Аббарр. Песок и пламя - Хельга Воджик

Дверь бесшумно закрылась. Зачарованные звуками и убранством аллати и элвинг шли вперёд. Они рассматривали дом, смотрели, как лестница убегает вверх, преодолевая полукруглые диски с частыми, филигранными зубцами, как тонкие струны служили ширмами и как они вздрагивали, стоило нотам мелодии пройти сквозь них.

– Мы словно внутри музыкального ларца, – прошептала элвинг, вспоминая, во что Пожиратель превратил дом раньше: никаких шипов и слизи, потрясающее мрачное изящество.

Очарование прошло, когда резные коридоры в третий раз вывели всё в тот же холл. И всё те же обрывки мелодии в очередной раз царапнули слух. Мёртвые бутоны и неживые цветы.

– Мы ходим по кругу, – Аббис огляделась, тщетно стараясь заметить то, что они упустили. – И тут нет дверей.

Действительно, дом-шкатулка захлопнулся за гостями как ящик-ловушка.

– Зеркало, – задумчиво проговорила Ашри и уже увереннее добавила: – Нам нужно зеркало. Я видела его на втором этаже, когда попала в воспоминания после твоего исчезновения. Если Дартау отражение Тхару, то нам надо пройти сквозь него, выйти из Зазеркалья.

– Звучит нелепо, но я готова рискнуть. Иначе мы будем блуждать тут, пока не выбелит свои кости Дархи Тау.

Зеркало было точно таким, как видела Ашри: напольное, старое. По раме чёрной змеёй полз плющ. На мгновение в отражении промелькнул облик Сиолы: девочка куталась в одеяла и испуганно смотрела на Ашри. В пронзительных зелёных глазах кроме страха было и любопытство. Но не успела элвинг окликнуть сиротку, как призрак растворился.

Ашри посмотрела на Абби в отражении, та коротко кивнула, и элвинг в зеркале протянула ключ, соединив его с тау в руках Ашри на этой стороне. Воскресив в памяти зловещую заснеженную долину, Ашри позволила пламени пройти сквозь ключ. В отражении пламя вошло в тау и через него прошло по руке элвинг, разлилось по всему её телу и заполнило пространство вокруг, а когда втянулось обратно, то ничего не изменилось. Всё так же, в зеркале, за спиной Аббис и Ашри был тёмный коридор дома.

– Похоже, не вышло, – удручённо произнесла Ашри и повернулась к подруге.

– А по мне так вполне, – ответила жрица.

Ашри остолбенела – перед ней лежала заснеженная равнина, небо над которой застилал зелёный туман. В окружённой гейзерами долине чёрными уродливыми ягодами пульсировали бутоны тьмы. В центре выделялся особо крупный. От него к остальным тянулись чёрные нити. Через них Пожиратель высасывал жизнь у порабощённых тхару и впрыскивал в их сознание ядовитый туман морока.

– Нити, – Ашри указала на «пуповины». – Их не было в моём видении.

– Значит, они нам и нужны, – Аббис достала клинки. – Раз Пожиратель укрыл их от тебя, значит, туда и стоит ударить.

Ашри нахмурилась:

– Гаруна сказала тогда: «Господин, в нём сила… Освободи наши души, и он утратит контроль над нашими телами». Я думала, она говорит о ком-то… Но, похоже, она имела в виду его, – Ашри кивнула на центральный кокон. – Тогда в видении в нём была она.

Аббис прищурилась, рассматривая долину:

– Гаар наделён властью показывать то, что хочешь видеть, – Абби стянула повязку с глаза. – Перерубим нити и освободим пленников. Если не поздно, их дух вернётся в Тхару, и они проснутся.

– Постой, – Ашри схватила жрицу за руку. – Я видела ещё нечто. Там были крамкины.

– Монстры из детских сказочек?

– Монстры, обернувшиеся худшими кошмарами. Они были похожи на детей, похищенных Пожирателем. Детей, евших плоть и пивших кровь тхару.

– Главное, помни, что это мороки, а в каком виде они предстанут… – Абби передёрнула плечами. – Пламени нет дела до формы, она выжжет всё, что встанет на пути благополучия Тхару. Белая Богиня защитит истину!

Аббис зашагала к зловещей поляне, оставляя на снегу глубокие следы.

Слова жрицы удивили Ашри. Был у них неприятный привкус. Неужели Абби считает себя вправе определять и мерить благополучие Тхару? Мир слишком велик и разнообразен, чтобы добро было одномерным и соразмерным с интересами культа Интару. Она обязательно поговорит об этом с Абби, не как с хранительницей Обители, а как с другом. Расскажет о том, как щенкам обрезали уши, напомнит, что мир – это не алтарь для Зелёного Пламени. Но это потом. Сейчас есть дела важнее, чем спрашивать о цене, что жрица готова платить, следуя своему служению.

И о том, что некоторые из похищенных душ не смогут вернуться в Тхару, лишённые тела, она тоже подумает после. Единственное, на что уповала элвинг, – что ей на пути не встретится крамкин Сиолы…

– Прекрати! – Аббис зло схватила Ашри за грудки и встряхнула. – Не давай повода соткать мороков! Даже я чувствую твою скорбь и сомнения!

Закрытый глаз дрожал, Взгляд Бездны вырывался искрами даже из-под опущенных ресниц. Лишь после того как Ашри кивнула, Аббис отпустила её:

– Долг перед Тхару привёл нас сюда. Так сделаем так, чтоб все проложившие нам дорогу своими жизнями погибли не напрасно.

– Уна не успела назвать имя, – Ашри злилась. – Если бы я могла её спасти!

– Успокойся, – прорычала Аббис. – Сейчас это имя ничего не значит. Или ты соберёшься и отправишься со мной, или останешься тут и не будешь мешать. Я не хочу, чтоб твои сомнения оголяли мне спину.

Тьма в каждом из нас.

Ашри услышала его голос.

– Он знает, что мы тут, – прошептала Ашри и, отстраняя Аббис, пошла к чёрным бутонам.

Позволь своей вырваться наружу.

Нет, Уна не говорила этого. Это были слова Пожирателя! В руках Ашри возникло пламя. Гаруна верила в неё, как верила в каждого, о ком заботилась.

Снег таял под ногами Ашри. Под мнимой чистотой покрова обнажалась чёрная безжизненная земля.

Ты лишь пепел. Пепел от крыльев. Пепел от надежд.

Даже сотканные из пепла имеют сердце.

Снег пришёл в движение. Взрываясь фонтанами, из-под него выскакивали крамкины. И их лица были извращёнными масками всех тех, кто был дорог Ашри. Тех, кто погиб из-за неё. Её вина обретала плоть, горящими глазами смотрела на неё, острыми клыками пыталась дотянуться и выпить её кровь, что давно была отравлена сожалениями. Ашри знала, что не сможет рассечь эти лица.

И тогда элвинг зажмурилась, обратившись в слух, зачерпнув Пламя. Ощутила телом колебания воздуха и холод, дрожь земли и пламя Аббис неподалёку, услышала биение сердец в клетках Пожирателя и его страх, что ей удалось зайти так далеко.

Когда Ашри открыла глаза, то мир окрасился в цвет Пламени Тирха. И через пелену огня, она видела лишь тени. Тени были безлики, и теперь она могла вступить с ними в бой.

Аббис видела, как Ашри окружили сгустки морока. Вытекающие из чёрных прогалин, оставленных шагами элвинг, они притягивались к ней, льнули, как шаати, ищущие ласки.

Пока Пожиратель занят Птичкой, она освободит пленных. А после вернётся.

Сделав выбор, жрица добралась до первого кокона