Бог сломленных - Кэмерон Джонстон

Окутанная тьмой, она мчалась к лагерю врага. Ее усиленное магией зрение превосходило зрение врагов, и она видела всех часовых: и греющих у костров окоченевшие руки, и тех, кто притаился в тени ледяных скал, ожидая, не нападет ли кто на видимых караульных. Эва с легкостью обходила всех, затаиваясь, когда они обшаривали окрестности взглядом, а затем проносилась мимо, бесшумно, словно дух.

Похожие на насекомых демоны со светящимися зелеными глазами и непробиваемыми панцирями царили в снежной ночи там, где не смели ступать люди, и нюхали воздух, подергивая усиками, когда приблизилась Эва. Быстрым ударом по голове она заставила их замолчать, и они упали замертво, а она почти даже не замедлила бега. Она стряхнула с кулаков грязь и помчалась к огням и шатрам.

В этом лагере развевались знамена трех племен: кабан, орел и морской змей. А значит, у каждого племени в большом шатре расположился военачальник.

«Осторожнее, – предупредил я. – Я чувствую в двух больших шатрах справа хальрунов, и нам повезло – одна из них геомант. Избавься от нее, и они не смогут противостоять Кормаку. Слева от тебя яркий шатер с эмблемой орла на боку; это уловка: военачальник племени Орла на самом деле находится в шатре поменьше слева от него, а в большом – его помощники. Вождь племени Кабанов отсутствует, а вождь племени Морского змея находится в северной стороне лагеря. Сомневаюсь, что ты проберешься туда и обратно незамеченной».

Ее чувствительные глаза и мое мысленное чутье прекрасно работали в тандеме, и Эва наконец поняла, как здорово, когда рядом есть тот, кто способен читать мысли и красть информацию.

«О да, ты просто превосходный спутник, – подумала она. – А теперь прекрати уже болтать и дай мне заняться делом».

Я выполнил ее просьбу и проник в мысли скаллгримцев, находящихся поблизости. Рано или поздно нам понадобится отвлекающий маневр.

Ее главной целью были хальруны, ближайший вождь под знаменем с орлом – второстепенной, а два его помощника – третьестепенной. Эва хотела отсечь голову от тела и, если все пройдет удачно, они несколько часов будут сражаться, ничего не соображая, пока их не возглавит кто-нибудь другой.

Эва была не из тех, кто медлит и теряет время. Мой Дар, проникающий в умы, показывал ей путь, она уворачивалась, пригибалась, ползла по снегу и пробиралась по лагерю, пока не оказалась прямо у шатра хальрунов. Хальруны храпели, погрузившись в сон после дневных трудов по устранению ловушек Кормака.

Эва прорезала боковую стенку шатра и скользнула внутрь, доставая еще один нож, чтобы пронзить первый череп.

«Стой!» – сказал я, направив ее внимание на идеальный круг из собачьих клыков на полу у постелей, каждый клык был вымазан в человеческой крови – примитивное языческое заклинание.

«Дай мне немного времени, и я с этим разберусь», – предложил я.

«Некогда, – подумала она. – Все заклинания срабатывают не сразу, а уж эти язычники точно не первоклассные маги».

Эва взяла по ножу в каждую руку и задумалась, не метнуть ли их. Нет, Одаренных таким способом не убьешь с одного удара, а на второй у нее не было времени. Она накачала мышцы магией по максимуму, прыгнула на первую лежанку, и нож с хрустом вонзился в центр лба спящего. Эва отпустила нож и перекатилась, прыгнула на следующую лежанку, второй нож прошел через глаз и вонзился в мозг.

Как только Эва пробила головой ткань шатра, вылетела наружу и помчалась к вождю племени Орлов, за ее спиной из земли поднялись жуткие шипы и шатер разорвало в клочья. Стоящий снаружи часовой слишком вяло отреагировал на несущуюся к нему Эву. Удар кулаком в лицо отправил его труп в полет. В следующем шатре она обнаружила бородатого вождя без доспехов, под одеялом и с раскрытой книгой в руках. Он выпучил глаза от потрясения, а она схватила его за голову и повернула. Его шея хрустнула, как хворост. Эва отшвырнула его, вышла, проделала то же самое с его подручными в соседнем шатре, а затем помчалась на север, к вождю Морских змей.

«Что ты делаешь? – взревел я. – Совсем чокнулась? Мы здесь закончили».

Эва не могла допустить, чтобы вождь остался в живых и принял на себя командование. Все они должны были умереть здесь и сейчас; другого шанса у нее не будет. Лагерь наполнился воплями, и она помчалась на север, в гущу криков, смятения и ярости. Пусть они запутаются. Если они не поймут, где она и кто такая, возможно, ей удастся уцелеть.

Я замолчал, лихорадочно пытаясь исказить разум скаллгримцев темной и коварной магией.

Над лагерем вспыхнула магия, и белый свет превратил ночь в день. Воины подняли оружие и нацелили его на Эву. В нее полетел град стрел и копий. Парочка попала в цель, и она покачнулась, но твердую, как железо, кожу рыцаря, не так-то легко проткнуть.

Вот он! Прямо перед ней из шатра выскочил вождь Морских змей, сжимая в мускулистой руке светящийся топор.

На ее пути встали два охранника. Эва пронеслась сквозь них, не сбавляя скорости, и отправила их в полет со сломанными костями. Затем настало время умереть и вождю. К его лицу метнулся кулак Эвы. Вождь уклонился, отскочив в сторону со сверхъестественным проворством. Магорожденный с улучшенными физическими способностями! Двигаясь слишком быстро, Эва поскользнулась на слякоти и врезалась в шатер позади него, на мгновение запутавшись в козьих шкурах и холстине. Вырвавшись на свободу, она оказалась лицом к лицу с тремя закованными в доспехи воинами, их предводителем-магом с зачарованным топором и… проклятье, с иссохшим хальруном, увешанным костяными амулетами и бусами.

Положение Эвы было незавидное, но ее это не остановило. Она рванула к предводителю клана, увернувшись от двух топоров его приспешников. Единственный удар раздробил одному из них грудину, и он рухнул на снег. Вождь оскалился и начал раскручивать топор, не сводя глаз с изувеченного лица Эвы и что-то бормоча на гортанном языке.

Хальрун поднял костяной посох, и из него вырвалось и закружилось пламя. Эва отпрянула. Ее сознание наполнилось страхом и ненавистью к самой себе, она проклинала роковое мгновение нерешительности. Теперь ей было не успеть к цели.

К счастью для нее, все мои труды окупились с лихвой. Предводитель пошатнулся – его грудь пробило копье. Десять воинов с изображениями орла на щитах бросились на него, вопя о мести. Один из них рубанул магорожденного по шее и с победным криком поднял за волосы отсеченную окровавленную голову.