Система Пиратов Карибского Моря - Сим Симович

выдал колоссальный выброс энергии. Воздух вокруг серба пошел визуальными искажениями. Температура на палубе рухнула так резко, что металл заскрипел от молекулярного сжатия, а кислород начал выпадать в осадок синеватой изморозью.

— Вакуумный коллапс. Первая фаза, — негромко произнес маг.

Пространство вокруг корабля на мгновение замерло. А затем термодинамика взяла свое.

Абсолютный ноль Ильяса ударил по големам. В отличие от местной магии, которая просто замораживала воду, магия Мразко выжигала саму энергию из объектов. Влага внутри ледяных конструктов достигла точки абсолютного покоя.

Големы, находившиеся в радиусе двадцати метров от аристократа, внезапно остановились. Их голубое свечение мигнуло и погасло навсегда. Структура магического льда не выдержала столкновения с физическим пределом вселенной. Огромные фигуры пошли глубокими трещинами, а затем просто рассыпались в пыль. Не на куски, не на глыбы — в мельчайшую, невесомую алмазную пудру, которую тут же развеял штормовой ветер.

Наемники, ошарашенные увиденным, опустили дымящиеся стволы, со страхом глядя на своего нанимателя. Теперь они понимали, почему Тайная канцелярия предпочла избавиться от этого человека, отправив его на край света. Мразко был не просто магом. Он был ходячей аномалией.

— Зачистить палубу. Убрать трупы. Ржавому Гвоздю — подготовить крупнокалиберные орудия для расчистки фарватера, — сухо скомандовал Ильяс, стряхивая с манжета призрачную пылинку. — Мы не будем тратить время на остановки. Если лабиринт попытается закрыться, мы пробьем в нем новую дверь.

— Да, босс! — гаркнул Урраг, мгновенно приходя в себя и отвешивая затрещину ближайшему матросу. — Вы слышали приказ, отбросы?! Живо за пушки, пока из воды не вылезла чья-нибудь ледяная теща!

Корабль снова набрал ход. Главные калибры «Абсолютного Ноля» развернулись по курсу, изрыгая пламя и тяжелые бронебойные снаряды, начиненные алхимическим составом. Оглушительный грохот орудий разрывал мертвенную тишину лабиринта, превращая геометрически правильные монолиты в горы колотого льда.

Серб остался стоять на носовой палубе, сложив руки на груди и глядя вперед. Впереди, сквозь пелену снегопада, начало проступать странное, неестественное сияние. Небо окрасилось в насыщенный, ядовито-зеленый цвет.

— Они ждут тебя, серб, — раздался в голове насмешливый голос Малика Дэ Сада. Демон наслаждался зрелищем. — Местные жрецы уже почуяли запах настоящей силы. Они готовят для тебя нечто особенное. Нечто, что нельзя просто заморозить или взорвать порохом.

— Тем лучше, — мысленно ответил Ильяс, и его губы тронула холодная, предвкушающая улыбка. — Я начинал скучать от этих детских игрушек. Пусть покажут, на что способны боги этого мертвого мира, прежде чем я поставлю их на колени перед имперским троном.

Флагман проломил последнюю ледяную арку и вырвался из тесного лабиринта в открытую лагуну, окруженную высокими, черными скалами Ледяного Архипелага.

На вершинах скал, пронзая зеленую пелену полярного сияния, вспыхнули сигнальные костры. Они разгорались один за другим, образуя гигантский, огненный круг вокруг прибывшего судна. Обитель северных богов встречала незваных гостей.

Шторм внезапно стих. Ветер упал до полного штиля, и в образовавшейся, звенящей тишине над черной водой разнесся низкий, протяжный гул боевых рогов айнов.

Это был зов к последней битве. И архимаг Льда Ильяс Мразко был готов ответить на него по всем правилам жестокого искусства.

Глава 24

Звук боевых рогов айнов не имел абсолютно ничего общего с привычным, торжественным пением имперской меди. Это был низкий, утробный, вибрирующий вой. Словно тысячи заживо погребенных подо льдом левиафанов одновременно выдохнули вековую боль через узкие ледяные расщелины. Вибрация ударила по барабанным перепонкам с такой силой, что наемники на палубе «Абсолютного Ноля» побросали тяжелые ледорубы и инстинктивно, с искаженными лицами, схватились за уши.

Зеленое, призрачное зарево полярного сияния, до этого момента мирно и величественно висевшее в стратосфере, внезапно обрушилось вниз. Огни упали на черную гладь лагуны тяжелым, токсичным занавесом, наглухо отрезая бронированный флагман от остального мира. Мертвая вода вокруг дредноута мгновенно закипела. Но не от жара — океан начал стремительно источать густой, непроницаемый туман концентрированной некротической маны.

— Заряжай бронебойными, идиоты! Осколочные ленты в стволы пулеметов! — голос Ржавого Гвоздя сорвался на отчаянный хрип, когда ветеран мощным пинком отбросил от станины зазевавшегося пушкаря.

Механический протез старика надсадно заскрежетал, выбрасывая щедрый сноп искр. Солдат сам намертво вцепился в гашетки спаренного зенитного орудия.

— Шевелитесь, портовые крысы! Это вам не учебная тревога! Это наша общая, просторная братская могила настойчиво стучится в днище!

Урраг, широко расставив ноги, стоял у главного трапа, хищно поигрывая исполинским зачарованным тесаком. Глубинный орк шумно втянул широким носом морозный, отравленный воздух и оскалился, обнажив ряды железных клыков.

— Пахнет тухлой рыбой и старыми, пористыми костями, — пробасил старпом, смачно харкнув на обледенелую палубную решетку. — Ненавижу нежить. В этой дряни ни капли горячей крови, только сухая пыль и сплошное разочарование от драки. Эй, студент! Твой медный таз над нашими тупыми головами выдержит этот зеленый туман, или нам всем пора учиться дышать жабрами?!

Юный столичный артефактор, наглухо запертый в тесной лаборатории, лишь судорожно крутил раскаленные вентили охлаждения, попутно молясь всем известным богам Академии. Тусклый купол экранирующего магического поля жалобно гудел, из последних сил отражая первые накатывающиеся волны ядовитого эфира. Металл внешних излучателей уже начал угрожающе раскаляться до вишневого цвета.

А из бурлящей зеленой воды уже начали подниматься тени.

Сначала это были просто размытые силуэты, но с каждой секундой призраки обретали плоть. И эта проклятая плоть состояла из ржавого железа, прогнившего, склизкого дерева и пожелтевших костей. Из глубин лагуны всплывали остовы мертвых кораблей. Древние, полуистлевшие драккары северных племен, грубо сшитые из китовых ребер, поднимались на поверхность бок о бок с развороченными взрывами японскими паровыми крейсерами эпохи Первой экспансии. Океан щедро возвращал своих мертвецов, поднятых первобытной волей верховных жрецов Ледяного Архипелага.

На палубах этой жуткой, призрачной армады безмолвно стояли сотни фигур. Мертвые японские матросы в истлевших мундирах, намертво сжимающие ржавые винтовки с примкнутыми штыками. Двухметровые воины айнов, закованные в тяжелые доспехи из моржовой кожи, чьи пустые глазницы горели тем же мертвенно-зеленым светом, что и небеса над ними.

— Контакт по левому борту! — истошно заорал кто-то из наемников, в панике открывая беспорядочный, слепой огонь из винтовки.

— Отставить панику! Стрелять только по моей команде, мясо! — рявкнул Урраг, но его бас безнадежно утонул в оглушительном грохоте.

Ржавый Гвоздь вдавил гашетку, и спаренный пулемет с ревом выплюнул длинную, ослепительную очередь алхимических трассеров. Крупнокалиберный свинец с хрустом врезался в борт ближайшего призрачного крейсера, вырывая целые куски гнилого дерева и чадящей эктоплазмы. В ответ мертвая армада молча открыла свой собственный огонь.

Это не были обычные, понятные артиллерийские снаряды. В сторону «Абсолютного Ноля» полетели шипящие сгустки ледяного пламени и тяжелые, зазубренные гарпуны, сотканные из