Вперед в прошлое 19 - Денис Ратманов

— Гениально. И очень качественно. Единственное, что подкачало — резьба на ножках, но ее почти не было видно.

Я открыл-закрыл дверцы шкафов, а заодно проверил стыки — все идеально, как и дверцы, выставленные ровно по уровню. Стало жаль, что такой талантище Сергей хоронит бетонными работами. Ему бы произведения столярного искусства создавать.

— Вы этому учились? — спросил я.

Он задумался и пожал плечами.

— И да, и нет. Дед был краснодеревщиком, очень любил дерево, много о нем знал и охотно делился опытом, я пропадал у него в мастерской до тринадцати лет. А потом… не стало деда, мастерская осталась. Когда мальчишки гоняли в футбол, я трудился там, нравилось мне.

— А пошли в шахтеры? — уточнил я.

— Кому нужна красота? Изыски, все эти узоры. В хрущовках не живут Людовики Вторые. Народу надо все попроще, попонятнее, как у всех, но чуть дороже. Шахтерам квартиры дают, большую зарплату платят, и на пенсию можно раньше. Как мать говорила, зато пальцы целые. А еще я не любил учиться, школу еле на тройки закончил, прогуливал безбожно. Так что так.

— Сюда нужна хорошая посуда, — проснулась память взрослого. — Поставить кособокую чашку с поросенком — осквернить произведение искусства.

— Ой, да брось ты…

— Не брошу. Это правда. Вы просто не знаете цену своего труда.

Я посидел на стуле, выглянул в окно и увидел вдалеке меж двумя холмами кусочек моря. Отсюда до пляжа километр ходьбы вдоль речки, мимо кладбища, мимо дома Мороза и Карасей. И Вериного, стоящего напротив.

Наверное, она сейчас сгорает от нетерпения, желая переехать в свой новый домик. Вспомнилась история, рассказанная Виталей-спекулянтом, который рассказывал, как торговал овощами в Москве и какие бабки поднимал. В пятнадцать лет у него были платонические отношения с двадцатипятилетней учительницей. Они не целовались, просто общались, и он чувствовал интерес к себе. Потом он поступил в техникум, и роман закончился, оставив приятные воспоминания, тепло в душе и тетрадь стихов.

Я отогнал воспоминания и прошел в одну спальню, потом во вторую и почувствовал себя богатым квартировладельцем. Все было более чем шикарно. Осталось купить матрасы, постельное белье, красивую посуду, потому что обычная будет смотреться, как колхозница на приеме у князя. Занавески. Половики. Бойлер…

Нет, его пока не достать, и мыться придется, топя титан дровами…

— Котел я уже присмотрел, трубы развел, накопительный бак вварил, так что будет горячая вода, но только зимой.

— Прекрасно, — сказал я, открывая дверь в туалет. — Я прям чувствую себя богатым.

Ванны не было, была душевая, выложенная самой красивой бежевой плиткой, которую удалось найти в нашем городе. Все смотрелось новым, Светлана отдраила квартиру, как только они отсюда съехали.

— Спасибо огромное, Сергей! — проговорил я. — Однозначно, мебель в большой дом буду заказывать у вас.

— Очень рад, что тебе понравилось, — просиял он.

— Научитесь ценить свой труд, — посоветовал я. — Эти вещи бесценны.

Сергей удалился, оставив меня наедине с чувством глубокого удовлетворения, как-никак это первое мое приобретение и достижение в мине простых материй.

Я прошелся по квартире, в которой был сотни раз и видел, как строились эти стены, появлялся второй этаж, окна и двери, потом — внутренняя отделка. Но и представить не мог, что меня ждет такой сюрприз. Я не мечтал о мебели, как у богатых из будущего. И вообще, моя квартира будто из будущего, сейчас даже у новых русских ремонт не такой качественный, стены кривые.

Надо будет конкретно проставиться прорабу и алтанбаевцам, закатить пир на весь мир, пусть празднуют, она заслужили! И премию заслужили.

В кухне над столом будет натюрморт, в спальнях на картинах — что-нибудь легкое и воздушное. И тюль. Обязательно невесомый тюль. Его, наверное, придется везти из Москвы.

Жаль, что Наташа и Боря в Москве и не могут вместе со мной оценить прекрасное! Так хотелось поделиться радостью! Они бы ахали, охали и падали в обморок от счастья. Правда, Борьку придется гонять, чтобы не зарастал мусором, и я заранее чуял конфликт. Ну а Наташа должна позвонить вечером, если, конечно, у нее будет время. А если нет, сам ее буду набирать в течение дня, когда-нибудь да застану.

Как это ни грустно, она погрузилась в свои заботы и начала отдаляться. Сегодня у них встреча с Гаечкой, Саша должна рассказать про дар, и сестра поймет, что нам надо держаться вместе, мы связаны одной тайной.

Тридцать первого все возвращаются — и Каретниковы, и Гаечка, и Борис. А сегодня мне придется радоваться одному.

Я ходил по квартире, лежал на пока еще твердой кровати, любовался видами из окна, мечтал. Тешил тщеславие тем, что я — феномен, Сергей прав. Подросток во мне жаждал славы финансового гения и рвался на первые страницы газет, взрослый укоризненно качал головой.

Взгляд упал на склон холма с глубокими следами шин. Надо обязательно купить пару грузовиков щебня, отсыпать дорогу, а то, когда пойдут дожди, мы отсюда не выберемся. Правда, все быстренько смоет, но бетонку убьют грузовики, которые поедут, когда район начнет обживаться.

— Поз-драв-ля-ем! — донесся нестройный хор голосов, и я выглянул в окно.

Ден Памфилов крикнул:

— Пашка, выходи гулять, свинья ты капиталистическая!

Пришли Димоны, Алиса, Лихолетова, Кабанов, Илья держал торт производства моей же кондитерской, у Алисы в руках были две бутылки лимонада. Рамиля с ними не было, но на другое я и не рассчитывал.

Я побежал открывать калитку. Друзья набились во двор, ломанулись в дом, открыли дверь в мою квартиру, и семь разных возгласов слились в один.

— Очень красиво! — оценила Алиса, рассматривая деревянную с завитушками раму зеркала.

Из спальни Ден крикнул:

— Да ты буржуй! И че, ты тут будешь жить один?

— Почему один, с Борисом.

— В смысле, без родителей? — уточнил Ден. — Так можно? Я тоже хочу, ибо задолбали.

Илья ответил вместо меня, ставя торт на тумбу:

— Если он сам построил этот дом для себя, как думаешь, ему можно жить без родителей?

Алиса показала «класс». Лихолетова вручила огромный розовый гладиолус, отвечая на мое недоумение:

— Гладиолус можно дарить парням. Бери!

Я взял и открыл дверь в кухню.

— Добро пожаловать к столу! Только посуды тут еще нет. Попрошу у Сергея, он с женой надо мной живет.

Девчонки ворвались, охая и вздыхая, как только женщина может охать и вздыхать, видя красивую кухню.

Я взбежал по лестнице, думая, что еще не въехал, а уже прошу о помощи соседа, взял на время чашку и пару тарелок, нож