Бог сломленных - Кэмерон Джонстон

у него, когда встретитесь? – рявкнул я. – Главное, что он настоящий и владеет древним знанием, которое мы утратили после разрушения его империи. Это не сулит нам ничего хорошего.

С остекленевшими глазами скаллгримец продолжил:

– Ему потребовалось всего два года, чтобы стать главным среди всех хальрунов, ему поклонялись как живому богу. За одиннадцать лет он объединил все отдаленные племена в одно.

– Как ему удалось захватить власть? – спросила Секка. – Ваш народ раздирала кровная месть.

Пленник просто молча посмотрел на меня.

Секка поморщилась.

– А, поняла.

Она избегала встречаться взглядом с тираном, присутствовавшим в палатке.

– И чем же он занимался в последующие годы? – спросил я. – Сдается мне, он ленивый говнюк.

Несмотря на мой ментальный контроль, удерживавший его в неподвижном и сговорчивом состоянии, пленник содрогнулся. Я мельком увидел ответ в его разуме и почувствовал, как к горлу подступает желчь.

– Не ленивый, – ответил он. – Он ждал, когда созреют их яйца и благословят наших вождей новым потомством. Теперь среди нас и среди вождей этой земли сотни скаррабусов.

Я видел не только это.

– Расскажи про ямы.

Бедняга едва сдерживал рвоту. Он облизал потрескавшиеся, распухшие губы.

– Это не все, чем он занимался в те годы. Он заставил нас построить… мастерские, чтобы создавать противоестественных тварей из плоти и костей.

Я опустился на кровать рядом с ним и обхватил голову руками, разделяя его страдания.

– Что не так? – спросила Секка.

– Во время Черной осени хальрун сказал кое-что, чего я тогда не понял. Он сказал: «Они забрали наших детей!» Скаллгримцы, с которыми мы сражаемся, не зло. Они просто в отчаянии.

Пленник продолжил:

– Из тех, кто разгневал или подвел его, он создавал чудовищ, и их дети отправлялись в ямы, где их превращали в нечто иное, не людей. Некоторые становились богомерзкими тварями, питающимися магией. Мы не смели ослушаться.

– Магаш-Мора, – ахнул Винсент. – Сколько их?

– Десятки. Они намного меньше, чем та, что выросла в брюхе вашего развращенного, разлагающегося города, но все равно убить их невозможно, по крайней мере, так считали предводители скаллгримцев.

Мы с магами потрясенно переглянулись. Я откашлялся.

– Мы не видели их в горских землях. Если Абракс-Масуд здесь, где же они?

– В месте, которое вы зовете Железным портом. Они поглотят ваших Одаренных, а затем двинутся к вашему незащищенному городу.

Секка зажала рот ладонью.

– Благословенная Хозяйка ночи…

Армия Арканума шла прямо в капкан, и мы ничем не могли помочь.

Полог шатра откинулся, и вошли Эва, Брайден и Кормак, исцарапанные и покрытые пылью, но в остальном невредимые.

– Что здесь происходит? – поинтересовалась Эва. – Мне сказали, у тебя пленник.

Мы смотрели на них, и каждого из нас переполняло отчаяние.

– Мы в полной заднице, – сказал я. – Армия Арканума не придет нас спасать. Будет удачей, если она сама спасется.

Я рассказал им все, что поведал пленник, и то, что сам знал о скаррабусах.

Некоторое время мы сидели, стараясь не разрыдаться.

– Значит, мы будем сражаться, – наконец произнесла Эва.

Мы удивленно воззрились на нее.

– А что еще остается? Если будем сражаться – умрем. Если сбежим – умрем. В бою у нас хотя бы будет шанс. Союз вольных городов в трех днях пути. Мы можем продержаться три дня, а потом их приход поменяет ситуацию.

– А что насчет старшего мага и двух раваков? – воскликнул Винсент. – Как можно надеяться их победить?

Эва пожала плечами, заскрежетав сталью:

– Может, и никак. Может, мы лишь купим Сетарису и Аркануму немного времени и будем надеяться, что его хватит, чтобы наши легионы в Тысяче царств пересекли штормовое зимнее море и прибыли на оборону города. Я знаю одно: если останемся в стороне и позволим им беспрепятственно пройти, наш мир закончится.

– «Может» – это лучше, чем ничего, – сказал я. – Мы бывали в ситуациях и похуже, и более безнадежных.

– И посмотри, чего это стоило, – воскликнул Винсент, кивнув в сторону Эвы.

Она застыла:

– Я не жалею о цене и готова повторить это снова, чтобы спасти тысячи невинных жизней.

Ее гордость и железная воля укрепили мою решимость.

– Мы будем сражаться.

– Это самоубийство, – покачал головой Винсент и направился к выходу из шатра. – Гренвилл уже мертв, и я не стану участвовать в этом безумии. Я возвращаюсь домой.

– Ну-ка сядь, парень, – сказал Кормак. – Ты же не такой.

– Умирайте, если хотите, – бросил Винсент. – Глупцы.

Он собрался уйти, но ахнул, когда я пронзил его разум. Там царила паника, защита была слабой и неорганизованной. Я делал это с сожалением, поскольку был с ним согласен, и полгода назад уже сам убегал бы сломя голову.

– Останься, – сказал я.

Он задохнулся и повернулся к нам.

– Эдрин, – рявкнула Эва. – Не смей…

Брайден перебил ее:

– Он прав. Если Винсент не хочет сражаться, нужно его заставить. Мы все многим пожертвовали в последние месяцы и сделаем это снова. Такова доля мага. Мы защищаем слабых и невежественных от опасностей кровавого колдовства. Разве… разве это неправильно?

Он запнулся и посмотрел на Кормака.

Маг погладил рыжую бороду и поморщился:

– Деваться некуда.

– Это неправильно, – запротестовала Секка. – Нельзя просто поработить его и заставить делать то, что ты хочешь.

Я вздохнул:

– Ты пожертвуешь всем ради свободной воли одного труса, Секка?

Она открыла и снова закрыла рот, а затем уставилась в пол.

– Когда он очнется, ничего ему не рассказывайте.

Я изменил его мысли и воспоминания и сконструировал новый план действий. Винсент слабак, завидовавший храбрым и сильным и жалевший, что не создан для подвигов. Теперь у него был шанс. Я поместил этот порыв в его сознание и усилил до жгучего желания. Он станет героем, которым всегда мечтал быть.

Винсент моргнул и повернулся ко мне, его взгляд был полон искренности.

– Вы правда уже шли на верную смерть. Это был геройский поступок, и я хочу быть достойным его. Мы будем сражаться до конца.

Все удивленно вытаращились на него.

– Давайте же надерем ублюдкам задницы, – сказал я.

– Надо продержаться всего три дня, – напомнил Винсенту Кормак. – Затем придет подкрепление из других Одаренных и тысячи воинов.

Секка бросила на меня встревоженный взгляд.

– Будем сражаться.

– Мы все согласны, – подытожила Эва.

Глава 27

Я отошел в сторону, предоставив Эве вести допрос пленника. Она выудила у него все необходимые подробности о военной стороне дела, и стало очевидно, что даже со всеми украденными знаниями я мог похвастаться лишь сотой долей ее навыков. Прежде чем разработать план, она собрала сведения о том, с какими силами мы столкнемся, боевом духе врага, о хальрунах и демонах. Ей не