1991 - Ал Коруд

Налаживать обратно внутрирегиональные связи. Это кропотливая работа по наведению порядка. Но она нам остро необходима. Это же диву иногда даешься. Предприятия одного союзного министерства расположена в разных республиках и должны подчиняться каждый своему закону. В итоге недопоставки, срывается план, рабочие не получают зарплаты. Кому такое выгодно? Что еще за эгоизм ради политики. Хватит заниматься саботажем! Сейчас на страже проведения реформ будет закон. Это прямое предупреждение слишком прытким товарищам!

Это замечание было встречено в зале по-разному. Чиновники и представители ведомств приняли одобрительно, со стороны прессы затянулось молчание. Там было полно работников либеральных взглядов.

— И должен сразу предупредить. Мягкий переход к иному социально-экономическому строю не может быть быстрым. Нас ждут различные препятствия и трудности. Так что и талоны, и карточки еще будут сопровождать нас в жизни. Потому что только провокаторы могут кричать от пятистах дней, скоротечных шоковых терапиях. Бесплатный сыр бывает только в мышеловках. И легких решений, какие нам предлагают «прорабы перестройки» не бывает. Вы так и знайте! Они ведь сейчас снова появятся в прессе, завлекая своими быстрыми рецептами. Но мы же не живем с вами в сказке.

Варенников задумался. Он знал больше и видел, какую махину придется поворачивать. Социализм — это правильно. Но построенный ими вариант вышел больно кривым. Сначала отступление от сталинских норм при Хрущеве, затем полубуржуазная реформа Косыгина-Либермана. В итоге натворили такого… Так что следует отступить в сторону, сделать два шага назад. И пока начать использовать проверенные временем методы.

— Нас ждут сложные реформы ценообразования. Продолжим денежную реформу. Введём параллельные деньги. Как это было в двадцатые годы с «золотым червонцем». Есть уже успешный опыт Китая. Но самое сложное будет перестроить нашу промышленность на рельсы НТР, экономику инноваций. А это означает изменение в оценку и оплату труда. У нас, к сожалению, с семидесятых годов сложилась система уравниловки. Необходимо создать в обществе новые стимулы, новые интересы. Я считаю, что будет самое сложное на начальном этапе.

Павлов еще подробнее остановился на самом главном — финансовой составляющей реформы. Он оперировал методами и словами, малознакомыми публике, вызвав в зале откровенную скуку. Все-таки выходить в люди нужно с более понятными тезисами. Затем пошли вопросы журналистов, не отличающиеся особенными идеями. Штамп на штампе! Варенников неожиданно осознал, насколько они уже зашорены прошедшими годами. Ни одной новой мысли! Так стоило ли тогда огород городить? Диктатуры КПСС сменить на диктатуру демократии. Судя по взглядам соседей, генерал был не одинок во мнении.

Глава 22

19 марта 1991 года. Контрнаступление

Берлин. Странные переговоры

Федеральный канцлер Германии Гельмут Коль насуплено взирал на сидевшего напротив его советского генерала. Серьезное открытое лицо, небольшие усики, и чуть вкрадчивый взгляд. Как будто он в курсе. Хотя… Чего тут гадать? Это они, советские воротилы первыми добрались до архива Вольфа. И позавчера дали ему знать. В подброшенном конверте, что передали канцлеру, содержались сведения, о которых почти никто не знал. Но какова была восточнонемецкая разведка! Они опутали нитями правительство ФРГ и что еще хуже — Бундесвер. В итоге у него почти связаны руки.

— Генерал, — Ганс-Дитрих Геншер произнес звание немного на французский манер, — но ваши требования чрезмерны. Мы и так перегружены обязательствами по отношению к восточным землям, что вошли в наше государство.

Заместитель Варенникова на переговорах генерал Ачалов ответил с едва скрываемым ехидством:

— Никто вас не заставлял присоединять эти территории.

Немцы лишь поджали губы. Эти русские издеваются. Но за ними все еще стоит огромная страна, только что проголосовавшая за единство. Коль уже был в курсе, что вчера назначены выборы в их парламент, и они впервые пройдут на основе многопартийности. Европейская пресса второй день осторожно обсуждает шокирующие новости. С одной стороны, в советской России почти диктатура, но с другой — впервые с 1917 года настоящие выборы. Некоторые политики уже делают осторожные заявления, что так называемый Государственный комитет просто способ передачи власти от партии настоящему парламенту. И создан лишь для соблюдения порядка. Все уже забыли недавние кровавые и незаконные действия военной хунты. Америка пока многозначительно помалкивает. Они потеряли кучу позиций в виде агентов влияния и главное — президента СССР, и потому сейчас судорожно подсчитывают оставшиеся активы. Летит в тартарары вся новая конструкция глобальной стабильности. Да и в Ираке по слухам они крепко застряли. В Европе категорично высказалась лишь железная Маргарет, но она уже не премьер. Мяч на стороне Германии.

Коль осторожно высказался:

— Но сроки вывода ваших войск для нас неприемлемы.

— Почему? — вскинулся Варенников. — Это ведь мы взяли Берлин и потому можем диктовать вам свою волю.

Канцлер чуть не выругался. Ведь и в самом деле, этот генерал воевал против них в ту проклятую войну.

— Но ведь война давно закончилась! Наступили новые времена, нужно двигаться дальше.

— Для нас эти события не забыты. И почему только мы выводим войска? Американцы, британцы?

— Они наши союзники.

— Но не наши! — яростно заявил Ачалов. — Оставлять за спиной противника для нас также неприемлемо. Или все, или никто.

Министр иностранных дел осторожно поинтересовался:

— И что тогда делать?

— Нужны масштабные переговоры по линии НАТО. При условии вывода всех войска из Германии, мы сможем подкорректировать наш график. Но проблема все равно должна решаться комплексно.

— Выплаты?

— Там перечислено все подробно. По пунктам!

Коль внутренне встрепенулся. Ему показалось, или в словах генералов проскользнул намек на возможные договоренности. Это ведь не обычные солдафоны, они смогли, пусть и жесткими мерами удержать огромную страну от потрясений. И у них наверняка есть план. Постой, вполне либеральный премьер-министр работает плотно с ними же. Рыночная экономика и коммунистическая диктатура. Что на самом деле на первом месте?

— Хорошо, мы ознакомимся с ними и встретимся позже.

— Согласны.

Вторая встреча прошла после обеда. Немцев удивили сразу же, передав папку с документами. Геншер быстро пробежал по ним глазами и у него реально отпала челюсть. Русских представлял Бакланов, человек советского ВПК, который контролировал самую передовую часть русской промышленности.

— Мы хотим вам предложить более широкое экономическое сотрудничество. Часть средств, что вы обязаны нам выплатить, можно выплачивать товарами. Но есть более интересное предложение — строительство заводов, в частности автомобильных в свободных экономических зонах СССР. Это даст вам прибыль, а нам инвестиции. Также нам интересная химическая промышленность.

Канцлер тут же уцепился за шокировавшие