1991 - Ал Коруд

давать возможности подпитывать вооруженные конфликты. Последними после официального выхода из состава СССР должны уйти пограничники. Для них уже строилась новая граница около Сочи и Дербента. Более короткая и оттого внушительная, как Китайская стена. Грузины и армяне останутся один на один со своими извечными врагами турками.

Эр-Рияд. Штаб Многонациональных сил

Генерал Норман Шварцкопф был в недоумении.

— Сирия раньше поддерживала Иран. Что изменилось?

Помощник начальника штаба по разведке генерал-майор Роберта Барр оглянулся на главу местной станции ЦРУ. Тот поспешил ответить, благо он работал на Ближнем Востоке давно и был в курсе местных раскладов.

— В ирано-иракской войне 1980–1988 годов Ирак поддержали большинство арабских стран. Закономерно, что сирийская поддержка Ирана вызвала крайнее недовольство Саудовской Аравии и других государств Персидского залива, которые резко сократили финансовую помощь, которую они обязались предоставлять Сирии как прифронтовому государству после подписания египетско-израильского мирного договора в 1979 года. Когда в 1988 истёк срок действия соглашения о помощи Сирии, страны-доноры и вовсе не возобновили его. Ирано-иракская война имела и другие негативные последствия для Сирии.

После войны Хусейн предстал на ближневосточной сцене как герой всего арабского мира. Имея огромные нефтяные ресурсы, относительно развитые технологические и человеческие ресурсы, сильную армию, Ирак представлялся большинству арабских стран в роли основного противника Израиля и главного борца за дело арабов. Разумеется, это нанесло сильный удар по престижу Сирии, которая сама претендовала на эту роль. Более того, для того, чтобы наказать Асада за поддержку Ирана во время ирано-иракской войны Хусейн вмешался во внутренние дела Ливана, который доселе Асад считал своей сферой влияния. В итоге сформировалась ось Египет — Иордания — Ирак — Северный Йемен. В результате Сирия оказалась в определённой изоляции среди арабского мира.

— Чертов клубок змей!

— Однако самым сильным ударом по позициям Сирии в регионе явились коренное изменение внешнеполитического курса СССР. Всё это подорвало позиции Сирии на Ближнем и Среднем Востоке сильнее, чем какие-либо другие события в предшествующие десятилетия. Резко уменьшились бесплатные поставки советской военной техники. Но в прошлом году ожесточённая гражданская война в Ливане закончилась победой просирийских сил. 13 октября войска Сирии вошли в Восточный Бейрут. Они договорились с Египтом, вошли в нашу коалицию и получили первый транш от стран Залива.

— Тогда какого рожна?

— Это хитрая игра русских, — генерал-майор Барр, — был категоричен. Наверняка у них есть рычаг давления на Асада или они действуют через военных. Среди тех огромное количество учились у Советов.

— Они готовят переворот? — Шварцкопф повернулся к ЦРУшнику.

— Мы не знаем.

— А кто знает? Почему моя разведка не может сказать мне ничего.

— Потому что против нас играет не менее сильный противник.

Командующий коалиционными силами набрал воздуха для ответа, но затем передумал. Он не первый день служил и представлял, что могут Советы. И ни разу не верил, что русские отстают от Америки в вооружениях. Вот и сейчас он увидел их возможности.

— Что у нас есть на сегодняшний день?

— С территории Ливана был нанесен ракетный удар по городам Израиля. Били в слабые места — электроподстанции, системы подачи воды и станции связи.

— Как будто перед наступлением, — задумчиво протянул ЦРУшник.

Шварцкопф и Барр одновременно глянули друг на друга.

— Дьявол дери! Они явно что-то задумали.

— И самое любопытное — из чего стреляли, — помощник начальника штаба по разведке напоследок оставил самое вкусное. — Реактивная система BM-30 Smerch. Принята только что на вооружение Советской армии, бьет больше чем на сто километров. Против Израиля использовали термобарические и кассетные боеприпасы.

— Вопрос — зачем?

Командующий зло глянул на разведчиков:

— Так это вы и должны выяснить! Мне хватило скандала с Гудерианом! Как так просмотрели этот факт! А пресса на нас накинулась! Мы против его дедушки воевали. Бездари!

ЦРУшник отвел глаза, чтобы генерал не увидел плещущих в них чертиков. Но и в самом деле было смешно. Кто уж обнаружила сей косяк не ясно, но европейские левые издания оттоптались на славу! Как оказалось, внук известного немецкого генерала Клаус Гудериан, окончив школу в Америке, поступил в военную академию Вест-Пойнт, после окончания которой был назначен командиром взвода танков М48 Patton. Забавно, что танк этот был назван в честь американского генерала Джорджа Паттона, с которым в свое время приходилось сражаться «Быстроходному Гейнцу». В начале 1990-х уже на «Абрамсах» американский офицер Клаус Гудериан участвовал в операции «Буря в пустыне», записав на свой личный счет пять подбитых иракских танков.

— Ты что-то хотел мне сказать? — Шварцкопф решил сделать перерыв и выпить кофе, как к нему напросился посланник президента

— Есть новости из Брюсселя. Состоялась неформальная встреча главы русской Хунты и представителей НАТО.

— Этот самый генерал…

— Командующий сухопутными силами.

Шварцкопф внезапно ощутил волнение.

— И что там такого сказали русские?

— Фактически выдвинули нам ультиматум. Они выведут свои войска из Германии при условии, что мы уйдем также. И немцы станут нейтральными.

— Ничего себе! Это они что ли выиграли холодную войну.

Посланник тяжело глянул на генерала:

— Эти генералы побежденными себя не ощущают. Они представили нам свою новую военную концепцию.

Командующему коалиции стало всерьез любопытно:

— Вот так сами?

— Сами. Но от этого нам не легче. Они собираются после вывода войск расположить свои основные ударные силы у западной границы.

— Разумно.

— Но самое главное — русские выдвинули концепцию ограниченной ядерной войны. У них до черта тактических боеголовок в Европе и новейшие системы доставки «Пионер». Их генералы сразу нас предупредили, что ударят первыми и показали область возможного поражения. Западной Европы в случае войны больше не будет.

Шварцкопф выдохнул и потянулся за бутылкой.

— И мне налей.

Генерал щедро плеснул обоим.

— Жестко! То есть они говорят — не трогайте нас, иначе не будет вас.

— Но для нас это неприемлемо!

Шварцкопф холодно глянул на посланца:

— Лучше худой мир, чем вся планета в труху. Вас опыт нашей компании ничему не научил? Мы застряли в Басре, у нас проблемы с авиацией. Кувейт горит! Израиль обстреливают. Это предупреждение. Дальше будет хуже. И мне этого не нужно.

Посланник президента чуть не уронил стакан.

— Это меняет многое. Но вы уверены?

— Уверена моя разведка, а ей я доверяю. Нужны переговоры.

— Это конец нынешней администрации.

Генерал пожал плечами.

— И что с того?