Микробиолог. Спасти Ленинград 2 - Валерий Александрович Гуров

Особенно если Клим Андреевич, вместо того чтобы просто искать пропажу, начнёт интересоваться, откуда вообще взялись эти два вагона сепараторов, кто их достал, с кем договаривался, и почему тогда ещё младший лаборант гидролизного института оказался в самом центре всей этой истории.

Хотя с сепараторами ещё ладно — имелось решение исполкома, были официальные получатели, накладные, телефонограммы, подписи — целая гора совершенно добропорядочных советских бумаг, которой при случае можно было завалить излишне любознательного старшего лейтенанта.

А вот дальше… — нет. Дальше товарищу Петельникову ходить было совершенно незачем и про Инну ему знать ничего не следовало, ни сейчас, ни потом.

Я собрал со стола бумаги, сунул блокнот в карман и уже сделал шаг к двери.

— Саш, — раздалось за спиной.

Я резко обернулся — Лена стояла совсем рядом.

Очень-очень близко, я даже не понял, когда она успела подойти.

— Что?

Вместо ответа она просто шагнула ещё ближе, поднялась на цыпочки и поцеловала меня. Нет, не в щёку, по-настоящему, и долго.

На сколько-то секунд весь институт куда-то исчез; да что там институт! Исчез весь город.

Осталась только Лена, её руки у меня на плечах, запах волос и совершенно ошалевший молодой Сашка внутри, который, кажется, давно ждал именно этого и теперь торжествующе орал что-то нечленораздельное.

Секунды протекли, Лена отстранилась, опять прикусив губу. Лицо у неё сделалось малиновым до самых ушей.

— Ты всё равно сам никогда не решишься, — вдруг выпалила она сердито.

Молодой Шереметьев внутри меня был с нею полностью согласен. Взрослый, надо сказать, тоже.

— Не решусь? — ладони мои легли ей на плечи. Впрочем, нет, не совсем мои — молодой Саша Шереметьев вырвался из глубин подсознания.

Лена замерла, зажмурилась — и на этот раз поцеловал её уже я. Она не отстранилась.

В этот миг заорал телефон — так оглушительно, словно где-то рядом включилась сирена воздушной тревоги; мы с Ленкой отпрыгнули друг от друга, она немедля схватилась поправлять волосы, я почему-то за блокнот.

— Елена Павловна! Там про слесарей звонят! — крикнули из соседней комнаты.

— Пусть ждут! — отозвалась Лена и тут же, уже тише, мне: — Иди. Иди скорее, пока я не…

— Куда идти?

Она уставилась на меня.

— К Петельникову, куда же ещё! И, Саш… не улыбайся так, пожалуйста. А то я… совсем голову потеряю, — последнее она проговорила сердитым шёпотом.

— Это я… от нервов, — выпалил я, выскакивая за дверь.

Мга, вагон, двадцать четыре сепаратора, Петельников — я повторил всё это про себя дважды.

Со второго раза даже получилось вспомнить в правильном порядке.

В общем, особо откровенничать с товарищем старшим лейтенантом госбезопасности я не намеревался. Рассказывать следовало лишь то, что имело отношение непосредственно к вагону. Номер, груз, получатель, маршрут, последняя известная станция.

Никаких объяснений, кто именно кому звонил, кто кого знает и через кого что выяснялось.

Дверь в кабинет Петельникова была приоткрыта — значит, у себя. Я аккуратно постучал.

Сам Петельников сидел, уткнувшись в какие-то бумаги. Поднял голову, увидев меня — и я понял, что визит мой оказался неожиданностью.

— Александр Сергеевич?

— Есть один вопрос, Клим Андреевич.

— Проходите.

Я вошёл и прикрыл за собой дверь; Петельников отложил карандаш.

— Что-нибудь случилось?

Вот ведь профессиональная деформация. Нормальный человек спросил бы: «Чем обязан?»

— Случилось так, что делу требуется ваша помощь.

На этот раз удивился он уже по-настоящему.

— Что ж, это интересно. Рад буду оказаться полезным.

— Да ничего особо интересного. Мы железнодорожный вагон тут потеряли.

— Мы? Или вы?

— Не лично я, если это вас успокоит. Вагон шёл в Ленинград. В нём двадцать четыре сепаратора для производства пищевых дрожжей. Первую партию мы успели получить, а вот вторая… Вторая пропала. В смысле, пропал второй вагон.

— «Пропал» — понятие широкое. Когда его видели последний раз?

Я вытащил блокнот.

— До Волховстроя дошёл точно. Потом его включили в состав на Ленинград. Двадцать шестого вечером или ночью на двадцать седьмое отправили в сторону Мги. Дальше след теряется.

Петельников перелистнул страницу блокнота.

— Диктуйте все данные. Номер вагона, номер накладной, всё как положено.

Я продиктовал.

— Станция отправления? Отправитель?

— Пермь… э-э-э, то есть Молотов, завод пищевого оборудования…

— Понятно, а получатель?

— Горисполком, — ответил я без колебаний.

— А откуда вам известно про Волховстрой и Мгу?

Вот теперь вопрос был уже опаснее.

— По снабженческой линии выяснили. — Я пожал плечами.

— Кто именно выяснял?

— Как «кто»? Я и выяснял, Клим Андреевич.

— Это я понимаю, — терпеливо сказал Петельников. — Мне нужны фамилии сотрудников, непосредственно занимавшихся поисками — если вы хотите, чтобы я нашёл груз, мне надо знать, откуда взяты сведения. Иначе я начну искать там, где уже искали до меня, потеряю время и приду к тем же людям.

Я развёл руками.

— Понятия не имею, Клим Андреевич. Запросы шли в исполком, а уж что там дальше было… мне просто передали ответ. Который я вам и продиктовал.

Это было правдой, пусть и не полной.

— Понятно, — Петельников сделал себе пометку, — значит, в исполкоме вы уже были…

— Были, — я не стал спорить. — Но, мне кажется… по вашей линии… это можно будет сделать быстрее.

— Возможно, — невозмутимо сказал Клим. — Значит, до Волховстроя сведения достоверные?

— Насколько сейчас всё может быть достоверным.

— Понятно. Что ж, обратимся к товарищам из управления на транспорте. И на станции тоже позвоним… вот только… Александр Сергеевич, почему вы пришли именно ко мне? Не проще ли было бы продолжать действовать через исполком, уж раз у вас там такие связи?

На слове «связи» он тонко улыбнулся.

— Потому что обычными способами его уже ищут, Клим Андреевич. А времени нет.

— И вы решили попробовать необычный способ?

— Решил попробовать человека, который умеет искать.

Клим медленно улыбнулся.

— Вот теперь вы мне действительно польстили.

Я остался серьёзен и улыбка с его лица быстро исчезла.

— Клим Андреевич, только одно слово — Мга.

— А вы откуда знаете? — он разом напрягся.

— Вам сводку слухов, что по городу гуляют, разве не присылают? — я пожал плечами.

У Петельикова сжались губы.

— По инструкции я должен был бы у вас, Александр Сергеевич, получить сведения, где именно