Гордость. Вера. Верность - Кирилл Малышев

он, пройдя палаты насквозь, оказался перед небольшой дверью, ведущей из здания в противоположную от площади сторону. Роговолд распахнул её и, стремительно подавшись вперёд, едва не наткнулся на стоявших за ней людей.

Князь быстро оценил ситуацию. Его пальцы сомкнулись на рукояти Железного Когтя – единственного оружия, что у него оставалось. Однако в последний момент чужая рука молниеносно перехватила его запястье, останавливая движение.

– Спокойно, владыка, мы не враги. Мы выведем тебя, – услышал он.

Роговолд поднял глаза. Перед ним стояли трое. Все в серых, невзрачных походных плащах без каких-либо знаков отличия. Явно не члены городской стражи. Тот, что был ближе всех – высокий, темноволосый, с самодовольной улыбкой – судя по горделивой позе был старшим среди них.

– Кто вы?

– Нас послал Туманский, – поглядев на Роговолда чёрными глазами, ответил он. – Увидел, что творится, и послал. Меня Антоном зовут, а это люди мои, – он небрежно махнул рукой в сторону спутников. – Мы тебя, княже, сейчас из города выводить будем.

– Из города? – лихорадочно переводя взгляд с одного лица на другое, переспросил государь. – Из города нет смысла уходить. Иван послал людей к дружинным избам. Скоро сюда придёт стража и разгонит эту чернь!

– Тут, княже, дело такое… – почесав подбородок, ответил черноволосый. – Не придёт никто. Горят дружинные избы, подожгли их. А людей, что Иван послал, изловили и тут же порешили. Конец всему, княже. Негде тебе теперь прятаться – уходить надо.

Старший криво улыбнулся. Роговолд почувствовал, как по спине пробежал неприятный холодок. Он замер, не сводя глаз с лица собеседника, когда внезапно из глубины палат донеслись крики и звуки погрома.

– Пойдём, а? Некогда разговоры разговаривать, – Антон наклонил голову набок, вкрадчиво заглядывая беглецу прямо в глаза. Ворот его плаща слегка опустился – и князь увидел длинный белый шрам, пересекающий горло от уха до уха.

Шум становился всё ближе и времени на раздумья не оставалось. Роговолд быстрым шагом направился к стене в окружении троицы провожатых. Впереди следовал невысокий мужчина в капюшоне, скрывающем лицо. Он уверенно вёл остальных, не оборачиваясь и явно зная путь.

Черноглазый со шрамом семенил сразу за князем.

– Ты не переживай. Владимиру-то конец, – услышал северянин его голос из-за спины. – А ты в Каменец вернёшься, новую дружину соберёшь, да и снова к нам! Дел-то на пару месяцев! Тут как раз всё успокоится. А мы тебя сразу же и впустим, как придёшь. Вот увидишь!

Князь почти не слышал. Какое-то отупение навалилось на него – он не мог ни о чём думать и лишь глядел пустым, отсутствующим взглядом себе под ноги, покорно следуя за провожатыми.

Пригибаясь, обходными путями, они вышли к стене детинца, скрытой за густым кустарником. Роговолд знал, что там, за туго сплетёнными ветвями, скрывалась от любопытных глаз дверь Малых ворот.

– Ключ! – скомандовал Антон, вытянув руку.

Невысокий мужчина, шедший впереди, начал лихорадочно искать что-то, путаясь в полах плаща.

– Надеюсь, ты не потерял его?

Отыскав наконец ключ, подручный с виноватым видом протянул его старшему. Черноволосый быстро скрылся в густых зарослях, и вскоре оттуда донёсся тихий скрип старых петель.

– Сюда, идите сюда!

Пробравшись к воротам, князь обнаружил старшего, который, улыбаясь, ждал остальных. Из мрачного проёма тоннеля веяло холодом и сыростью. В нос ударил запах влажной породы и земли.

– Иди, Тараска, вперёд. Затем ты, княже, ступай, – распорядился Антон. – А я сразу за тобой последую. Коли вдруг споткнёшься – на Тараску и падай, всё мягче, чем на холодный камень!

Старший протянул подручному ключ, и тот, осторожно, привыкая к мраку, шагнул в туннель. Раскинув руки, Тараска касался кончиками пальцев шершавых стен, медленно и аккуратно продвигаясь вперёд. Роговолд, не отставая, плёлся за ним. Следом шли Антон и третий человек, чьего имени князь так и не узнал.

Беглецы, один за другим, погружались в тёмное чрево скалы. Десять, двадцать, пятьдесят ступеней. Роговолд, высокий и статный, шёл осторожно, пригибаясь, чтобы не задеть головой низкий потолок.

Мужчина спускался всё ниже и ниже – к Радони.

– Мы выйдем из города, а что потом? – нарушив давящую, всепоглощающую тишину, рассеянно спросил он.

– Как что? – удивился Антон. – Поедешь в Каменец, войско соберёшь. А потом обратно вернёшься. Я ж, вроде, тебе говорил уже.

В спёртом воздухе ощущался всё более явственный запах реки. Туннель заканчивался.

– А осада? Как мы пройдём мимо лагеря?

Антон на мгновение растерялся, но тут же собрался и ответил:

– Об этом не думай. Наш хозяин, Осип Михайлович, всё решил! Договорено с кем надо – пропустят!

Шум суетливых шагов наполнял узкий проход.

– Остап Михайлович, – поправил Роговолд.

– Что? – раздражённо переспросил, не поняв, Антон.

– Остап Туманский. Твой хозяин. Не Осип, а Остап.

Черноволосый расплылся в своей широкой, но неприятной улыбке.

– Вот дурная голова, – он картинно шлёпнул себя по лбу. – Вечно что-то путаю! С детства такой.

Беглецы уперлись в тяжёлую, обитую металлом дверь.

– Ну, открывай!

Тараска попытался вставить ключ в замок, но впотьмах промахнулся и уронил его. Зло выругавшись, он неуклюже наклонился и принялся шарить руками по полу.

– Да поднимай ты скорее! – нервозность Антона нарастала. – Вот же наградил Владыка кривыми руками!

Наконец, после долгих поисков, подручный нашёл ключ и со второй попытки отпер замок. Затем толкнул дверь, и она со скрипом отворилась, впуская внутрь яркий свет. Все, кто стоял в туннеле, на мгновение ослепли.

Роговолд, быстро моргая, замер, давая глазам привыкнуть. Постепенно его зрение восстанавливалось. Он увидел каменный порожек Малых ворот, покрытую льдом Радонь и аккуратно вырезанную прямоугольную прорубь у самого выхода. В ней виднелась чёрная, студёная речная вода.

– Полынья? – удивился он. – Кто вырезал? Зачем?

Не говоря ни слова, Антон грубо подтолкнул его вперёд, к дыре во льду. Холодный пот проступил на лбу князя. Внезапное осознание снизошло на него.

«Люди Туманского? Как я сразу не догадался?»

Растерянность, столь несвойственная северянину, вызванная кровавой суматохой у княжеских палат, мгновенно улетучилась. Он вдруг понял, в какую западню сам, своими ногами, пришёл.

– Я твой князь! Как ты смеешь толкать меня?! – возмутился Роговолд, резко обернувшись к Антону.

– Да, да… – без интереса ответил тот. – Князей нынче развелось – тьма! Прям как мух. Житья от вас нет. Жужжите, жужжите. Куда ни плюнь – в какого-нибудь князя попадёшь!

«Неужели всё, конец? Эх, дурак! Видать, и пожара в казармах никакого не было…» – с содроганием подумал Роговолд.

– Тимофеева работа? – пытаясь выиграть время, пятясь назад, спросил он.

– А тебе какое уже дело, старик? Зачем спрашиваешь? Чтобы Владыке рассказать? Похер ему! – хохотнул Антон и, достав из-за пояса кривой нож, скомандовал: – Огрей-ка