Вперед в прошлое 19 - Денис Ратманов

в багажник и побежал за оставшимися вещами. В рюкзаке у меня была часть накоплений, потому его я ненадолго оставил в квартире, а черную сумку спустил и поместил в салон «Жигулей», говоря:

— Еще мопед, он в машину не влезет, так что поезжайте по указанному адресу, Сергей вещи заберет. — Я расплатился двумя тысячными и поднялся за Карпом.

Но перед тем, как уехать, прошелся по квартире, прощаясь с раздолбанной кухней, колченогими табуретами, старыми шкафами, кривыми стенами. Да, не лакшери, но ведь было хорошо! Буду вспоминать это место вместе со светлым временем, когда все только начинало получаться. Да и вернусь я еще сюда за старинным телефоном.

В прошлой жизни, когда приехал на похороны матери, то, уже взрослый и многоопытный, не мог находиться в родительской квартире, где все еще жили мои страхи и гнездились обиды. Теперь нет ни одного, ни другого. Зато есть осознание, что, если бы не нужда и не негативный опыт, не было бы бешеного стремления к лучшему.

Август катился к закату, вечерами похолодало, над горами появилась белая борода из туч — предвестник скорой непогоды. Завтра-послезавтра из-за гор хлынет северный ветер, задождит, а потом тепло вернется на неделю в середине сентября.

Пройдет тридцать лет, и знакомые будут рассказывать, что погода изменилась, как по мне, в лучшую сторону: холодный май, дождливый с просветлениями июнь. Непогода, что начиналась в конце августа, сдвинется на пятое-седьмое сентября, а бабье лето вместе с пляжным сезоном будет длиться аж до ноября.

Па́рило. Небо было желтым, над морем курились испарения, и я взмок, пока доехал по жаре. Вечерело, солнце скатывалось по хребту горы, но перед дождем все время так душно.

Толик никуда не уехал, ждал возле дома уже пустой.

— Анатолий, как ваша жена? — поинтересовался я, пока Сергей не вышел меня встречать.

Скучающий пожилой мужчина будто бы помолодел, воспрянул и выпалил:

— Нам дали надежду! Хотя с момента перелома прошло много времени, можно ставить протез! Ей ведь только чуть за шестьдесят, не восемьдесят. Поедем в Москву, осталось четыреста долларов накопить. Ну и двести на лекарство и жилье для меня, ей ведь потребуется уход.

— А потом понадобится реабилитация, — сказал я. — Очень долгая, она ведь лежала, мышцы атрофировались, тело отвыкло от ходьбы.

— Мы делали зарядку, массаж. Справимся!

Бабушке, конечно, будет не хватать Анатолия, он ведь уедет не меньше, чем на месяц. Нужно искать ему замену уже сейчас. Возможно, бабушка сама решится сесть за руль. Если нет, наймет водителя хотя бы на свою машину. Надо через Каналью кого-то найти. Ему сейчас не до подработки извозом, у него стройка и автомастерская, плюс прием и хранение товара. Скоро надо будет клеить объявления на столбах, что нужны автослесари. За несколько месяцев должны найтись толковые парни, а через пару лет Каюк подрастет и войдет в семейный бизнес.

— Если нужны деньги, могу занять, — вызвался я. — Но — до нового года, они мне очень понадобятся к концу декабря.

Анатолий качнул головой.

— Не рискну. Боюсь не расплатиться, ведь мне придется долго не работать, машину продавать не буду, это кормилица. А если работать, то в середине октября деньги будут, я никого не подведу! Спасибо Эльзе, она нас спасла.

— Очень рад за вас, — улыбнулся я. — Пусть все получится!

Вышел Сергей, пожал мою руку, распрощался с Анатолием и торжественно объявил, открывая калитку:

— Павел Романович! Добро пожаловать домой! — И встал в проходе, перегородив его. — Прежде, чем войдешь, я хочу тебя поздравить от всей души и сказать, что ты счастливый человек! Мало того, уникальный человек, который смог обеспечить себя жильем в пятнадцать лет! Мы как жили, кто в общежитии, кто в вагончике. Мы с женой с ее родителями ютились, и я мечтал о своей квартире, о, как мечтал, но дали в Донецке, когда ребенок родился. Мне тридцать, жене двадцать пять… Однокомнатную. О, сколько счастья было! Но потом — сразу развод, и я опять бездомный. И так до сорока трех, а потом — Света, пенсия, и наконец свой дом. Так что я отлично понимаю, каково быть бездомным или ютиться, и радуюсь вместе с тобой.

Он сгреб меня в объятия, похлопал по спине.

— Этот дедов дом, — вспомнил о легенде я.

— Мой сын вдвое тебя старше, но жильем себя не обеспечил. Пашка, ты — просто феномен, — последнее он сказал, отстраняясь. — Я это понял. Дом твой, а не деда, и не надо мне врать.

— Ладно, не буду. Спасибо, Сергей, — поблагодарил его я и вошел во двор.

До порядка тут было далеко: лежали блоки керамзитобетона, доски, накрытые пленкой, дощечки поменьше, мешки из-под цемента, высилась гора песка. Валялась ржавая лоханка, остатки арматуры. Зато были зацементированы дорожки от калитки к большому и гостевому домам, а также площадка перед нашим временным жилищем. Бардак будет, пока не закончится стройка.

— Я бы собаку завел, — посоветовал Сергей. — Так-то мы со Светой тут все время вместо сторожей, но собака, особенно крупная — отличный способ защититься от жадного труса.

Забежав вперед, он открыл передо мной дверь, я вошел в маленький коридор, откуда шла лестница наверх, и сам распахнул дверь своей квартиры. Пахнуло свежим ремонтом и насыщенно — хвоей, как на новый год…

Переведя взгляд на мебель, я оторопел. Я не контролировал Сергея и рассчитывал увидеть простенькую мебель, как в саунах, на скорую руку сколоченную из досок, а не шедевры из дерева, черненого обжигом. Такая мебель в будущем будет стоить целое состояние!

Новое зеркало над деревянной тумбой, где будет стоять телефон. Деревянная прихожая с вешалкой и полкой для головных уборов…

— Ну, как тебе? — спросил Сергей с опаской. — Все обработано морилкой и лаком, но все равно пахнет хвоей.

— Прекрасно! У прихожей просто шикарный вид! У вас золотые руки! — не покривил душой я и озвучил недавние мысли. — Уверен, настанет время, когда такие вещи будут стоить очень… ОЧЕНЬ дорого.

Это ведь не фабричное производство! Все сделано руками на коленке, а обжигалось, скорее всего, паяльником.

— У вас дома, наверное, мебель вообще, как в музее…

— Да нет, обычная, — махнул рукой мастер. — Когда для себя, как-то нет вдохновения.

Кухня… Шикарная. Роскошная. Тоже из черненого дерева, с ажурными вставками и разноцветными стеклами в шкафах.

— Это я учил парней красить стекло, — поделился Сергей. — И они же осваивали резьбу по дереву. Егор и Серега собирали шкафы, я контролировал. А вот этот стол сделали ребята сами, как и стулья.

Что удивило — ножки не просто палки, а выточены в форме балясин,