Патент на выживание - Леонид Иеронимов

— Соль — это хорошо, и эллендаль тоже. Много?

— В этот раз много. Олег принёс нам удачу.

Синдар махнул в мою сторону.

— Вот как… И с солью, и с эллендалем?

— Да.

Старик посмотрел в мою сторону.

— Подойди ко мне, Олег.

Я пожал плечами и подошёл. На всякий случай поклонился.

— Долгих и счастливых дней тебе, Сефшан-баси.

— Долгие дни мне ни к чему. Это звучит как проклятие. Желай охотнику добрых дней, Олег.

Я молча кивнул. Старик смотрел на меня зоркими чёрными глазами без всякого выражения. Нос его был большим и крючковатым, он очень сильно кого-то мне напоминал… Индейца? Ворона? Пока он разглядывал меня, я разглядывал его. Одежда старика была тёмной, а волосы — длинными и белоснежными. Точно! Если бы актёр, игравший Северуса Снегга, поседел и похудел, то выглядел бы точь-в-точь как он. На поясе старика висела длинная вязанка из желтоватых костей, будто длинные чётки. На ногах были чёрные сапоги из кожи какой-то рептилии. На плечах висел длинный выцветший плащ, который когда-то был чёрным.

— Говорят, ты убил пять шанов, Олег?

— Не я, магия.

Старик довольно кивнул.

— Этот топор на твоём поясе, откуда он?

— На дне моря лежал корабль. В дверях торчал топор. Я нашёл и поднял.

Старик опять кивнул.

— А то копьё, что лежит в фургоне, твоё?

— Да, забрал как трофей.

— Трофей?

— Ну, убил куклу маарандара, забрал копьё.

Старик удовлетворённо кивнул. Почему-то мне захотелось оказаться как можно дальше от него. Он смотрел на меня своими чёрными глазами, а я всё не мог понять, что же меня напугало. Внезапно рука старика молнией метнулась ко мне. Я отскочил.

В ладони Сефшана был зажат нож.

— Шустрый. Был бы хорошим охотником, если б чуть меньше думал.

Старая сволочь улыбалась во все зубы. Я пощупал шею. На руке осталась капелька крови. Если б я не отпрыгнул, то сейчас булькал бы рассечённым горлом на земле. Бешенство тягучей волной ударило мне в голову. Просто так с этим дядей не справиться. Не стоит и пытаться достать топор. Я медленно опустил руку и притронулся к Волкофаку.

— Олег, остановись! — это Синдар.

Я сделал медленный выдох. Старик больше не улыбался. Глаза его были холодны и задумчивы. Я посмотрел на него и убрал ладонь от жезла. Было секундное мальчишеское желание «кааак херануть» около деда, «чтоб обосрался». Но это бессмысленно. Не испугается. А убивать… Те, кто использует лёгкую силу, чтоб показать свою крутизну, умирают не своей смертью. Всегда.

Старик подошёл ко мне и посмотрел в глаза. Я чуть расфокусировал зрачки и согнул колени, смотря на него целиком, расслабленный, готовый к любому движению.

— Я назову тебя Шанамсат. Среди охотников можешь называть себя этим именем.

— Я не собираюсь становиться охотником.

— Знаю. Но здесь тебя будут помнить так.

Старик ещё постоял и посмотрел на меня, а потом ушёл. Только сейчас я осознал, что вокруг стоит тишина. Люди зашевелились, задвигались, кто-то засмеялся. Будто нажали кнопку «play». Ко мне подошёл Синдар и тот жилистый мужик.

— Зови меня Ильматар, — сказал охотник.

— Я — Олег. Добрых и счастливых дней тебе.

Жилистый засмеялся.

— Тебе не понравилось охотничье имя? Оно славное. Многие юнцы позавидуют.

— Нет, мне не понравился тот, кто его дал.

Ильматар расхохотался.

— Зря ты обижаешься. Кровь нужна для имени.

— Я не знаю ваших обычаев.

Охотник наклонил голову и посмотрел на меня, как любопытный пёс.

— Олег пришёл на эти земли издалека, Ильм, — сказал Синдар.

Изучающий взгляд стал ещё пристальнее. Было в охотнике что-то похожее на деда.

— Надеюсь, ты не собираешься тыкать в меня ножом? А то мало ли, вдруг у вас, у охотников, это вместо приветствия.

Ильматар опять хохотнул.

— Нет, только Отец Людей выбирает, когда дать имя и кому. Это всегда внезапно. Ты ему сразу понравился, Олег.

Прям Кэмерон на минималках: «Теперь выбери себе икрана. Ты почувствуешь его. Если и он выберет тебя, действуй быстро. У тебя одна попытка, Джейк». «А как понять, что он меня выбрал?». «Он захочет тебя убить».

Представив, как втыкаю в старого Сефшана USB-провод, он, хромая, делает короткий разбег, взмахивает дырявым плащом и взлетает со мной на спине, я невольно хрюкнул. Вместе со мной рассмеялись все. Я поглядел на охотника. Нормальный мужик. Лицо открытое, взгляд прямой, любит поржать. С таким можно в горы. Я пожал ему руку.

— Покажешь мне, как у вас тут всё устроено?

— Пошли. — Ильматар легко поднялся на ноги.

Вход в шатёр был прямо перед нами, но мы туда почему-то не пошли. Вместо этого мы двинулись вокруг.

— Здесь мы сушим мясо. Там занимаемся разделкой. Шкуры сушим здесь. Тут висят травы и корни…

Вместо того чтобы провести меня в шатёр, Ильматар устроил мне подробную экскурсию по всем, важным с его точки зрения, местам. Таким образом мы прошли и место, где тренировались новички. Только для охотников то были не тренировки, а игры. Ильматар так и сказал — игровая, хотя больше всего это походило на тренажёрный зал под открытым небом. Там видны были стайки детей, которые немедленно увязались за нами. Мы всё шли и шли по утоптанной десятками ног траве, пока не увидели клетки.

— Поймать зверя живым — большая удача и хорошие деньги. В городе за живых платят лучше, чем за шкуры и части. Чем опаснее зверь, тем больше.

— Зачем им звери?

— Для игр. Для колдунов. Марашартаны скупают трупы. Демартаны берут живых. Ильаранги берут яд и ядовитых тварей. Много кому нужны звери целиком или их части. Вон там мы сушим части, здесь храним целые тела.

Охотник указал на конструкцию из жердей и земляной холм. Двери подземного склепа были покрыты инеем.

— Кто такие ильаранги? — зацепился я за новое слово.

— Убирают боль. Делают здоровыми больных.

— А, врачи.

— Кто?

— Ну, так у нас называют целителей. Ильарангов. У тебя в имени слово «иль». Ты что, тоже лечишь?

— Не «иль», а «ильм». Моё имя означает крепкого зверя. Очень прочная кожа, стальная — «атар».

— Как он выглядит?

Вместо ответа охотник распахнул дверь погреба и пригласил внутрь. Детвора осталась снаружи. Внутри землянки было достаточно просторно и холодно. К брёвнам крепились корявые полки, на