Фантастика 2026-138 - Анастасия Макарова

безучастными глазами смотрит на смерть родной земли. Жалкие попытки спасти этот город оканчиваются призывами людей-воронов, данных самим дьяволом. Время действовать пришло. Совету пора взяться за ум, иначе город во всеуслышание прознает о том, насколько бесполезны и жалки люди, именующие себя Советниками.

Просто дайте мне причину.

Верховный Церковник Калеб Мальферий.»

– Кто таков этот Мальферий, что верит в свою святость? – грубо спросил Советник Прауд, ответственный за леса Суты.

– Действительно! Каков наглец! – возмущался Советник Хьюз.

– Этот человек переплюнул в своей наглости всех предыдущих «святош», что так самозабвенно написывали угрозы Совету, королю и самому Создателю. – мрачно подметил Советник Гур.

– И что же он имеет в виду, когда говорит, что нам «пора взяться за ум»? Имеет ли этот человек хоть какое-то представление о том, чем занимается Совет и как долго длятся все изменения? – пытался оправдаться Советник Фротт, казначей города.

– Совет. Тише. – окликнул людей Уиллем. – Я вынужден сказать, что этот человек не бросает слов на ветер. Не единожды приходящие паломники бросались угрозами и обещаниями изменить весь материк. Но только Калеб Мальферий осмелился убить пятерых человек, попутно сравняв с землёй одно из зданий города.

– Если эти Церковники пришли, как и все, за деньгами нашего короля, то они должны были пройти регистрацию в Птер Абье. Только Священный Дом имеет полномочия регистрировать новые секты, ответвления веры и прочее. – сказал Хьюз. – Согласовать их название со списками, узнать имя организатора и место проживания, которые тот должен был указать – и он у нас в руках.

– Амбициозно. Но я с огромным сомнением отношусь к тому, что настолько... Ревностный верующий, готовый на убийство, не побоится указать свой настоящий дом. Каким бы ни был этот человек, но настолько глупо и необдуманно действовать явно не входит в его планы. Посему и регистрация может оказаться фикцией.

– Уиллем, проверить никогда не бывает лишним. Если есть хоть шанс того, что мы прихлопнем очередную муху, якобы парящую под крылом Создателя, то им надо воспользоваться. Я отправлю человека к Понтифику. – серьезно проговорил Советник Фротт.

– В этом нет необходимости. Я беру это дело на личный контроль и сам наведаюсь в Священный Дом. В конце концов, нас могут вести за нос. Могут вогнать в заблуждение, прикрываясь несуществующими людьми и сектами, когда правдивая свора орудует у нас под носом, с позволения не только короля, но и самого материка.

– Ты правда думаешь, что Дети Создателя могли опуститься до такого грязного греха? Вот уже почти семь столетий их учение остаётся основополагающим. И ты знаешь, каким путём они к этому пришли. – удивлённо проговорил Советник Хьюз.

– Многим вещам свойственно забываться, Паоло. Тем более, когда проходит семь столетий. Я лишь надеюсь, что Оливий крепко усвоил уроки истории религии Пятого Материка и помнит, чем чревато попущение в таких делах.

– Но... – хотел было что-то добавить Советник Гур, но Уиллем его перебил.

– Совет. Разойтись. Заседание назначаю на завтрашний вечер, после того, как я лично встречусь с Понтификом. – после этих слов капитан Берро быстро встал и, махнув длинным одеянием Советника, удалился из зала заседания.

Советник Хьюз не спроста сделал акцент на семи столетиях властвования учения Детей Создателя на земле Пятого Материка. События, которые этому предшествовали, на долгие годы оставили на месте города разруху, а в сердцах людей – тяготы сомнения и непонимания.

Династия Герцике пришла к власти не по мановению волшебной палочки и не через любовь народа. Для Государства Пятого материка перепады и волнения, затрагивающие все уровни жизни, были обычным явлением. И даже если и происходили события, затрагивающие другие государства, то несомненно, на жизни жителей Пятого они сказывались ничуть не меньше.

"Святые Безбожники". Паоло и Люси Герцике. Брат и сестра, близнецы, чьё правление обагрилось таким количеством крови, какого материк не видывал даже в самые тяжёлые времена войн и распрей. В те далёкие года, семь столетий тому назад, эта пара родилась в разгар священных ходов по всему материку. Голод и засуха были тому причиной, и никак иначе, кроме как через слово Создателя, люди не могли себя утешить. С переменным успехом эту лямку народ тянул больше двух десятилетий, то возвращая себе былую сытую жизнь, то вновь погружаясь в крах, голод и простой.

После смерти короля Дуфина Герцике, на престол взошёл амбициозный и ожесточённый Паоло, который души не чаял в своей сестре. Совсем скоро они стали править совместно, но загвоздка заключалась в том, что сестра была ничем не лучше брата. В последующие несколько лет на Церковь Малефика, что тянула корни от самих Первых и была главенствующей религией долгие тысячи лет без права на изменение, стали налагаться штрафы и запреты. В первую очередь, считали Герцике, именно Церковь ответственна за то, что материк столь долгое время был в упадке. Мужчины и женщины, которые шли сотни километров по всему побережью, клича дожди и плодородие земле, на долгие месяцы пропадали из своих сёл и городов. В попытке достучаться до самого Создателя они забыли о реальных проблемах, которые стоило бы решить. Мелиорация, удобрение, обработка земли, охота на диких зверей, что стадами вытаптывали посевные.

Запрет на священные ходы. Запрет на созыв горожан. Запрет на организацию собственных сходов и принуждение паствы. Запрет, запрет и ещё раз запрет. С одной стороны для жизни города действительно происходили изменения в лучшую сторону: на столы вернулось мясо и хлеб, лавки и фермы стали куда более прибыльными, а люди гораздо охотнее стали работать, не имея глупого оправдания в лице Церкви со всеми её обязательными поклонениями и ходами.

С другой стороны близнецы развязали жестокую войну. Паломники и верующие сновали по землям всех материков во все времена. Главной проблемой Церкви Малефика было насаждение этой самой веры. Принуждение к обрядам, подношениям и ходам, нередко жестокие и кровавые. Всю дорогу до другого конца материка люди самоистязались до кровавых шрамов, таким образом поднося собственные плоть и кровь Богу-Создателю. Падение людей в таких ходах были не редкостью, а завидным постоянством. Эта жестокость и нашла отражение в последующих конфликтах со стражей города, выливавшихся в открытые столкновения и сражения. За право верить в того Бога, какому верили их предки, они буквально грызли глотки своим врагам, ведь кровь, пролитая врагом, приравнивалась к его жизни. И чем больше подношений своему Богу делали верующие, тем сильнее и ожесточённее близнецы подавляли их восстания.

Запрет