Его странное сиятельство. Голоса под кожей - Андрей Евгеньевич Фролов

Илья побежал широкими шагами, стараясь держать дыхание и ни в коем случае не оскользнуться. Слева потянулись кирпичные склады, чуть более ладные, чем секретное логово Пудового; справа – приземистые жилые дома с закрытыми на ночь лавками на первых этажах. Фонари тут тоже наличествовали, но все так же не горели.

Мотоциклет увеличивал скорость.

Харитонов, темпа тоже не сбавлявший, вдруг осознал, что не догонит. Задумал бросить погоню. Может, даже пальнуть в воздух и вынудить совершить ошибку, врезаться в мусорную кучу или столб… но тут в конце улицы мелькнул знакомый силуэт.

Граф Протасов выскочил ровно посередь проезда. Лихорадочно, будто заяц в свете фонаря, огляделся, а затем шлагбаумом вытянул руку с тростью, а во второй гонщику подмигнул вороненым железом револьвер.

Мотоциклетист вскрикнул тонко и жалобно. Машинально скинул газ, но в последний момент задумал-таки идти напролом и обогнуть безумца, перекрывшего улицу… однако мотор неожиданно фыркнул и заглох. Фара погасла, оставив от Андрея Константиновича густо-черный трафарет на фоне далеких огней.

Илья стиснул зубы, хищно усмехнулся и снова перешел на бег.

– Не двигайтесь, любезный! – громко, но не переходя на крик, распорядился Протасов. – Мне не хочется пускать оружие в ход, но, если вы спровоцируете, я непременно сделаю это!

Парнишка взвыл. Несколько раз дернул стартер ногой, но чудо персональной транспортной техники словно решило предать.

Когда до шпика оставалась дюжина шагов, Илья замедлился и выхватил дубинку.

– Ни с места! – рявкнул он. Добавил уже тише, чтобы не привлечь лишнего внимания из окрестных домов: – Ответишь на наши вопросы и останешься цел, обещаю!

Паренек обернулся, отчаянно и нервно; верхнюю часть его лица скрывали крупные овальные очки поверх кожаного шлема, нижнюю – намотанный шарф.

Руки в толстых крагах лежали на руле, но Харитонов внимательно следил, чтобы наездник не потянулся за возможным оружием. Илья был все еще весьма разгорячен дракой с Пудовым и его людьми, и совсем не хотел перестараться, как это случилось в переулке за «Лебядью»…

Все медленнее, почти приставным шагом, он приблизился к мотоциклету.

Узкие плечи водителя поникли, он опустил голову. Затем пяткой выщелкнул проволочную подножку и опустил предательский транспорт на левый бок. Остался в седле, опираясь на выставленную ногу.

Илья продолжал медленно подступать.

Теперь он говорил тише и спокойнее, чтобы усыпить бдительность противника и не позволить тому произвести какую-нибудь глупость, способную стать одинаково неприятной для всех участников встречи.

– Как вижу, молодой человек, у вас новомодный мотоциклет Даймлера? – спросил он, покачивая дубинкой. – Если бы пользовались отечественным Костовича, то не заглох бы…

Наездник нервно хохотнул и помотал головой, будто никак не мог поверить в происходящее. Вздохнул глубоко и утомленно, и Харитонов невольно сдвинул брови.

– Граф, – тихо попросил он, – спрячьте оружие.

Уточнил, мягким тоном обращаясь к неизвестному:

– Ведь в нем нет необходимости?

– Ровным счетом никакой…

Илья нахмурился еще сильнее. Голос паренька показался знакомым, весьма знакомым, да вот только догадка все никак не желала ловиться в сети измышлений. А еще ему показалось, что парнишка лишь кажется таковым…

– Снимите, пожалуйста, очки! – приказал он.

Обогнул мотоциклетиста, застыл у переднего колеса и прицелился в шпиона дубинкой. Протасов, тяжело дыша, подступил и остановился за спиной товарища.

– Добрый вечер, господа! – кивнул наездник и поднял на лоб массивные желтоватые очки на резиновом очелье. – Что ж, вынуждена признать, вы действительно поймали меня…

Илья окаменел, рот его приоткрылся. Протасов выдвинулся вперед, вцепился в плечо компаньона, прищурился в полумрак и ошарашенно прошептал:

– Лариса Михайловна?!

– Во плоти, – улыбнулась Ростовцева и ослабила шарф на подбородке. – Ума не приложу, как вы меня вычислили, но изловить помогло сущее везение!

И она рассмеялась. Заливисто и музыкально, что на полуокраинной, темной и вымоченной дождем улице выглядело совершенно неуместно и даже отчасти инфернально.

– Но как?! – забормотал Протасов, все еще не веря глазам. – Почему?! Откуда и отчего вы здесь?!

Он торопливо спрятал револьвер в кармане сюртука и испуганно огляделся, но улица оставалась пуста, а до более оживленной, откуда Андрей и прибежал, их отделяло не меньше двух дюжин шагов.

– Ох, господа, оставьте притворство, что вам это неизвестно…

Лариса чуть сильнее размотала шарф и стянула его тканевые волны на грудь. Ее зеленые глаза сверкали, большой рот гнулся в улыбке, в которой мешались истеричная радость и горечь от собственного провала.

Харитонов, однако, свое замешательство поборол куда быстрее графа. Опустив дубинку, он прокашлялся, склонился в легком поклоне и сказал:

– Ваше сиятельство, не сочтите за дерзость, но мы все же будем настаивать на получении объяснений.

Лариса, продолжая улыбаться, перевела взгляд на его татуировки, в скудном освещении выглядевшие провалами в бездну.

– Прямо здесь, милостивый государь? – усмехнулась она. – Сейчас?

– Боюсь, – ничуть не смутился Илья, – того требуют обстоятельства. Зачем вы выслеживали за нами, да еще и в столь неблагополучном районе?

Мотоциклетистка вздохнула, не самая миниатюрная грудь под комбинезоном соблазнительно гуляла вверх-вниз, словно от своих преследователей девушка удирала пешком. Графиня стянула правую крагу, расстегнула один из трех кожаных кошелей на широком поясе; вынула компактный портсигар, оттуда – папиросу и бензиновую зажигалку.

– Итак, – непреклонно повторил мужчина с белой серьгой, – ваше сиятельство?

– По множеству причин, – она задумчиво постучала папиросой по второй перчатке, глаз не поднимала, – в том числе, чтобы убедиться, что вам не будет грозить опасность.

Харитонов почти нахмурился, но вовремя сдержался.

– Вы предполагали, что нам может грозить опасность?

– Я наблюдала ваш визит в Дом Чествования, – ответила девушка, и теперь в словах прозванивало трудноуловимое раздражение. – Положу, там вы пытались связаться с отпечатком Павла, и я так же положу, что безуспешно. А вот дальнейшие ваши передвижения, господа, до сих пор остаются для меня полнейшей загадкой. Мне показалось, или я слышала выстрелы?

– Показалось, – спокойно солгал Илья. – А наш поход в Некрофамилианский Дом никак не соотносится с Павлом Константиновичем.

Она подняла на него зеленые глаза, теперь наполненные недоверчивостью. Еще секунду поигралась папиросой.

– Почему вы убегали? – с недоумением вклинился Протасов.

– Кристаллическая поляризация линз по методике Френеля, – Ростовцева многозначительно постучала пальцем по очкам на лбу, – разработанной им и учениками через сорок лет после смерти. Если кратко, позволяет недурно видеть в темноте.

Мужчины переглянулись, девушка утомленно вздохнула и соблаговолила пояснить:

– Я просто заметила, что вы разоблачили мой наблюдательный пункт…

– И все же, – заведенным автоматоном повторил Харитонов, – зачем эти игры?

Лариса щелкнула зажигалкой и на секунду озарила игривую ямочку на подбородке. Закурила, причем без мундштука, с пальцев. Неспешно выпустила в небо струю дыма, смешанного с паром от разгоряченного дыхания.

– Андрей Константинович, – наконец задумчиво откликнулась она. При