Бог сломленных - Кэмерон Джонстон

– Это все усложняет, – протянула она. – Мы обрушили все скалы, какие смогли, спасаясь от их тирана, и любая другая армия застряла бы на несколько дней, а то и недель. С таким геомантом они сумеют расчистить путь и добраться до нас раньше армии Союза вольных городов. Имея численное преимущество, они одолеют нас, а затем уничтожат наших союзников по частям.

– Может, стоит укрепить Кил-Нот и укрыться там? – предложил Кормак.

– Они вскрыли дун Байлиол, как тухлое яйцо, используя магию и, насколько я могу судить, алхимические бомбы, – возразила Эва, кивнув в мою сторону. – Не вижу причин надеяться, что Кил-Нот не постигнет та же судьба.

– Значит, это будет ожесточенная битва? – спросил Винсент.

– В крайнем случае. Если духи удержат старшего мага-тирана, я хочу нанести врагу сильный и быстрый удар и раствориться в тумане прежде, чем он обратит против нас свои стрелы и магию. Нужно заставить их бояться каждого шага и шарахаться от каждой тени. Мы можем только замедлить их продвижение, но не победить, – ответила Эва.

Винсент поджал губы:

– А как насчет магических ловушек? Смею заметить, я в этой области весьма искусен. За день-два я мог бы создать немало примитивных огненных заграждений, которые взорвутся, если на них наступить.

Я улыбнулся Эве.

– Ты сказала, они должны бояться каждого шага. У меня есть опыт по этой части.

– Так займитесь этим, – приказала Эва. – А мы пока подумаем, как использовать свои навыки.

Она была самой опытной и знающей среди нас, поэтому взяла на себя роль предводителя, как и следовало с самого начала. Лучшее, что я мог сделать, – это отойти в сторону.

– А пленник? – спросила Секка.

– Теперь он сражается за нас, – сообщил я и потянулся к его разуму. – Он будет на передовых позициях. Позаботьтесь, чтобы ему дали оружие.

Ни Секка, ни остальные этому не обрадовались, но ничего не сказали – нам были нужны воины.

Мы с Винсентом отправились на скалистую северную окраину лагеря, поискать подходящий материал для ловушек. Покинув это человеческое болото, я вздохнул с облегчением. Даже небольшое расстояние уменьшило давление в моей голове до приглушенного рева. Я пытался заглушить его, но с надтреснутым Даром не мог сдерживать долго. Порой я боялся, что меня смоет масса эмоций и тревожных мыслей.

Ветер усилился, и, пока я не натянул меховой капюшон, мороз щипал нос и уши. По долине прокатились далекие раскаты грома. Горы на севере скрыла сильная метель, клубились черные тучи и сверкали молнии. Рассерженные духи выплескивали гнев на Абракс-Масуда. Я надеялся, что его металлическая корона притянет все молнии, но подозревал, что этого не хватит для уничтожения старшего мага, и уж тем более носителя Королевы скаррабусов.

Мы дошли до каменистого склона и осмотрели материал, с которым предстояло работать.

– Что думаешь? – спросил я Винсента.

Пиромант нахмурился и поднял с земли кусок песчаника. Камень лизнуло пламя, и он рассыпался.

– Не слишком впечатляет. Нужна более твердая порода, чтобы выдержала жар и магию, которую я в нее волью.

Мы пошли вдоль подножия скалы, обшаривая глазами камни и участки льда, пока Винсент не присел возле большого гранитного пласта, в котором сверкали на солнце вкрапления кварца. Он поднял плоский обломок размером с ладонь и внимательно осмотрел. Пламя лизало его пальцы.

– Вот с этим можно работать. Идеальный размер, плотность и поверхность для резьбы, но достаточно тонкий, чтобы сломаться, если на него наступить. – Он огляделся вокруг и вздохнул. – Вот бы побольше таких.

Рукоять Расчленителя заползла мне в ладонь, оставляя за собой крошечные капельки крови. Он предлагал свои услуги.

Я осмотрел лезвие, способное резать сталь как мягкий сыр, отсек тонкий пласт гранита и протянул Винсенту.

Он мгновение смотрел на меня, затем взял камень и изучил гладкую, плоскую поверхность.

– Похоже, материала у нас более чем достаточно. Могу я воспользоваться твоим клинком, чтобы вырезать заклинания?

Расчленитель одобрил идею.

Я убрал его подальше.

– Э-э-э… это было бы неразумно, если хочешь сохранить руки в целости. – Нож разочарованно заворчал в глубине моего сознания. – Лучше я сам. Магические ловушки – единственное, в чем я преуспевал в Коллегиуме.

Вырезать простейшие глифы на граните было до нелепости легко, но во времена ученичества многие не смогли постичь и этого. Это были физические рамки, созданные для того, чтобы удерживать одиночные сплетения магии до тех пор, пока они не будут нарушены и не выпустят содержимое. В нашем случае это означало, что пламя Винсента взорвется под ногами невезучих говнюков, которые на них наступят.

Во время учебы я потратил бы несколько часов, работая зубилом и молотком, но с Расчленителем это не займет много времени, если буду осторожен. Пожалуй, мне стоило стать каменщиком, а не магом. Я быстро сделал два десятка камней, прежде чем Винсент положил руку мне на плечо.

– Как думаешь, с какой скоростью я могу создавать и внедрять сплетения магии в глифы?

Я ухмыльнулся:

– А кто сказал, что все они для тебя? Только представь, как я повеселюсь с этими ублюдками.

Он вздрогнул и хотел было вытереть руку о плащ, но решил не обижать меня. Я оставил его в покое и задумался над собственной тактикой. Хм, выбор был велик: теперь я достаточно разбирался в аэромагии, чтобы серьезно порезать незащищенные ноги, но это не шло ни в какое сравнение с тем, чего мог добиться Винсент. Я мог внушить страх, но он рассеется, и враг вернется. Намного эффективнее обратиться к слепой ярости и панике. Но к чему их привязать?..

Я начал с собственной боли, ее было предостаточно. Я вспомнил, как чувствовал себя полуголодной уличной крысой, загнанной в угол гораздо более взрослым мальчишкой. Его кулаки вреза́лись мне в лицо и живот, снова и снова, пока я не вымок от крови и не понял, что он уже не остановится. Детская паника и страх смерти… Необходимость бежать, спасаться, ярость, с которой я наносил удары всем, что попадалось под руку… Я заключил все это в глифе. У каждого вражеского воина наверняка были моменты, когда он думал, что вот-вот умрет. Затем я добавил к страху кое-что свежее – свой гнев на бабку. Они впадут в неистовство от страха.

Работа шла медленно, мы почти не шевелились, поэтому Винсент поддерживал рядом магический огонь. Мои изделия требовали мучительного личного опыта, в отличие от поделок Винсента, куда он помещал всего лишь грубый сгусток магии, которая должна будет превратиться в пламя. Я сделал четыре против его десяти и подумал, что есть более