Гибнущий мир - Карина Крылова

Юй Чжэюань едва справился с охватившим его волнением и заставил себя сосредоточиться на монете. Она была чуть крупнее золотого: по орнаменту тянулся ряд из рун, испускавший синеватое свечение.

Мужчина порезал палец – капля крови попала ровно в центр монеты и тут же впиталась. Юй Чжэюань догадался, что ему нужно повторить за ним, но, вместо того чтобы раствориться, его кровь обволокла металл. Монета сперва засветилась золотым, а после вспорхнула вверх и зависла в воздухе.

До этого момента Юй Чжэюань практически не сталкивался с магией, и на его лице можно было легко заметить восторг. Но продлился тот недолго. Как только он протянул руку, желая прикоснуться, монета завибрировала, а затем впечаталась в самый центр тыльной стороны его ладони и… растворилась в ней, оставив вместо себя маленькую черную точку между большим и указательным пальцами, сильно походившую на обыкновенную родинку.

– Договор заключен, – хмыкнул мужчина. – Полагаю, теперь мне стоит покинуть тебя и дать время на изучение.

Юй Чжэюань промолчал. Год за годом он взращивал в себе ненависть к отцу, и в какой-то момент это вошло в привычку, как и прятать свои истинные чувства и эмоции. Он пытался обыграть его бесчисленное количество раз, но так и не преуспел. Теперь, заручившись поддержкой, он получил шанс доработать план и сделать его безупречным.

Ему до смерти захотелось узнать имя человека, стоящего перед ним, но он сомневался, что тот его назовет.

– Может, скажешь мне, как тебя зовут? – все-таки спросил Юй Чжэюань.

– Имя… – задумчиво проговорил мужчина. – Тебе оно ни к чему. Но вот название нашей гильдии, пожалуй, знать не помешает: Наследники Крови. Полагаю, ты умнее, чем пытаешься притворяться, и уже понял, что мы помогаем таким, как ты, заканчивать кое-какие дела, которые не идут вразрез с нашими.

– И что произойдет, когда я завершу свои дела?

– Ничего. Если понадобишься, мы тебя призовем.

Юй Чжэюань кивнул сам себе: он был к этому готов. Возможно, если ему повезет, к тому моменту как они потребуют с него плату, его не будет в живых.

– А если вы мне понадобитесь, как я могу с вами связаться?

Юй Чжэюань встретил насмешливый, почти издевательский взгляд. Эмоции на лице мужчины менялись с поразительной скоростью, за которой он не поспевал.

– Никак, мой юный друг. Чтобы заслужить возможность обращаться в гильдию по своему желанию, тебе придется хотя бы один раз ответить услугой за услугу.

Юй Чжэюань посмотрел на конверт, что сжимал в руке. Если он откажется выполнить условия, что его ждет? Смерть? Ее он не страшился, а других рычагов давления никто в этом мире на него не имел. Даже собственный отец, который считал его слабаком, не знал, что впустил в дом волка.

Когда он поднял голову, улица уже была пуста, не осталось и следа от ночного гостя. Юй Чжэюань нахмурился: смутная тревога наполнила его сердце. Но он отмахнулся от нее, как делал всегда, и, весело насвистывая полюбившуюся с детства мелодию, неспешно пошел домой, чтобы подготовиться к Совету, который должен состояться через несколько дней.

* * *

Прикрыв рот рукой, Юй Чжэюань громко зевнул, чем привлек к себе ненужное внимание собравшихся в праздничной зале людей. Глава дома Юй сидел прямо перед ним, его широкая спина закрывала от остальных только частично, и этот акт неуважения не остался незамеченным. Чжэюань уловил негодование отца – для этого смотреть в лицо было вовсе не обязательно.

Слуга, бесшумно ходивший подле лаэтов, долил ему в чашу дорогого вина из Аталейна и отошел в сторону. Прерванный разговор возобновился, на Юй Чжэюаня снова не обращали внимания. Он сидел в тени своего отца, в традиционных черных с золотой вышивкой одеждах и был вынужден слушать беседы стариков, которые мало что понимали по-настоящему.

В длинной просторной зале, расположившись по четырем сторонам света, за маленькими столами сидели главные кланы Цзиньшу. Тонкие деревянные стены покрывала историческая роспись. Это была простая зала, но безукоризненно чистая.

Помимо клана Юй, самым почитаемым представителем на Совете была семья Ло. Ло Цзяин, высокий и широкоплечий, явился с женой и дочерью. Обе смиренно сидели у него за спиной, прикрыв лица вуалями. Красная накидка на плечах Ло Фэнси ярко сияла в пламени жаровен, придав черным как ночь волосам хозяйки еще больший блеск. Ее глаза, такие же, как у отца, бесстрашно смотрели вперед. Родство с ними вызывало в Юй Чжэюане странные чувства: все же его мать вышла из боковой ветви и так или иначе они тоже были его семьей.

Юй Чжэюань не мог заставить себя смотреть на главу Ло дольше одного вздоха – иногда очень трудно было не углядеть общие черты и не дорисовать нужные. Образ их воспоминаний – лицо, лишенное всякого выражения, – отличался от добродушного главы клана, который демонстрировал свою любовь и ко всем членам семьи, даже к нему.

Чжэюань с сожалением отвел взгляд и вновь прислушался к разговору.

– Баловать сына – все равно что убить его. Только из-под огненной палки выходят почтительные дети, – напыщенно сказал глава Цзяо, приглаживая длинную редеющую бороду.

Он неодобрительно смотрел на Юй Чжэюаня с того самого момента, как тот потребовал вино вместо чая.

– Полно, глава Цзяо, он еще молод, – улыбнулся глава Ло. – Вам ли не знать, как ведут себя молодые.

Глава Цзяо едва удержал гнев в узде – рука, дернувшаяся к оружию, выдала его раздражение. Этот старик всегда носил с собой меч, казалось, даже спал с ним.

Он взглянул на Юй Чжэюаня сверху вниз, но все же отступил. На собрание глава Цзяо прибыл в одиночестве, что объяснялось наказанием двоих старших сыновей и их отлучением от принятия решений на два сезона. Он прекрасно понял намек, ведь тем, кто спас его детей от казни, был не кто иной, как глава Ло.

Юй Чжэюань восхищался способностью главы Цзяо выбирать верную сторону и сохранять свою жизнь – он слишком много лет потратил на сбор сведений и знал не только сильные стороны всех собравшихся, но и слабые. Клан Цзяо тесно сотрудничал с кланом Ло и за свою преданность получал покровительство.

Сидевший в окружении троих сыновей и двух дочерей, похожих словно близнецы, глава Цзи, представлявший последний великий клан, пил чай, предпочитая не вмешиваться. Их простенькая светло-зеленая одежда без каких-либо знаков отличия не портила общего впечатления, а, наоборот, подчеркивала непорочный образ, сложившийся за многие века.

Служанки, расставлявшие закуски, действовали умело и грациозно, словно исполняли танец. Юй Чжэюаня утомляли эти церемонии и собрания. Он давно знал, чем все