Фантастика 2026-172 - Юрий Лермонтович Шиляев

Кузнец и орк одновременно глянули на меня.

— Бесплатный квас? — переспросил лысый вояка.

— Бесплатный, — подтвердил я и глянул на Степана. — Налей этим горячим парням по полной.

— Одну минуту! — отозвался тот, и через секунду перед спорщиками стояли две кружки с квасом.

Хотел бы я назвать это конфликтом, но то была обыкновенная суета. С учётом, что я не собирался сегодня открывать трактир, ерунда. Даже никто не подрался.

— Эй, певец! — окликнул я менестреля, который задумчиво настраивал лютню. — Ты играть умеешь или просто струны перебираешь?

Парень вздрогнул, поднял голову и широко улыбнулся.

— Умею, — ответил он, и в голосе не было ни нотки обиды. — Меня, между прочим, на ярмарке в Бешале хвалили.

— Вот и славно. Давай что-нибудь весёлое, чтобы гости не скучали, пока ждут добавки. Отработаешь — получишь полную тарелку и чай.

— Идёт! — он оживился, пробежал пальцами по струнам и затянул разудалую песню о незадачливом рыцаре и хитрой трактирщице.

Зал заметно расслабился. Гул голосов стал ровнее, кто-то начал прихлопывать в такт, а орк и кузнец, только что готовые сцепиться, теперь чокались кружками и даже пытались подпевать. Каролина, пробегая мимо с подносом, шепнула мне:

— Умно. С тебя премия за нервные клетки. И ещё разговор есть, — она нырнула на кухню.

— Говори, — я проверил перепелов и переключился на неё.

— Знаешь, что говорят? Князь лично объездчикам велел разнести слух, что ты открылся, но еда у тебя — отрава. Мол, конкурс ты выиграл нечестно. А теперь эти же люди сидят и едят, и знаешь что?

— Что?

— Купец этот, седой, он сказал: «Если бы я знал, что здесь так вкусно кормят, привёл бы ещё людей. А князю я теперь не верю ни на грош».

— Хорошо, — кивнул я. — Очень хорошо.

— И тарелки кончаются, а зал битком. Тридцать человек едва влезли. Есть, что ещё выносить?

— Сейчас будет, — я кивнул на сковородку.

— Кстати, Винтер, а сколько с них брать-то? А то некоторые уже спрашивали.

— Чего брать? — не сразу сообразил я. — За ужин, что ли?

Опа, а вот этот момент у меня выскочил из головы. Я бросил взгляд на орчиху, которая раскладывала дольки по тарелкам.

— Грумхильда, а сколько в Бешале, вообще, стоит обед в приличном трактире?

— Смотря что брать, — она на мгновение задумалась. — Если мясо, то можно и даже и полсеребра запросить, а если что-то особенное, то и целый. Но в основном за одну монету можно неплохо шикануть в небольшой харчевне. А что такое?

— Забыл цену на блюда поставить. Гости едят, а сколько платить — не знают.

— То есть как, забыл⁈ — всполошилась она. — Так, они же в любую минуту могут просто встать и уйти, ни монеты тебе не оставив!

— Не уйдут, — спокойно ответил я. — Есть у меня идейка одна. Пусть они сами решают, сколько отдать за еду.

— Что⁈ — она чуть не выронила тарелку. — Да ты с ума сошёл! Они же медяк положат и скажут, что так и было!

— Посмотрим, — я усмехнулся. — Заодно и проверим, сработает ли моё, как ты говоришь, колдунство, на их кошельки.

Я бросил взгляд на перепёлок, сдвинул сковороду с печи и смахнул Системное сообщение про новый рецепт и новые 10 опыта. Сейчас у меня уже было 35/600, а ещё нераспределённые очки после получения уровня. Но это всё потом, сейчас мне нужно было сделать объявление. Я выдохнул и вышел в зал.

— Уважаемые гости! — громко сказал я. — У меня важное сообщение!

Мой голос потерялся в какофонии звуком. Я глянул на Фёдора, тот кивнул и как грохнул кулаком по стойке, что у меня под ногами пол завибрировал. После такого гул стих мгновенно. Посетители повернули головы, менестрель едва не порвал струны на лютне.

— Сегодня у нас не совсем обычный вечер, — продолжил я. — Мы не планировали открываться так рано, но не обошлось без ушлых людей и их слухов. Так сегодня у нас пробное открытие в честь моей победы на конкурсе поваров. Поэтому я не назначал цену за блюда.

По залу прокатился удивлённый шёпот.

— Поэтому я отдаю решение этого вопроса вам. Сами решайте, сколько, по-вашему, стоил этот ужин. Я доверяю вашему вкусу и совести.

Гости переглянулись, не зная, что ответить мне на такое заявление. Кто-то свистнул, кто-то стукнул ладонью по столу, а один из наёмников громко сказал:

— Ну, хозяин, ты либо гений, либо безумец.

— Одно другому не мешает, — ответил я и кивнул на стойку, — оставляйте монеты здесь, под присмотром Фёдора.

Команда проводила меня ошарашенным взглядом, но я знал, что готовлю хорошо и это стоит денег. И каждый в зале это тоже понимал. Теперь оставалось только ждать. Пока мне нужно было заняться перепёлками. Пока по залу прокатилось оживлённое обсуждение, я выложил птиц на тарелки вместе с картошкой, полил соусом и отдал Матвею, он как раз стоял без дела.

— Я? — удивленно поднял бровь Матвей.

— Ты. У тебя две руки, и они мне нужны.

Он молча взял тарелки и вышел в зал, на ходу уточняя у Каролины, кому ещё нужны порции.

В эту странную минуту спокойствия в двери кухни постучался очередной гость. Кузьма тоже слышал про открытие и принёс несколько караваев. Его я быстро пристроил помогать Грумхильде. Она с тревогой смотрела в сторону обеденного зала и ворчала, что сейчас все уйдут и не заплатят.

Михарь уже умял порцию долек и вернулся на конюшню. Как выяснилось, животных он любил больше, чем людей, да и на глаза наёмникам попадаться совсем не желал. Но во всём этом меня беспокоило только одно: Система показывала, что все тридцать гостей прибыли и едят, а вот квест всё не закрывался.

Пока я лазил по интерфейсу, на кухню влетела Каролина.

— Винтер! Ты не поверишь! — у неё аж глаза блестели.

— Что там?

— Они платят! Все как один! Причём знаешь сколько? Наёмники, что первыми пришли, выложили шесть серебра на четверых! За один ужин! Это же больше, чем в любом трактире Бешаля за полный обед берут!

Грумхильда, которая до этого сверлила меня недоверчивым взглядом, устало опустилась на лавку рядом с Беконом и курицей.

— Колдун, — пробормотала она. — Я же говорила. Настоящий колдун.

Я улыбнулся и вернулся к тарелкам, расслабляться было рано, потому что перед глазами всё ещё висел квест, и строчка «накормить 30 гостей досыта» продолжала гореть синим цветом.

На кухню заглянул Торк, он давно уже закончил с лавками, и съел порцию гренок с картошкой.

— Есть ещё еда? — спросил он, потирая живот. — Может,