Месть - Стивен Бакстер

— Возможно, ядерная бомба, по крайней мере, ослабила обшивку.

— Сомневаюсь в этом, — сказала Никола. — Эта штука плавала на Солнце, помнишь, в самом большом термоядерном двигателе в Солнечной системе. Вероятно, он просто впитал энергию и немного вырос.

— Что насчет этого сообщения?

— Это предупреждение с одного из атакующих кораблей. Для нас и остальной паствы. Она посмотрела на него. — Я была права насчет ядерной бомбы. Она была отправлена какой-то кучкой лунных каменных крыс. Похоже, сражаются упорнее, чем их земные собратья.

Пул пожал плечами. — Я знаю некоторых из них. У этих парней не слишком большой аппетит к этическим дебатам.

— Что ж, теперь они предупреждают нас всех держаться подальше.

— Держаться подальше? После того, как они только что запустили термоядерное оружие? Что еще…

— Я предлагаю сделать, как они говорят.

— Да. Хватайся крепче. — Толчок двигателя "Краба" отбросил Пула назад в своем кресле и быстро увеличил дистанцию между кораблем и зондом.

Прежде чем расцвел еще один цветок света и энергии.

Никола выругалась. Если она и взывала к другим старым богам, Пул никогда о них не слышал. — Это была антиматерия, — сказала она. — С полным преобразованием массы в энергию.

Пул нахмурился. — Интересно, где они это взяли? Даже "Пул Индастриз" экономно использует антивещество, оно так дорого.

Она вывела на экран больше изображений. Кит в корпусной обшивке плыл дальше, совершенно невозмутимый. — Они впустую потратили свои деньги. Или, возможно, ваши.

Пул сказал: — Я копирую все это для Хайсмита Марсдена, на Галлию. Все изображения, данные датчиков — все, что у нас есть. Я думаю, каждая неудача говорит нам что-то о природе того, с чем мы боремся.

— Но мы даже не отклонили его курс, — с горечью сказала она. — Ни на градус. Думаю, шоу окончено. Лунные ребята остаются здесь, и несколько полицейских кораблей. Но остальные расходятся. Ты не можешь их винить. Они не могут последовать за этой штукой до самого входа в атмосферу Земли… Лета, мне нужно принять душ, я слишком долго была в этом скафандре. И я голодна. Какой в этом смысл? Я только что была в нескольких километрах от бомбы с антивеществом, и мне ужасно хочется синтезированных батончиков для завтрака.

— Это показывает, что ты все еще человек, — сказал Пул.

Когда она ушла, он остался на своем посту, уставившись на зонд. Не желая делать перерыв.

Разрабатывая своего рода план.

Задаваясь вопросом, сможет ли он когда-нибудь снова заснуть.

38

В шести часах полета от Земли. Менее двадцати световых секунд, всего несколько миллионов километров. Земля и Луна были отчетливо видны на небе Пула, диск Земли был меньше градуса в поперечнике.

"Краб-отшельник" все еще следовал за зондом.

Инопланетный артефакт был совершенно невозмутим после всего, что человечество бросало на него до сих пор. От флота наблюдения осталась лишь горстка кораблей, большинство из которых были беспилотными летательными аппаратами-наблюдателями. Осталась пара полицейских кораблей поблизости, но, как понял Пул, только потому, что напавшие на зонд лунные шахтеры технически были арестованы.

Сообщения от его отца, среди прочих, остались в журнале непрочитанными.

Пул попросил Никола проверить флиттер. Он сказал, что они должны подготовить его для оказания помощи в ликвидации последствий стихийных бедствий на Земле: адаптировать трюм, например, для перевозки пассажиров. К его некоторому удивлению, она купилась на ложь и отправилась на "Краб"-младший.

Итак, прямо сейчас он был один в жилом куполе. На своем собственном корабле, "Крабе", расположенном в семидесяти километрах от зонда. Обдумывая единственный оставшийся у него вариант.

Время действовать. Пул нажал кнопку связи. — Никола? Ты где?

— Здесь, Майкл. Во флиттере. Проверка системы завершена. Я просто…

— Хорошо. — Он нажал на запрограммированный элемент управления, одним движением запустив цепочку операций.

Никола, как и следовало ожидать, сразу же определила результат. — Привет. Привет! Что ты закончил, Пул?

— Бросил тебя на произвол судьбы. Что ж, говорю "на произвол судьбы" — ты в безопасности, во флиттере, который может доставить тебя обратно на Марс, если бы тебе этого захотелось. Я просто оттолкнул тебя с дороги.

— С дороги? С какой?

— С этой. Поворачиваю корабль… Реверсивными двигателями…

На своих контрольных дисплеях и мысленным взором Пул увидел это: километровая дубинка, которая была "Крабом-отшельником", поворачивается в космосе, жилой купол указывает на зонд ксили, отсек с ВЕС-двигателем и огромным куском астероидного льда замахивается, как какой-то огромный, отведенный назад кулак.

Затем включился главный привод. Выхлоп перегретого вещества вырвался наружу со скоростью, которая была всего на одну пятисотую часть ниже скорости света. Пула отбросило назад на кушетку под действием силы тяжести.

И "Краб-отшельник" бросился, жилым куполом вперед, на зонд ксили.

Никола позвонила из отдельно висящего, оставленного позади флиттера.

— Пул, что, черт возьми, ты делаешь?

— То, что нам, возможно, следовало сделать с самого начала. Я разогнал "Краба" так сильно, как только мог. Копы, вероятно, подумали, что я сдаю назад.

— Столкновение менее чем через две минуты. Ты убьешь себя!

— Это не входило в мои планы. Хотя было бы уместно, учитывая, что все это в некотором смысле моя вина.

— Не говори так.

— Знаешь, — сказал он сквозь стиснутые зубы, придавленный ускорением, — моя первая работа, когда я работал на своего отца, была конструированием ВЕС-кораблей. Я спроектировал этот корабль, "Краб". Но еще раньше, в колледже на Земле, мы прошли несколько довольно интенсивных курсов по этике и политике. Наследие эпохи восстановления, как всегда говорит моя мама. Цивилизация, способная строить корабли достаточно быстрые, чтобы достичь планет, обладает такой энергией, что, если бы она когда-нибудь развязала войну, речь шла бы о самоубийстве. Так или иначе, по иронии судьбы, во время этих курсов