Воительница - Елена Александровна Тимофеева

– Осмелившийся коснуться моей дочери будет рад быстрой смерти, – вымолвил Кир Кризан, в упор глядя на Арий Конрада.

– Я не причинил вреда принцессе, – ответил магистр, – я только исполнил условия Ангела Света Ормузда ради обретения нами самого желанного.

– И чего же желала ты, дитя моё? – спросил, ещё боле хмурясь, царь. – Чего недоставало тебе в родном доме?

– Я обрела любовь, отец, – краснея, призналась Тея Ирис и спрятала смущённое лицо на груди Арефы.

– Замуж, значит, собралась? – процедил Кир Кризан.

– Он уже муж мне, отец, – созналась тихо принцесса.

– Уже муж?! – лицо лемурийского царя потемнело, и складка у переносья обозначилась ещё глубже. – Что ж… бери тогда её в жёны, киммериец, но приданого… – он сложил пальцы руки в крепкий кукиш и показал Арефе.

– В том нет нужды, – раздался низкий звучный голос магистра, – кнес Арейский богаче тебя, царь.

– Это кто – кнес Арейский? – не понял Кир Кризан.

– Это… – Арефа взглянул на безмятежное лицо Арий Конрада, в уголках глаз которого затаились смешинки, – это я?

– Если он насыплет курган из золота в рост дочери твоей и другой курган – из самоцветов, ты будешь доволен, царь? – добил его Арий Конрад.

Кир Кризан, позабыв о дворцовых приличиях, выдохнул:

– Врёшь, чародей!

– Водами Стикса клянусь! – ответил магистр

Звенящая тишина заполнила тронный зал. Потрясённые богатством и титулом посватавшегося к царской дочери юноши, молчали придворные, молчал и царь. Демира улыбалась, Ливий довольно пощипывал бороду. Арефа шагнул к трону государя и опустился на колено.

– Я люблю её, царь, – нарушил тишину его полный сильного чувства голос, – я ради неё пойду в самое пекло Ада и для её счастья не постою ни перед чем. Отдай мне её!

– А ты что же? – Кир Кризан взглянул на дочь.

– Я… – принцесса подбежала к Арефе и встала рядом, – я на край света за ним! Не позволишь стать женой его, жить не буду!

Суровая складка у переносья царя разгладилась, улыбка заискрилась в морщинках у глаз.

– Быть тому, – Кир Кризан встал с трона, подошёл к дочери и ученику магистра и возложил тяжёлые руки на их склонённые головы, – да хранит вас Кронос и сонм богов. Ступайте, готовьтесь к свадьбе.

Свадьба была пышной и весёлой. Демира и Ливий много пили, танцевали до упаду, веселились всласть после своего Великого Похода. Арий Конрад восседал рядом с Кир Кризаном, полными кубками пили вино и вели неспешную беседу.

Втайне лемурийский царь ожидал от Последнего из Ордена Сов каких-то чудес, но магистр чудесами по горло был сыт, и никаким колдовством царя не потешил. Пожелал молодым счастья и отбыл в опочивальню, когда свадьба ещё гуляла в полном разгаре. Впрочем, к тому времени Ливий и Демира уже перепились и по старой дружбе опять завалились вместе в одну постель.

Арий Конраду досталась для ночлега смежная с ними комната, и всю ночь он слушал весёлую любовную возню, недвусмысленные стоны и пьяную похвальбу Демиры мужским способностям её полюбовника.

Ближе к рассвету старинные друзья вроде бы приутихли, и только магистр стал проваливаться в сон, как раздался страшный грохот и треск, бычий рык Ливия и полный сладкого облегчения глубокий стон Демиры.

Арий Конрад рывком сел на постели. Да, он выбрал сам. Да, он отрёкся от неё сам. Да, она живая, огонь и плоть. Но боги всесильные, так терзать его душу! Ни смертный, ни бессмертный не заслужил таких мук! И, будто нарочно, будто, чтобы ещё больнее сделать, он услышал за стеной её счастливый голос:

– Край света, до чего хорошо-то!

– Говорил тебе, можно так! – удовлетворённо отозвался Ливий. – А ты: помру, помру!

Арий Конрад встал. Он задыхался, сердце громко колотилось, кровь толчками била в виски. Рванул ворот рубахи, отворил дверь и вышел на балкон. Стал, вдыхая полной грудью прохладный ночной воздух, глядя на звёзды, слушая долетавшие сюда отголоски свадебного гуляния.

Он долго стоял так, смотрел на ночной город, и успокоил было бешено стучащее сердце, и хотел вернуться в комнату, но скрипнула соседняя балконная дверь, и Ливий и Демира, полураздетые, разгорячённые, с кубками вина вышли освежиться. Магистр поспешно отступил под тень тяжёлой портьеры. Ему было хорошо видно и слышно их. Воительница потянулась навстречу полной луне, гибкая, стройная, крутнулась вокруг себя и со смехом упала в объятия вора.

– Что, душа моя? – спросил он довольно. – Хорошо?

– Ох, хорошо! – вздохнула Демира.

– Любила бы ты меня ещё, как своего Арий Конрада! – фыркнул Ливий, но без сожаления.

– А ты – меня, как я – Арий Конрада! – отозвалась она и замолчала. – Э-эх! – Демира залпом осушила кубок. – Не напоминай! Кончено с Конрадом! Всё. Кончено! У нас впереди новый путь.

– Пройдёт, Демира, – вор крепко обнял её, – перегорит. Только ты никого уже так любить не сможешь. Дотла на нём выгоришь.

– И хорошо! – решительно согласилась она. – Пойдём спать, золотой мой?

Утром, пожелав счастья молодым и простившись с царём, отбыли. Демира и Ливий направлялись к северу, где стонала охваченная войной Руана, а Арий Конрад возвращался в свою скалу. Караван мулов, данный Кир Кризаном, следовал за ним, чтобы увезти сокровища, обещанные калымом за Тею Ирис.

Какое-то время им было по пути, и ехали вместе. Демира всё отмела от своего сердца и думала только о предстоящей битве, о том, как снять осаду с Сенота и – хоть и короля имела страна – а всё-таки надеть корону Руаны.

– Истина, – вдруг промолвил Арий Конрад, будто отвечая своим мыслям, – есть женщины, созданные для любви, а есть – их мало – вроде тебя, Демира, созданные для войны.

– Ты что же, думаешь, меня нельзя любить? – вспыхнула она.

– Тот в здравой памяти не проживёт и дня, кто влюблён в тебя будет, – с горечью отозвался магистр.

Демира по-своему истолковала его слова, не услышала боли в них, не поняла, как трудно было ему расстаться с нею. Глубоко уязвлённая, она бросилась в атаку.

– И есть мужчины, – негромко проговорила она, и каждое слово её било наотмашь, – которые силой своей любви заставят забыть родной дом и отца, даже если отец – царь страны! А есть – их мало – вроде тебя, Арий Конрад, подделки!

– Что-о?! – магистр резко осадил коня.

Демира тоже остановилась.

– Что, Конрад? – кусая губы, процедила она. – Никак, вспомнил о клятве?

– Я ни на миг не забывал о ней! – серые глаза полыхнули кипящим серебром.

– Так чего мы ждём? – Демира спрыгнула наземь и сбросила плащ.

Арий Конрад немедля спешился тоже.

– Стойте! – Ливий