Царь горы. Игра со смертью - Оксана Олеговна Заугольная

искать ту расщелину, в которую провалилась, чтобы вернуться? Оставит здесь Марка? К счастью, мертвые девушки не трогали свою живую родственницу, их отталкивало то, как неярким светом пульсировал ее живот даже под корсетом.

Настя вздохнула спокойнее и огляделась, надеясь понять больше про то, что здесь происходит. Сейчас, когда она точно знала, что присутствует тут незримо, ей хотелось изучить странное подземное озеро.

Она направилась к нему, проходя через неловко танцующие фигуры, мимо сверкающих друз кристаллов и каменных светляков. Или огоньков, в которых она тоже пока совсем не разобралась.

Озеро манило ее совершенно недвижимой гладью, словно никакие ручьи и не втекали в него, оно выглядело, как мертвое зеркало, и Настя заглянула в него. И только сейчас поняла, что видит себя впервые с момента, как попала на гору. Зеркальце она взять не догадалась, телефона с камерой не было, а вода ей попадалась сплошь в форме льда, да в виде ручьев или бурных рек. Увиденное же ей совсем не понравилось. Она была не похожа на себя! Очень осунувшееся лицо с острыми скулами – Настя и до этого приключения не слишком беспокоилась о лишнем весе, но сейчас она изрядно похудела. Глаза от этого выглядели огромными, и это было бы красивым, если бы не темные круги под ними. Такое никого не красит. Волосы… что с волосами? Настя схватилась за торчащие во все стороны пушащиеся пряди. Конечно, когда едва успеваешь поесть, попить и сходить до кустиков между попытками тебя угробить как от змеелюдов, так и от природы, не до прически. Но в какой момент она перестала переплетать косу и пытаться расчесаться хотя бы пятерней? Там в голове, небось, и пауков, и мусора всякого навалом! Лицо еще бледное, все в мелких царапинах…

Настя потянулась и расстегнула куртку. В пещере было жарче, чем на поверхности, даже для призрака. А потом потянула и молнию на вороте свитера, хотелось вдохнуть побольше воздуха и убедиться, что она не такая грязная, как чувствует себя. Кожа шеи и ниже была обычная. Бледная. Не слишком грязная. Но окунуться в зеркальном отражении озера хотелось почти нестерпимо.

Настя уже протянула руку и почти коснулась, почти нарушила кончиком пальца идеальную поверхность, как ее отражение изменилось, и напуганная Настя поспешила взлететь выше и наблюдать оттуда. Она не сразу поняла, что это не ее отражение, а Хозяйка, которая, возможно, даже не почуяла незримую гостью. Сначала были заметны одни глаза. Не травянисто-зеленые, как у Насти, совсем другие. Ресницы словно подведенные – Настя, даже накрасившись, не могла добиться такого результата! А потом Хозяйка потерла лицо, словно силясь проснуться, и синяки под глазами исчезли, кожа стала белой и гладкой, точно мрамор. Губы заалели, словно Настя их искусала или накрасила, брови выглядели так, будто она только что вышла из салона. И поди пойми, Настя это или Хозяйка!

А Хозяйка меж тем не унималась. Каменная дева, но, в отличие от пленниц сада душ, совершенно точно живая, поднялась из озера и недовольно коснулась пальцами растрепанных волос. Они не были мокрыми, словно озеро не было водой, а вот под пальцами Хозяйки разгладились и словно сами свернулись в блестящую змею-косу.

Настя было потрогала собственные волосы – работало ли это невероятное зеркало и для них тоже, но не успела удостовериться в том, что коса и впрямь появилась, потому что ее пронзила неожиданная и оттого невероятно сильная боль.

Настя распахнула глаза и закричала, разом оказавшись в темноте и не сразу сообразив, где она и с кем. Но боль заставляла ее тело действовать быстрее, чем она могла соображать. Она оттолкнула кого-то, чувствуя, как рвется ее собственная кожа, и под свитер, который она, идиотка, похоже, расстегнула и в реальности тоже, струйками стекает кровь.

Настя рванулась с места, спихивая с себя тяжелое, неловкое тело, отрывая цепкие, но слабые пальцы от своих ног, едва не запнулась о невидные в темноте змеиные кольца, но перескочила. Швырнула попавшийся под руку термос, надеясь, что попала. Но не оглянулась. Почти сразу что-то еще звякнуло о камень, и бежать стало чуточку легче. Зажимая ладонью рану на шее, Настя бросилась прочь, не разбирая дороги.

Кажется, ей что-то кричали вслед, но Настя не слышала. Она чудом не разбилась, несколько раз в темноте поскользнувшись на камнях, пока наконец не позволила себе остановиться и упасть на землю. Она сидела с рюкзаком и потому побежала с ним. И теперь лежала на боку, пытаясь свернуться в комочек, а рюкзак этому мешал. А Настя давилась рыданиями. От боли, от ужаса – неизвестно же, как сильно и глубоко повредил ей шею этот змеелюд! А что, если он прокусил какую-нибудь артерию? Она смутно помнила, что в таком случае она должна была истечь кровью, едва убрала бы руку, и оттого подвывала от страха. И еще от обиды. Да как так-то! Она же помогла ему, не дала замерзнуть и окочуриться от голода, пригрела, спасла! Разумеется, он собирался ее убить, он так и говорил, но не сожрать же вот так, пока она спит рядом!

Настя была уверена, что, может, мышц, то есть куска мяса, он от нее и не сумел откусить, но крови точно хлебнул полным ртом, проклятая змеюка! Внезапно проскользнула мысль, что в случае, если они оба все-таки выживут, учиться в одном классе будет по-настоящему странно: как вообще можно привыкнуть к мысли, что одноклассник способен перегрызть тебе горло?

Кровь не торопилась бить фонтаном, по-видимому, Марк все-таки промахнулся и не порвал ей никаких артерий, что само по себе было удивительным фактом. Впрочем, Семин вообще был тем еще неудачником, как ни посмотри. Какой из него Великий Полоз – непонятно. Отнять испачканную и замерзшую руку от шеи все равно было ужасно страшно, потому что Настя понятия не имела, как такие раны надо лечить. Она очень внимательно слушала на уроке ОБЖ про наложение жгута выше… или ниже раны? Ладно, не очень внимательно, хотя тест сдала на пятерку. Но сейчас это ей вообще никак не помогало, потому что жгут на шею накладывать явно было плохой идеей.

Второй мыслью было заклеить шею несколькими слоями лейкопластыря, сначала сунув в рану кусок ваты или прокладку. Это уже выглядело как план, за исключением одного – как взять в рюкзаке нужные материалы, когда страшно даже сменить руку на шее?

Настя глубоко вздохнула, отчего шею снова пронзило болью, хоть и не такой резкой, как и до этого. По крайней мере, она перестала