Фантастика 2026-172 - Юрий Лермонтович Шиляев

Первыми ввалились трое наёмников. Они, как и первый, пытались выглядеть грозно, но когда ощутили ароматы с кухни, быстро присоединились к своему товарищу. По их нетерпеливым движениям я понял, что проблем от них не будет. Следом зашли купцы в дорогих одеждах. Мне показалось, я их видел на конкурсе, но не был уверен, слишком там было много людей. Неужели тоже от князя? Они степенно прошли к столику в углу и сели, устремив в сторону кухни жадные взгляды.

Грумхильда уже выносила гренки, а Каролина бегала с чашками. Я повернулся к Фёдору и кивнул, чтобы тоже помогал. Михарь побежал ставить новый котелок, потом отправлю его к конюшне. А вот Торк не знал, куда ему деваться, и я жестом предложил ему занять стол у входа. Тот как раз стоял очень удобно, и если вдруг с порога кто-то решит напасть, то гном и его топор с этим быстро разберутся.

— Фёдор, встань за стойку с котелком, и гостей видеть будешь, и в по кружкам разливать им, как попросят, а чтобы он не остыл, держи, — я вытащил из котомки жаровню.

Расчёт был прост, стойка находилась напротив входа, и каждый, кто заходил в трактир, в первую очередь видели именно минотавра. Надеюсь, это отобьёт у них охоту отпускать скверные шуточки в мой адрес.

Пока гости рассаживались, я сбегал и нарезал рулеты ровными ломтями. Соус будут лить на мясо, потому что нужное количество пиалок в трактире не нашлось. Грумхильда и Каролина терпеливо ждали, когда я закончу выкладывать всё на тарелки.

Когда мы втроём готовились выносить закуски, через дверь кухни, я увидел новых гостей. За одним из столов расселись возницы, сразу четверо. Выглядели они слегка растерянные, словно не в трактир пришли, а на приём к бургомистру. Впрочем, мне было без разницы на их статус. Что купец, что простой возница получили одинаковые порции.

А гости меж тем всё приходили. Я поставил перед первым наёмником тарелку и решил прояснить, сколько их всего будет-то. По квесту общую цифру я знал, но всё равно было интересно.

— Нам сказали приехать всем, кто в смене! — он оглянулся на дверь, в которую как раз протискивался ещё один человек. — И менестрель ещё прибился, подобрали у тракта, говорит, что поёт хорошо и готов исполнять за еду.

— Музыкант? Тоже хорошо. И его накормим, — сказал я, кивая тощему парню. — Проходи, певец, сыграй нам что-нибудь весёлое.

Молодой парень с хитрыми глазами и усмешкой на губах, поклонился и скользнул в зал, озираясь в поисках свободного угла. Фёдор вынес ему две табуретки. На одной будет сидеть сам певец, а на другой его ждала чашка с чаем. Есть будет потом, как отработает.

— Рассаживайтесь, господа! — зычно объявил я, глядя на заходящих людей. — Места всем хватит. Закуски сразу, основное блюдо чуть позже.

Карлина носилась между столами, расставляла тарелки и поправляла салфетки. В какой-то момент я заметил, что один из наёмников с нагловатой ухмылкой, проводил её взглядом, откровенно разглядывая фигуру.

— Эй, красавица, — протянул он, — а может, не только тарелки подашь? Я бы не отказался, а?

Каролина в ту же секунду замерла и спокойно обернулась. Я мысленно усмехнулся, глядя на её лицо. На нём как раз расцвела такая сладкая улыбка, что наёмник, кажется, даже не сразу понял, что сейчас будет. Честно сказать, не хотел бы я сейчас оказаться на месте этого парня.

— Я бы сказала, что польщена, — произнесла она голосом, от которого у лично меня мурашки побежали, — но, видишь ли, у меня есть правило. Я не встречаюсь с мужчинами, чей уровень интеллекта ниже, чем температура чая в твоей кружке. А чай, заметь, уже едва тёплый.

Наёмник обалдело захлопал глазами, в то время как его соседи по столу грохнули со смеху, хлопая ладонями по столу.

— Ну всё, Сенька, получил? — хохотал один из них. — Сиди теперь и жри молча!

Каролина фыркнула, развернулась на каблуках и отправилась заниматься другими посетителями. Я спрятал усмешку и нырнул обратно на кухню, моя помощь ей была не нужна.

Возле печи всё кипело. Грумхильда доставала противень с ароматными гренками. Я не удержался, взял один и проглотил в одно мгновение. Бекон и Пеструшка укоризненно на меня посмотрели, но мешать работе не стали, лишь ждали, когда и им перепадёт вкусный кусочек.

— Картошку доставай! — скомандовал я орчихе. — Я соус к ней сделаю.

Грумхильда метнулась к печи, а я вытащил из котомки Тёрку Стихий, как раз самое время ей воспользоваться. Я взял луковицу, приложил к одной из граней и провёл пару раз. И едва успел отдёрнуть пальцы, как на доске оказалась идеальная мелкая крошка. Даже глаза не успело защипать! А вот на другой стороне я попробовал измельчить чеснок, так от него, вообще, осталось только пюре! Эх! Была бы у меня такая тёрка на кухне ресторана в Москве, я бы и не такие чудеса показывал.

Я ссыпал луково-чесночную смесь в котелок, добавил густых сливок из погреба, немного сушёных трав и поставил на секунду у края печи, чтобы прогрелось. Соус должен быть горячим, чтобы растекался по долькам, а не ложился комками. Что-то у меня сегодня всё с чесноком, хотя его у нас было много, почему бы и не подрастрясти запасы?

Через пару минут всё было готово, и я кивнул Грумхильде.

— Поливай соусом картошку и выноси, — сказал я ей. — Чтобы не успела остыть.

— А рулеты? — она начала раскладывать дольки по тарелкам.

— Их тоже можно уже. Каролина! — крикнул я в сторону зала. — Забирай мясо и помоги Грумхильде с картошкой!

Каролина уже стояла в дверном проёме, будто только и ждала команды. Подхватила тарелки и исчезла в гуле голосов. Я на секунду выглянул в зал, и сам себе кивнул, радуясь тому, что вижу. Почти все места за столами были заняты, гости спорят и смеются, не выпуская вилки из рук. Между лавками я заметил знакомый рыжий хвост. Бекон как главный администратор ходил между гостями и важно разглядывал их. Один из наёмников погладил кота и угостил его кусочком мяса. Рыжий взглянул на него с такой благодарностью, словно его на кухне никогда не кормили.

— Бекон! — шикнула на него Грумхильда, проходя мимо него. — Перестань приставать к гостям!

Кот сделал вид, что не знает никого с такой кличкой, и гордо прошествовал дальше. Пеструшка тоже уже вышла в зал, но от стойки, за которой стоял