Аббарр. Песок и пламя - Хельга Воджик

оборотов, не имея голоса.

Все стихли. Традиция платить песней была древнее Оплотов Мэйтару и столь же чудно́ было услышать о ней сейчас, когда странствующие сказители легенд и музыканты были такой же редкостью, как драконы.

Удивительным образом преобразился голос старика. Хрустальным потоком, раскатисто гремя и срываясь в каменную чашу, зазвучали его слова. Никогда прежде Карш не слышал этих строк, но мелодия врезалась в нутро, выжигала образы и, казалось, ничто не сможет вывести их из памяти. Даже пламя огня замерло, прислушалось и потянуло языки. Костёр трепетал, дополняя песню старца и посылая видения тем, кто делил эту ночь. И каждый видел своё, созвучное сердцу и думам.

В треске костра песня звучит,Пламя рождает рассказО городе древнем, что ныне укрытЗа пеленою от глаз.Пусть ветры несут песню мою,Пусть ярко пылает звезда.На белом песке расцветают огни,Сомнения нет в сердцах.Пророчат иные, шагая в закат,Что вновь разгорится огонь:Алое пламя вернётся к живымСквозь смерть и Дартау покой.Пусть ветры несут песню мою,Пусть не угаснет звезда.Белый песок – на золотом.Сомнения нет в сердцах.Что было туманом, станет стеной,И плоть обретут миражи.Четыре дороги сплетутся в одноВ разбитом осколке души.Пусть ветры несут песню мою,Пусть ярче горит звезда.Рубины покрыли чёрный песок.Надежды нет больше в сердцах.Азурные нити и Варме стежкиИзменят течения ход.Будут бессильны зелёные псы.Купол небесный падёт.Пусть песня не стихнет сегодня моя,Пусть вновь запылает звезда.Белый песок пролился́ через край,Жизни лишились сердца.На алом песке бледнеет рассвет,Рубины рождает Энхар.Пепел надежды над морем летит,Разрушен был Белый град.Пусть ветры несут песню мою,Пусть ярко пылает звезда.На белом песке расцветают огни,Сомнения нет в сердцах.* * *

Когда забрезжил рассвет, старика уже не было в лагере. Караван продолжил путь, но, прежде чем проститься, Ыргых показал Каршу каменный валун. Чёрный, с мерцающими в лучах Орта багряными всполохами, он был чужд золотому покрову Мэй. Остановившись перед камнем, Карш различил выбитые на нём символы. Забытый язык Севера.

– Варме, – Ыргых указал на верхний знак, крупнее прочих. – Алое Пламя. Я обещал тебе историю, но скорее дополню лишь то, что ты уже услышал.

Ыргых сложил поводья и опёрся на шею Хара.

– Эта легенда о том, как погасло Алое Пламя. Я расскажу тебе то, что однажды рассказал мне Дхару, а где он раздобыл эту легенду, не ведает никто.

Северо-западнее этого места лежат укрытые заботой Интару земли Обители Хранителей. Врата Бездны и храм над ними, где пропускающие зелёное пламя аллати стерегут границу Тхару и Дартау. Обитель была построена так давно, что даже не осталось в памяти песка следов о тех, кто возводил прорезающие синюю высь стены. Безупречные и бесконечные плиты с лестницей до самого престола Орта. Время лишь отшлифовало их, а огненные лучи запекли частички песка до стеклянной корки. Вот только Орт ли было тому виной?

Говорят, Обитель была центральным Камнем древнего города. Города, что превзошёл все прочие и будущие оплоты Мэйтару и назван был Золотым Градом. Легендарный, воспетый и недостижимый. От его величия осталась лишь аллея статуй, врата с исполинскими стражами да круги колонн вокруг украшенного барельефами колодца. А сам город и все его жители однажды просто исчезли. Говорят, лишь те, кого коснулось пламя Варме, способны увидеть воспоминания города, которого больше нет. И лишь пропускающий через себя Варме, Избранный, в силах отыскать дорогу к нему.

Доподлинно неизвестно, как и почему случилась трагедия, но есть одна легенда, что передаётся лишь среди посвящённых аллати рода интарумару, что значит рождённые Интару, пёсьей госпожой и хранительницей Тхару от крови Хаоса. Интарумару пришли с Севера и были первыми, кому Белый Пёс даровал благословение и частицу Силы Богини. Он же, последний земной страж Белой Госпожи, принёс им и украденное сердце Мэй.

Легенда рассказывает, что в те далёкие времена хранители, пытливые умом и отважные сердцем, нашли ключ к Первоогню и постигли тайну Алого Пламени. Рубиновая сила, Варме, что отмеряет время на башне Орму, запускает корабли в небо и высвобождает энергию мощнее всех прочих. Эта же сила открывает врата в вечность. И, приоткрыв их, очень сложно не сунуть любопытный нос и не попытаться изменить ход истории.

Культ раскололся: зеленоглазые псы, что проводили потоки магии материализации и иллюзий, наложили запрет на малочисленный культ ключников времени. Красное пламя, что горело в самых могущественных и упрямых, было объявлено вне закона. Щенков, подающих признаки владения кровавым даром, с рождения метили – отрезая уши, ведь любое клеймо можно скрыть, но телесный ущерб, полученный, пока не окрепла Сила, обратить они не могли.

Интарумару угасали, наследующих дар Варме заставляли носить ошейники забвения. Тусклый камень вытягивал пламя из их тел и горел кровавым карбункулом. Насытившиеся камни забирали и использовали как рубины, а энергию безухих вытягивали вновь и вновь, пока у них не оставалось сил даже на самое мелкое обращение вспять.

Но ни одни внешние оковы не могли удержать их дух, и даже смерть была не конечна. И вот, последние и сильнейшие из Алого Ордена укрылись в старейшем храме Златого Града. И псы Интару, сосуды зелёного пламени, силой, во много раз превосходящей, взяли их в осаду. Раз за разом накатывала волна зелёного пламени на стены храма, за которыми укрылись беглецы, и каждый раз разбивалась, как волна об утёс. Рубиновоокие обращали время вспять, и всё начиналось вновь. Замыкая время и возвращая его, они проигрывали эту битву раз за разом, но верили, что отыщут спасение.

И мир не выдержал. Дал трещину. Пространство завибрировало и навсегда поглотило город и всех, кто в нём был. Волна невиданной мощи прокатилась по Мэйтару, поднимая песок. Алое пламя было навеки утеряно.

Некогда могущественный Орден растаял, и даже те, кто бежал в лабиринты Энхар в надежде найти убежище в костях Белого Пса, не вернулись. В те годы крови было столь много, что песок был не в силах пить её. Движимые злобой и местью, хранители зелёного пламени уничтожали поселения, отказывающиеся выдать изгнанников. Одним из них был и Ахран. Но охота не закончилась, ведь обуздать кровавую силу Варме могли лишь его носители, а Кровавый Кодекс Иергилль исчез.

По легенде, рубины – это запечатанные души интарумару кровавого культа, последнее, что осталось от них. Лишь они знают тайну вечности и места, где спрятан Иергилль. Эти рубины находятся в Хронографе на Башне Орму. В механизме, что вытягивает из них эфир и создаёт особое пространство, купол – невидимый глазу, но защищающий Мэйтару от любого корабля в небе.

Ыргых вздохнул и посмотрел на Карша:

– Этой ночью к костру приходил призрак, чтобы рассказать свою историю. Мы слишком близко подошли к Вратам Бездны, к отпечатку Золотого Города, вот тени и дотянулись до костра. Иной