Всё серебро столицы - Лина Николаева

Жив или?..

В боковом стекле мелькнула фигура охранника. Фальго обеими руками схватил водителя и дернул его в сторону, а в левую с запозданием вцепилась боль. Прыгнув на второе сиденье, наполовину сидя на водителе, он выжал педаль подачи пара, крутанул ручку на руле, и грузомобиль помчался.

Фальго ехал по прямой, вдоль складов, и они мелькали один за другим. Сзади был шум: двигатели, голоса, скрип. Блеснул водами Рий, и после поворота открылись склады, окруженные полицией. Фальго выскочил из машины, под взгляды собравшихся, под их прицелы. Сумев поднять лишь одну руку, он выкрикнул имя Брайнера.

Они должны успеть арестовать не только врачей и охрану, но и Ларге ван Келлера.

Глава 20. Завершить старое, чтобы встретить новое

Крики и шум с улицы доносились даже сквозь закрытые окна и держались весь вечер и половину ночи. Фабрика, куда Якоб привез новых работников, пала жертвой Арнема. Его люди узнали, что тех увезли, и, чтобы добиться ответа на вопрос куда, он отдал ее на растерзание бунтовщикам. Это оказалось только началом: волна стачек прокатилась по всему Ронну и местами переросла в погромы, а затем дотянулась и до столицы. Многие фабрики с мастерскими остановили производство, рабочие толпами устремились в центр. Но, не получив ни внимания, ни сопротивления, они быстро разошлись. Силы полиции были брошены на другое: и Рингейт, и Ронн охватила волна арестов.

Узнав, куда увозят работников, Фолькер Брайнер организовал спасительную операцию. Нежелание «верхних» давать ответы переросло в стычку, и пусть та закончилась в пользу полиции, запертые изнутри стальные двери замедлили продвижение. Появление Фальго помогло найти второй выход и остановить эвакуацию.

Склады оказались только одним из этапов. Обыск дал меньше сведений, чем хотелось бы, но достаточно, чтобы выйти на тех, кому передавались подделки, и так все дальше и дальше. Конечно, кому-то удалось уйти, кто-то отказывался говорить, но главная цель была достигнута: полиция получила доказательства, арестовала Ларге ван Каллера, и от его дела так быстро ничего не осталось.

Обо всем этом рассказал пришедший с визитом Раймельт. Фальго отвезли в госпиталь для военных и полицейских. Врач сказал, что сюда обычно приезжают в худшем состоянии: руки-ноги не оторваны, ампутировать нечего, да и глаза на месте. Самочувствие говорило иначе, но сил на споры не особо-то было: голова гудела, а в руке засела тупая изматывающая боль, которая отдавала в груди и спине.

К утру стало лучше, Раймельт же явно держался из последних сил. Осунувшийся и усталый, цветом лица похожий на беленые стены палаты, он даже успел задремать, когда Фальго молчал на несколько секунд больше, чем длилась обычная пауза между вопросом и ответом.

– Иди домой, мы успеем поговорить.

Раймельт встрепенулся.

– Да, да, – протянул он. – В общем, вот. Все кончено. Ван Келлер вызвал адвоката, но ему уже ничего не поможет. Его вина неоспорима. Хотя от тебя потребуют показаний, когда ты оправишься. Или, скорее, сами придут за ними.

– Я готов, – немедля решил Фальго. – Только… – Следующие слова встали в горле комом. – Я убил человека, когда был там. Возможно, двух.

На лице Раймельта не осталось и тени сонливости, но ответил он довольно-таки равнодушно:

– Это часть работы. Во время сегодняшних арестов некоторые оказали сопротивление и тоже были убиты или ранены.

– А как же твое желание «действовать по закону»? – Фальго повторил слова, сказанные полицмейстером перед арестом Эрны.

Раймельт помедлил с ответом:

– У законов бывает разная трактовка. Я не предлагаю тебе забыть. Я говорю, что ты защищал себя и убил не невиновного человека. Все они оказались там по своей воле. Ты не виноват. – Он позволил себе небольшую улыбку. – Не все ответы есть в кодексе. Мы действовали в обход порядка, и это оказалось правильным. – Он встал. – А теперь я пойду. Вечером еще дежурство.

– Спасибо, что пришел. Позвони, пожалуйста, или отправь телеграмму в отель «Рий» на имя Карлиха ван Неккермана. Сообщи моему отцу, где я. – Взглянув на помятого Раймельта, Фальго добавил: – После того, как поспишь.

Друг отмахнулся:

– Ты же знаешь, что я не люблю откладывать и сразу сделаю это.

– Знаю. Но спешить уже некуда. – Фальго улыбнулся.

Судя по тому, как быстро появился отец с Лиретт, Раймельт действительно сразу же связался с ним.

– Ты выглядишь хуже, чем заверял врач. – Сестра изобразила улыбку, хотя ей плохо удалось скрыть обеспокоенность.

А вот отец казался глыбой льда, не иначе. Его вид дал понять, что он уже знает об аресте ван Келлера и о роли Фальго и что одобрения у него еще меньше, чем обычно. Действительно, он ведь дружил с Ларге лет так… Тридцать, да. Со времен революции. Может быть, их было не назвать лучшими друзьями, но известие не могло оставить отца равнодушным. И как же не хотелось, чтобы он винил в этом сына, но, похоже, так и случилось: он увидел только результат, а не то, что привело к нему.

– К вечеру уже будет лучше. – Фальго приподнялся на подушке. – Я должен рассказать…

Отец прервал его взмахом руки:

– Я уже все знаю. Произошла ошибка, и из-за нее человек оказался в тюрьме.

– Ошибки не было, – твердо ответил Фальго. – У полиции достаточно доказательств. Отец, вспомните, что я говорил на вашем дне…

– Я знаю Ларге! Он не мог на такое пойти. Его подставили.

– У него были причины, – заметила Лиретт, но отец отмахнулся от нее.

– Я был там. Я достаточно видел.

Только сейчас отец сел на стул, но это выглядело так, словно у него подкосились ноги.

– Да что ты видел?!

– Людей, которых держали в камерах и использовали для наполнения поддельных реликвий.

– И что же, хоть один из них назвал имя Ларге? – Отец скрестил руки.

– Нет, но…

– Вот именно. Я знаю Ларге с юношества. Мы оба в молодости были способны на многое, но он никогда не позволял себе ничего, что могло навредить людям. Ты не знаешь, сколько раз он выступал попечителем школ и больниц и сколько раз помогал нуждающимся. Это не пустые слова!

Фальго не выдержал:

– Отец, дайте мне договорить! Вы же понимаете, что герру ван Келлеру не было нужды самолично общаться с рабочими и «пациентами». Конечно, его имя знали только те, кто руководил работой. Но их арестовали. Если они действительно оболгали герра ван Келлера, полиция разберется.

– Хорошо. Посмотрим. Выздоравливай, – процедил отец и стремительно вышел.

На удивление Лиретт не пошла за ним.