампулу, и протолкнул тампон глубже в ушной канал, утрамбовывая его так, чтобы он не выпал и не привлёк внимания.

Закончив, я убрал все следы, накинул простыню на лицо Алимова, двинул ящик обратно в холодильник, захлопнул дверь и тут же метнулся в слепую зону. Камера прошла надо мной ровно в тот момент, когда я прижался спиной к стене.

Обратный путь оказался на удивление простым. Я буквально проскользнул под камерами, повторяя заученный маршрут, и лишь однажды пришлось замереть в слепой зоне, дожидаясь, пока охранник пройдёт мимо. Он двигался не спеша, заглядывая в двери. Дождавшись, пока его спина окажется прямо передо мной, я пристроился за ним и прошёл оставшийся отрезок коридора, используя его тело как щит. У двери в туалет я скользнул в сторону, и охранник, ничего не заметив, продолжил обход.

Я вошёл в туалет, плотно прикрыл за собой дверь и только тогда позволил себе выдохнуть. Руки всё ещё подрагивали, но адреналин уже отпускал, уступая место холодной, расчётливой сосредоточенности. Я подошёл к унитазу, который всё ещё был переполнен, и бросил в мутную воду дрон-пробойник. Он зажужжал, завибрировал и принялся вгрызаться в жировую пробку.

Не прошло и минуты, как дверь распахнулась и на пороге возникла администратор. Она всё так же прижимала платок к носу, но выглядела уже спокойнее.

— Долго ещё? — спросила она с ноткой тревоги в голосе. — Скоро должны приехать забирать тело на церемонию. Мне нужно, чтобы здесь было чисто.

— Уже заканчиваю, — ответил я, изображая добродушную улыбку. — У вас засор был серьёзный, но я запустил дрон-пробойник. Сейчас он уберёт пробку, и всё заработает.

Словно в подтверждение моих слов, вода в унитазе с противным хрюканьем умчалась в трубы, оставив лишь мокрые края фаянса. Администратор посмотрела на это с таким облегчением, будто я только что спас ей жизнь.

— Спасибо вам огромное! — Она рассыпалась в благодарностях и тут же загнала в туалет дрон-уборщик, который принялся вылизывать кафельный пол.

Я вышел в коридор и сделал вид, что собираю инструменты. Сам лихорадочно прикидывал, как теперь попасть в зал прощания. Времени на конспирацию не оставалось. Нужно установить излучатель, и сделать это до того, как меня выпроводят из здания.

На выручку пришёл молодой гримёр. Он вывернул со стороны офиса, заметно нервничая, и обратился к администратору:

— Марин, ты меня звала?

Администратор посмотрела на него, как на идиота. Потом нахмурилась, задумалась на секунду и вдруг кивнула:

— Да, вообще-то, ты мне нужен. Пойдём, надо обсудить кое-что по сегодняшней церемонии.

Она обернулась ко мне, явно собираясь попрощаться, но я опередил её вопрос.

— А можно вас попросить? — Я изобразил на лице печаль. — Никогда не был в таких местах. А ведь все мы там когда-нибудь будем. Можно мне немного осмотреться, пока вы заняты? Просто для себя на будущее. Это займёт буквально пару минут.

Она на мгновение замялась, потом махнула рукой:

— Конечно, смотрите. Только недолго, у нас сегодня важный день.

Я поблагодарил её и, уже не таясь, вошёл в зал прощания. Он был именно таким, как на записях с камер, которые показывала Дашка: ряды кресел, приглушённый свет, декорированные под траурный стиль колонки по углам. Я медленно прошёлся по залу, провёл рукой по обивке кресел, заглянул за портьеры. Постепенно, шаг за шагом, я добрался до левой дальней колонки, которую порекомендовал Каин.

Дождался, когда камера в углу отвернётся, и одним движением извлёк излучатель из кармана спецовки. Пальцы сами нашли отверстие, тот самый фазоинвертор, и я закинул излучатель внутрь. Услышал, как магнитное крепление с тихим щелчком зафиксировало его на месте, и кивнул сам себе.

Я отошёл в центр зала, подпёр рукой подбородок и вновь состряпал на лице скорбное выражение. В этот момент в зал вернулась администратор. Увидев меня в этой позе, она невольно улыбнулась.

— Душевно у вас тут, — задумчиво произнёс я. — А я могу заказать для себя церемонию при жизни? Чтобы потом, когда придёт время, попасть именно к вам?

Женщина улыбнулась ещё шире. Видимо, я попал в точку: такие вопросы ей задавали не в первый раз.

— Конечно, можете. Запишитесь на консультацию, и я всё вам подробно распишу. У нас есть несколько программ, от эконом-класса до премиум. А сейчас извините, у меня очень важная встреча. На сегодня заказана церемония, и она весьма… солидная, так что всё должно пройти идеально. Спасибо вам огромное за оперативность, деньги я уже перевела на счёт вашей фирмы.

— Не стоит благодарности, — кивнул я и направился к выходу. — Работа такая.

Я подхватил ящик с инструментами, попрощался с администратором и вышел на парковку. Солнце уже поднялось над горизонтом и заливало всё вокруг ярким утренним светом. Я забрался в флайер, аккуратно поставил ящик на пассажирское сиденье и поднял машину в воздух. Только когда агентство осталось далеко позади, а подо мной снова поплыли серебристые пальмы ботанического сада, я позволил себе выдохнуть по-настоящему.

Глава 21

Исполнение

Мы с Дашкой устроились прямо на траве посреди оранжереи, разложив между собой нехитрый перекус, который она привезла с собой: несколько упаковок солёных снеков, хрустящие палочки и две бутылки газированной воды. Перед нами висел голографический экран, транслирующий записи с камер похоронного агентства. Церемония прощания с Алимовым была в самом разгаре, и мы наблюдали за ней, по очереди закидывая в рот снеки.

Я отправил в рот очередной солёный шарик, разжевал и кивнул на экран, где лысоватый мужчина в дорогом костюме как раз заканчивал чувствительную речь о безвременно ушедшем гении.

— Как думаешь, сколько ему заплатили? — поинтересовался я.

— Столько же, сколько и всем остальным. — Дашка тоже закинула в рот снек и хмыкнула. — Судя по всему, они покупали их оптом. Слишком однообразны, написаны как под копирку.

— Смотри, в третьем ряду женщина в чёрной шляпе. Она плачет уже минут десять, но почему-то её тушь даже не потекла. Вот что значит хорошая косметика.

— Или плохая