ЭнергоМорф V. Холпек Том II. Мёрзлый Фронтир. - Максим Балашов

В этот момент, когда Марик делился самыми сокровенными, самыми болезненными переживаниями (возможно, впервые за многие столетия), Крас вдруг увидел его по-новому. Не как циничного, насмешливого наставника, который любит давать пинки и наблюдать за страданиями подопечного. А как живого, раненого человека. Человека с ранимой душой, испытавшего на себе всю тяжесть потерь, всю несправедливость жестокого мира. И умеющего, несмотря ни на что, продолжать свой путь, шаг за шагом, год за годом, не теряя веру в свет. Веру в то, что однажды он сможет всё исправить.

Это не прошло для Краса незамеченным. Что-то дрогнуло у него внутри, в районе солнечного сплетения. Какая-то старая, застарелая обида на всех людей вдруг растаяла, как снег под весенним солнцем, оставив после себя только лёгкую, едва заметную влагу. «И у старых хрычей бывают слабости», — подумал Сергей, но без привычной злобы. Скорее, с сочувствием.

— Прости, — сказал Крас тихо, опуская взгляд. Слова давались с трудом, будто их приходилось вытаскивать из себя пинцетом, по одному. — Что затронул больную тему. Я не хотел. Давай лучше отвлечёмся. И ты мне всё-таки расскажешь про богов. Эта тема меня завораживает, если честно. В моём родном мире они олицетворяют силу, порядок, справедливость. У всех народов, населяющих Землю, а это тысячи культур, сотни языков, десятки религий, существует множество легенд про могущественных, всесильных богов, которые следят за людьми, наказывают злых и вознаграждают добрых. Я вырос на религиозных сказках. Они впитались в кровь. Расскажи, как обстоят дела на самом деле? Без прикрас, без политеса? — попросил Крас с неподдельным, почти детским азартом в глазах.

— Боюсь тебя разочаровать, — Марик усмехнулся, но усмешка вышла горькой, как полынь. — Но это вовсе не так. Не надейся. Скорее всего, я говорю «скорее всего», потому что не общался с каждым богом лично, но сталкивался со многими, эти легенды сочиняли под аккомпанемент жуткой критики самих богов. Те, кому хотелось выслужиться, получить плюшку, избежать наказания. В большинстве своём это мерзкие, нарциссические, самовлюблённые личности, любящие только себя. На других им плевать. Глубоко плевать. Разумные для них всего лишь батарейки, источник энергии, скот, который должен пастись на пастбище и давать молоко. Короче, когда разумный добивается потолка в виде ранга «абсолют» и понимает, что дальше расти некуда, он начинает искать обходные пути. И находит. Ему нужна энергия веры. Чистая, неподдельная, фанатичная вера других существ. Так что он создаёт свой культ или религию, или секту… короче называй как хочешь и начинает собирать адептов и верующих. Кормит их обещаниями, пугает карами, показывает чудеса. Таким образом он усиливает себя, отбирая энергию у других через их же веру в него. Красивая, циничная, безупречная схема.

— Твою мать, — Крас потёр лицо ладонями, словно пытаясь стереть с него разочарование. — Ты разбил мои грёзы и восхищение богами, как сильный шторм разбивает хрупкую лодку о прибрежные скалы. Вдребезги. В щепки. В пыль. Хотя… знаешь… я всегда подозревал что-то в этом роде. Всегда знал, что нормальный разумный, тем более если он ещё и всемогущий, не может так наплевательски, так равнодушно относиться к тем вещам, которые творились на Земле. Войны, голод, болезни, детские смерти… Где же были боги, когда всё это происходило? Курили в сторонке? Смотрели сквозь пальцы? Собирали энергию веры с ужасающихся людей? Ну, ладно, — он махнул рукой, отгоняя грустные мысли. — А что дальше? Бог — это вершина развития? Крох же вон какой могущественной тварью стал, даже звёзды поглощал, как попкорн на кинопросмотре. Неужели выше уже ничего нет?

Сергей продолжал задавать вопрос за вопросом, не давая бармену и секунды на передышку. И ответ на каждый из них был ключом к новой двери. А за каждой дверью таились тысячелетние загадки человечества, спрятанные в тени, покрытые пылью веков и крови.

Эта тема казалась ему особенно притягательной, особенно важной. Ведь на Земле люди веками ломали копья в жарких спорах, пытаясь разгадать главную загадку: существуют ли боги на самом деле или же это всего лишь плод больной фантазии писателей-фантастов и вымысел религиозных фанатиков? Тех, кто создал высшие силы, чтобы придать своей жалкой, никчёмной жизни больший смысл или хотя бы как-то объяснить непостижимое: красоту заката, силу любви, неизбежность смерти.

Каждый новый вопрос, заданный Красом, отражал его неуёмную, почти болезненную жажду познания мира во всём его многообразии и сложности. Его интерес не был простым любопытством, тем, что утоляется за пару минут чтения Википедии. Это был настоящий, глубокий, почти археологический поиск истин, лежащих в основе существования всего живого и неживого, видимого и неведомого, земного и космического.

— Конечно нет! — Марик даже рассмеялся — невесело, с хрипотцой. — Боги, это далеко не предел. Даже не середина. Боги ограничены одной или несколькими звёздными системами. Они вполне неплохо существуют, питаясь верой разумных, как вампиры кровью. И в другие галактики не лезут, потому что там свои боги, свои пастбища, свои стада. Над богами стоят архи. Архи разделяются на ангелов, демонов и нейтралов. Да, нейтралы тоже бывают очень, очень могущественными. Просто они не любят светиться. Яркий пример — вольные охотники. Эти разумные, чаще всего одиночки, но иногда сбиваются в небольшие стаи, редко встают на сторону хаоса или порядка. Им плевать на их разборки, им нужно только дело и оплата. Так вот, Архи управляют уже целыми галактиками, сворачивают их в спирали, разворачивают обратно. Боги ходят у них в услужении, выполняют мелкие поручения, подтирают хвосты. Ну, и апогей развития разумного, то, к чему стремятся все, но достигают единицы, — это хранители. У них несколько ступеней по степени влияния. Первая — вселенная. Один хранитель — одна вселенная под колпаком. Вторая — сектор вселенных. Третья — сфера секторов.

Марик замолчал, давая Красу время переварить информацию, и продолжил:

— Эти личности уже не разумны в привычном понимании мирского слова. Скорее, они чистый, голый вселенский разум, лишённый эмоций, страстей, желаний. Они думают не мозгами, а гравитацией. Чувствуют не сердцем, а тёмной материей. А на самом верху, там, где даже архи боятся появиться без приглашения, находится само Равновесие. Оно — это всё, что существует. Всё сущее, всё, что когда-то было, есть и будет. Прошлое, настоящее, будущее, для него одно мгновение. Вездесущий, всевидящий, всезнающий разум всей мультивселенной. И ему,