Идущий тропой мёртвых 9 - Зигмунд Крафт

— Слухи часто искажают реальность, — обтекаемо произнёс настоятель, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Юноша талантлив, несомненно. Но политика других королевств…

— Оставьте эти сказки для простоэльфинов, — холодно отрезал аристократ, поднимаясь на ноги. Он брезгливо одернул полы халата. — Положение Ларгоса шатается, что очевидно многими недовольными им. Его излишняя жестокость, беспринципность… И самое главное — его заигрывания с колдунами. Как ещё долго король Калдир намерен закрывать на это глаза? Остальной Амрот давно уже ропчет на подобные самовольства. Если кронпринц отворачивается от храма и ищет силы в сомнительных местах, высоким домам придется подумать о перспективах. У короля есть и другие сыновья. Кальвер, например. Или Адмир, чья репутация сейчас сияет ярче, чем корона на голове Калдира.

Сэлламар не стал прощаться. Он просто развернулся и вышел, оставив за собой шлейф терпкого парфюма и повисшую в воздухе угрозу.

Как только дверь затворилась, настоятель тяжело выдохнул и обмяк в кресле. Маска благочестия сползла с его лица, обнажив глубокую усталость. Он потер виски, чувствуя, как начинает пульсировать головная боль.

Все эти два месяца он и узкий круг его самых доверенных жрецов тайно возносили молебны за Ларгоса. Они надеялись, что Кореллон сменит гнев на милость, пытались отмолить кронпринца и вернуть ему утраченную благодать. Но результаты этих манипуляций приводили к совершенно неожиданным результатам.

Посланники Кореллона не просто молчали. Они отвечали жестким, обжигающим отказом. Любое обращение к богам с именем старшего из принцев Даэрин вызывало в динами агрессивное отторжение: вода в священном источнике словно тяжелела, а сами жрецы после медитаций страдали от мигреней и чувства ледяной пустоты. Боги не просто отвернулись от Ларгоса, они начинали отворачиваться от самого храма Ильмарина за эти попытки заступиться за изгнанного. То, что энергии в местном динами стало меньше, чем обычно, заметили буквально все и начали шептаться, порождая слухи один грязнее другого. Паства уходила в другие места — дальше, неудобнее, но чище и сильнее.

Настоятель открыл глаза и посмотрел на деревянную статую Кореллона в углу кабинета. Уже давно стало очевидно, что рисковать милостью богов и золотом аристократов ради принца, который тянет их всех на дно, было чистым безумием.

Приход Сэлламар Лаилинд стал той самой последней каплей. Решение сформировалось само собой, холодное и окончательное. Тайные молебны за Ларгоса будут прекращены сегодня же. А сообщать об этом самому кронпринцу… Настоятель криво усмехнулся в тишине пустого кабинета. В этом нет ни малейшей нужды. Пусть Ларгос и дальше думает, что храм пытается его спасти.

Интерлюдия

Воздух в личном кабинете Калдира казался тяжелым, тягучим, словно перед грозой. Напротив массивного стола монарха стояли трое. Главы высоких домов Клааран, Араканд и Лаилинд не просили аудиенции — они её потребовали. Отсутствие представителя дома Долиан, связанного с короной браком принца Кальвера, лишь подчеркивало изоляцию монарха в этой комнате. Три против одного.

— Мы закрывали глаза на многие странности кронпринца, ваше величество, — нарушил тишину глава дома Клааран, эльф с ледяным взглядом. — Списывали это на жесткость, необходимую будущему правителю. Но сейчас ситуация вышла из-под контроля.

Калдир откинулся в кресле, скрестив руки на груди. Его лицо оставалось каменным, но пальцы с силой впились в ткань рукавов.

— Вы пришли в мой кабинет, чтобы обсуждать беспочвенные слухи? — голос короля прозвучал обманчиво тихо.

— Это уже не слухи, — вступил Сэлламар Лаилинд. — Это факты, которые порочат репутацию всей столицы. Эти так называемые «цветные дома», принадлежащие Ларгосу… Оттуда доносятся тревожные вести. Эльфы исчезают бесследно. А его личные отряды? Они не просто маги на службе короны, Калдир. Это колдуны. Настоящие колдуны, практикующие то, за что храмовники без раздумий отлучают от права благодати. И за всем этим тянется след из заказных убийств.

Король подался вперед, с силой опустив ладони на стол. Дерево жалобно скрипнуло.

— Вы обвиняете наследника престола Амрота в пособничестве колдунам и убийствах, опираясь на сплетни черни? — процедил Калдир, с трудом удерживая рвущийся наружу гнев. — Это ложь от первого до последнего слова. Ларгос суров, но он действует в интересах государства.

— Если это ложь, ваше величество, то докажите это, — спокойно ответил лорд Араканд. — Мы требуем инициировать официальную проверку деятельности кронпринца. Ради спокойствия высоких домов и благополучия всего Амрота.

Калдир обвёл взглядом троих аристократов, прекрасно понимая, что они не отступят. Отказ только спровоцирует бунт или саботаж, который сейчас, при нестабильной репутации Ларгоса, был короне совершенно не нужен.

— Хорошо, — монарх холодно кивнул. — Я соберу комиссию. Расследование будет проведено, и когда оно подтвердит беспочвенность ваших параноидальных фантазий, я буду ждать от каждого из вас публичных извинений.

— Разумеется, — лорд Клааран склонил голову, но в его глазах блеснуло торжество. — Однако у нас есть условие. Комиссия не может состоять только из лояльных короне следователей. Мы требуем равного представительства. Пять высоких домов — пять следователей. Один от Лаилинд, один от Клааран, один от Араканд, один от Долиан и один от вашего дома Даэрин.

Король сузил глаза, просчитывая риски. Трое против двух. Они заранее всё спланировали, но деваться было некуда.

— Я согласен. Формируйте свои списки. А теперь оставьте меня.

Аристократы синхронно поклонились и молча покинули кабинет. Как только тяжелые двери закрылись, Калдир устало потер переносицу. Политические игры высоких домов утомляли его все десятилетия его правления. Постоянно все тянули одеяло на себя, а ему приходилось всеми силами поддерживать баланс, чтобы древний закон о междоусобной войне не нарушался. Но в последнее время их нападки стали гораздо абсурднее и невыносимее, чем обычно.

Он нажал на встроенный в стол артефакт вызова. Буквально через пару секунд в кабинет бесшумно вошел личный секретарь короля.

— Келларион, — бросил Калдир, не поднимая головы. — Немедленно найди Ларгоса и передай, чтобы он явился ко мне.

Секретарь замялся не спеша уходить.

— Ваше величество… Его высочества кронпринца нет в Ильмарине.

Король резко вскинул голову.

— Что значит «нет»?

— Он покинул столицу ещё на рассвете. Отправился в инспекционную поездку, никого не предупредив. Маршрут неизвестен.

Калдир медленно откинулся в кресле. Его брови сошлись на переносице, превратив лицо монарха в мрачную маску. Внезапный отъезд наследника именно в то утро, когда столичные высокие дома решили нанести согласованный удар, выглядел слишком подозрительно. Всё это наталкивало на мысли, что эта акция была давно запланирована и стервятники лишь ждали удобного момента, заранее