Фантастика 2026-138 - Анастасия Макарова

На стене одного из домов, который ближе всего находился к пепелищу, огромными буквами, начертанными уже темнеющей кровью, виднелись слова «Послание в доме».

Уиллем и ещё несколько Щитов подошли вплотную к дверям дома, в то время как остальная часть отряда обступила дом по кругу, встав у окон и заднего хода. Дом хоть и выглядел обжитым и крепким, но внутри было абсолютно пусто, если не считать несколько тюфяков, набитых сеном, и столиков из гнилой, трухлявой древесины.

Аккуратно войдя в дом, Уиллем и Щиты быстро разбрелись по нему, пропуская вперёд остальной отряд. В углу тёмной, покрытой вековым слоем пыли комнаты валялся тщедушный, тощий человечек, дрожащий не то от холода, не то от страха и укрытый с головой тёмным, поеденным молью одеялом. Стоило только одному из стражей подступить к нему поближе, как человечек тут же сжался в клубок и попытался вжаться в угол как можно сильнее.

Кротким кивком и жестом «сдёрни с него одеяло» Уиллем отдал приказ одному из Щитов. Резким рывком Щит сорвал одеяло с человечка, отчего тот даже подпрыгнул на месте и завопил:

– Я не Служитель! Не Служитель! Они сделали это насильно! – кричал худой как скелет мужчина, у которого, по всей видимости, не доставало нескольких зубов.

– Молчи! Забери Создатель твою душу, какого чёрта ты тут забыл?! – вскипел Уиллем.

– Живу! Выживаю, как и многие в этих местах.

– Кто это сделал? Кто сжёг здание? – громко вопрошал капитан Берро, тыча пальцем в горящий крест.

– Калеб... Калеб...

– Кто такой Калеб? Эй! Отвечай мне!

Только сейчас Уиллем заметил, что под телом бродяги натекла небольшая лужица крови, хоть никаких видимых ранений и не было. Он что-то сжимал в своих кулаках, которые прижимал к груди и перестал отвечать на всякие вопросы. Казалось, что при упоминании некого Калеба он попросту закрылся в себе.

– Эх, ладно... Послание! Здесь должно быть послание! Ты знаешь что-нибудь об этом?

Бродяга сильнее вжался в угол и закрыл голову одной рукой, вытянув вторую в сторону капитана Берро. Стоило Уиллему поднести руку и раскрыть ладонь, как на неё тут же высыпалась горстка сломанных, выбитых зубов и окровавленный листок бумаги, сложенный несколько раз.

– Дьявол тебя разбери! – вскрикнул Уиллем и одёрнул руку, рассыпав зубы по всему полу.

– Я не Служитель... Они сделали это насильно...

С отвращением развернув лист бумаги, капитан увидел небольшое письмо, написанное красивым, размашистым почерком.

«Главному Советнику города Сута капитану Уиллему Берро!

С огромной радостью хочу поздравить вас с завершением многолетней миссии по истреблению крыс и разносчиков семени Герцике. Надеюсь, что наша скромная помощь не останется забытой. Горемычного бродягу, что согласился передать вам это письмо, мы милостею нашей обратили в веру, достойную этого города.

С наилучшими пожеланиями,

Глава Церковников Малефикар Калеб Мальферий.»

– Они молвят, что так будет с каждым... Никто не уйдёт от просветления и кары... Они покажут вам свои зубы... Они отомстят...

Берро нахмурился и, скомкав письмо, выбросил его в лужицу крови.

– У нас есть работа, стражи. Крест потушить и снести. Этого бродягу доставить в Казармы и допросить. Мне... Мне нужно отправить письмо. Важное письмо.

Глава 3. Дети Создателя.

Глава 3. Дети Создателя.

«Начальнику Серых Лиц и командиру городской стражи города Зарема капитану Серуму Зексу.

В последнее время новостей столицы настолько много, что ими и делиться-то не хочется. Мы отловили и перебили всех торговцев, которые промышляли продажей отравы на основе Дурмана. Те же люди, что пострадали от их варева, в народе прозванные «Смеющимися», мало-помалу исчезают с улиц города, причём естественным путём. И это не может не печалить. Город и без того терпит упадок населения, а со смертью полоумных бродяг город хоть и станет чище, но улицы значительно опустеют.

И ещё. Серум, в нашем полку прибыло. Я не знаю, насколько серьёзен в своих высказываниях этот человек, но определённые шаги он уже сделал. Последний склад, в котором находился наш человек, пал жертвой поджога. Торговцы вместе со Щитом оказались на виселице, охваченной пламенем. Сожжение еретиков, не иначе. Ведь ответственность за это деяние взяли люди, именующие себя Церковниками Малефикар, а предводитель в небольшом письме назвался именем Калеб Мальферий. Их методы жестоки и кровавы, Серум. Нельзя просто так списывать их со счетов, как это было со многими бунтующими праведниками до них. Надеюсь, что Птерус Орий прольёт свет на мотивы этих людей.

Отдельная тебе благодарность за то, что отправил именно Кармеля в наши края. Без его авторитета я и подумать не могу, как действовали бы Вороны.

С наилучшими пожеланиями,

Главный Советник города Сута Уиллем Берро.»

Некоторое время спустя Церковники объявились вновь. В закромах лесополосы, где-то на краю южного района города, того самого, где проживали лесники да земледельцы, был найден один из проныр, что разносили Дурман по городу. Прибитый широкими гвоздями к поваленному дереву тощий паренёк уже начал источать смрад, у него из груди торчал короткий нож, на который был навешан чёрный плащ, а рядом с деревом аккуратно уложены синие сапоги. Перепуганные лесорубы, которые за долгие дни работы, наконец, дошли до этого места, тут же позвали стражу и пожелали больше не заходить на эту часть просеки. Мол, леса здесь глухие, густые, а уж если кому понадобится, то расквитаются, как с этим парнем, и тебя даже никто не найдёт.

Щиты быстро осмотрели мертвеца и пришли к выводу, что его сначала избили чем-то вроде плетей, а уж только после этого воткнули нож прямо в сердце. Зубов, как и языка, у этого человека попросту не было, но и рядом с деревом они не валялись. В кармашке плаща лежала ещё одна записка, на этот раз чистая и аккуратно скреплённая маленькой восковой печатью, которую и разглядеть было проблематично.

Уже спустя несколько часов Берро, сидя в круглом зале Здания Совета, зачитывал перед остальными Советниками записку Калеба Мальферия.

«Советники города Зарема!

Провалиться мне на этом месте, если мои послания не доходят до вас в полной мере! На сей раз я попрошу вас об единственной вещи – не мешать шествию Церковников Малефикар по улицам этого города. Вы не увидите и следа нашего присутствия, лишь результаты наших проповедей. Мерзкий разносчик смерти поплатился за свою вседозволенность жизнью. Этим, уважаемый Совет, должны были заняться Вы. Не первый месяц и не первый год Совет города