Умрешь, когда умрешь - Энгус Уотсон

Глава девятнадцатая. П-сиба

Мир был пропитан водой насквозь.

Вода сочилась отовсюду, откуда только может сочиться вода, и сам воздух был настолько влажным, что трудяги понимали, каково приходится раку, ползущему по дну озера.

Хорошо хоть, дождь закончился, однако тело у Финнбоги Хлюпика все равно припухло и побелело от сырости, кожаные боевые штаны в кровь растирали бедра, а запекшаяся грязь превращала легкие кожаные мокасины в тяжелые колодки. Размокший кожаный ремень толстой перевязи Членителя Врагов впивался в одно плечо, мешок, сделавшийся от воды в три раза тяжелее, натирал другое.

Сасса Губожуйка, шагавшая впереди, казалось, не страдала от окружающей сырости. Она, похоже, страдала от чего-то другого. В Трудах она всегда выглядела целеустремленной, однако двигалась с неспешной грацией, от которой Финнбоги периодически бросало в жар, словно в Хеле. Теперь же она решительно брела вперед, лук в одной руке, стрела в другой, и поворачивала голову из стороны в сторону, дожидаясь какого-нибудь шороха или треска. Замечая белку или другого несчастного зверька, Сасса натягивала тетиву и стреляла. В девяти случаях из десяти она промахивалась, но у нее на поясе уже болтались три белки, причем двух принесли ей последние два выстрела.

Финнбоги не понимал, откуда Сасса черпает энергию. Накануне вечером трудяги построили еще одно укрытие, но Волк разбудил всех, как показалось, спустя несколько минут после того, как они легли. Путники позавтракали и вышли раньше, чем солнце надумало осветить восточный горизонт.

Никогда еще Финнбоги не переживал таких трудных времен.

Оттар с Фрейдис тащились рядом с ним. Оттар лопотал еще плаксивее, чем обычно.

– Да просто спусти их на землю, все с ними будет хорошо! – проскрежетала Фрейдис.

Оттар завыл.

– Что это с ним? – удивился Финнбоги.

– Он слишком устал, чтобы нести Хугина и Мунина, но не хочет их отпускать, потому что считает, что они утонут в грязи.

– Слушай, Оттар, я могу их понести. – Финнбоги протянул руки.

Мальчик перевел взгляд с Финнбоги на Фрейдис, потом обратно, раскрыл рот. Склонив голову набок, он застонал.

– Что?

– Он считает, ты сделаешь им больно.

– Ничего подобного, Оттар, честное слово.

Оттар с подозрением уставился на него, а Финнбоги кивнул и улыбнулся. Мальчик еще немного посмотрел на него, затем пожал плечами и протянул енотов. Финнбоги прижал их к груди. Они принялись тыкать его носами с оскорбленным недоумением, но, похоже, признали его приемлемым средством передвижения и в итоге успокоились в его объятиях.

Спустя час они подошли к реке, поросшей по берегам высокими деревьями, шелестевшими листвой. Два оленя, пивших воду рядом с местом переправы, припустили вдоль берега, время от времени высоко подскакивая и взбрыкивая задними ногами по непонятной для Финнбоги причине – разве что хотели показать всем, как здорово они умеют скакать. С противоположного берега за трудягами наблюдала выдра с рыбой в зубах, парочка черепах с оранжевыми глазами и с желтыми полосками на панцирях таращились из-за бревна, а потрясающая зеленая лягушка сидела на торчащем из воды камне, улыбаясь небесам и издавая поразительно глубокие и громкие горловые звуки, явно равнодушная к появлению четырнадцати человек и двух енотов.

Река была всего десять шагов шириной, но бурной из-за недавнего дождя.

– Чноб, лодку! – Киф свистнул.

– У нас тут имеется лодка побольше, – Эрик указал на лодку из бизоньей кожи, стоявшую на высоком берегу, – а вторая такая на другом берегу, спасибо тому прекрасному человеку, который оставил ее на месте.

– Моя лучше! И быстрее!

– Да пожалуйста, переправляйся на ней, но эти две больше и…

– Давай, Чноб! – Киф снял свою лодку со спины Чноба, втолкнул того внутрь, запрыгнул сам и перевез бородача через реку, орудуя веслами, словно чокнутый эльф. К тому моменту, когда Гарт, Сасса и Эрик втиснулись в лодку из бизоньей кожи, Киф уже греб обратно, крича на ходу: – Ну, кто следующий? Давайте!

Пока Финнбоги переправлялся – на большой лодке, поскольку Киф брал только тех, кто полегче, – он увидел, как медведица Эрика вошла в воду в сотне шагов ниже по течению. Она двигалась вброд на задних лапах, подняв передние над головой, будто купальщица, рискнувшая сунуться в Несоленое Море Олафа зимой. Вода, которая скрыла бы Финнбоги с головой, доходила медведице до пояса. Да, это была действительно очень большая медведица.

В итоге половина из них переправились на лодке Кифа, а половина – на лодке побольше. Маленькое каноэ Берсеркера доказало, что оно в самом деле быстрее, хотя так и осталось неясным, благодаря конструкции лодки или потому, что Киф греб так, словно за ним гнался сам волк Фенрир.

– Стойте, стойте! – воскликнул Эрик, когда все переправились. – Кто поможет мне отвезти лодку обратно? Мы обязаны это сделать, чтобы на каждом берегу было по лодке.

– Нет, не обязаны! – возразил Гарт.

Эрик покачал головой:

– Вот из-за такого отношения, юноша, вырезают в итоге целые племена. Лодка ждала нас здесь, потому что какой-то в высшей степени достойный человек удосужился позаботиться о том, чтобы вернуть ее на место. И мы обязаны проследить, чтобы на каждом берегу стояло по лодке для следующего путника. Таков этикет здешних мест, и вам надо бы его изучить, раз уж вы выбрались за уютные стены Трудов.

– Я прекрасно тебя понимаю, Эрик, – сказал Волк, – и я бы помог тебе вернуть лодку…

– Отлично, давай…

– Если бы только не эти божественные воительницы, следующие за нами по пятам. Давай на этот раз сделаем исключение и пообещаем соблюдать правило «каждому берегу – по лодке», когда не будем спасать свою жизнь?

Эрик вздохнул:

– Хорошо, только пусть тогда Гарт останется здесь на тот случай, если реку захочет переехать человек, который не гонится за нами, чтобы убить.

– А?! – изумился Гарт.

На другом берегу почва была мокрой, словно рыбья задница, еще с четверть мили, но затем трудяги поднялись на небольшой холм, и тропа, во время ливней превращающаяся в ручей, стала скорее каменистой, чем грязной. Финнбоги обернулся к Оттару, который едва не наступал ему на пятки с тех пор, как он вызвался нести енотов:

– Мне кажется, теперь они могут бежать сами.

Оттар поглядел на землю, потом снова на Финнбоги и кивнул. Финнбоги опустился на корточки и снял зверьков со своей груди. Они поначалу были ошеломлены – оба успели уснуть, – но потом, повизгивая, кинулись к Оттару.

Мальчик наклонился, чтобы погладить их, затем поднял взгляд на Финнбоги. Глаза у него слегка косили, щеки раскраснелись.

– П-сиба, – произнес он.

– Пожалуйста. Дай знать, если потребуется снова их понести.

Оттар кивнул.

Финнбоги улыбнулся и внезапно почувствовал, что самое