Похититель реальности - Пол Энли

Ламонтань: Похоже, в свободное время доктор Ли занимался довольно сомнительными экспериментами над людьми.

Пратт: Что вы имеете в виду?

Ламонтань: Вам известно о его участии в исследованиях денди в компании «Нейронано», которую основала его мать?

Пратт: Да, это общеизвестный факт.

Ламонтань: О некоторых направлениях этих исследований известно лишь единицам. Но сейчас важно другое. Вы знали, что денди-матрицу можно вырастить из модифицированной РНК, которая доставляется в организм при помощи вирусного переносчика? Судя по всему, доктору Ли удалось раздобыть или синтезировать вектор, аналогичный тому, что отвечал за создание его особой матрицы.

Пратт: Такого я не ожидал. Мне казалось, это запрещено законом.

Ламонтань: Так и есть. Матрицы, усиливающие интеллект, строго запрещены. «Нейронано» заверила FDA, что все копии вируса уничтожены и что ни одна биотехнологическая компания не сможет легально его синтезировать. Тем не менее доктор Ли сообщил трем своим ассистентам, что такой вирус у него есть и, более того, предложил им его принять.

Пратт: Что? Неслыханно! Он не может так поступить.

Ламонтань: По закону заставить их принять пилюли он не может. Даже их хранение идет вразрез с постановлением FDA. К несчастью, после распада США наказание за получение, передачу и использование запрещенных медицинских препаратов заметно смягчилось, особенно в Тихоокеании. Ему грозит лишь небольшой штраф. Но главная новость в том, что двое членов его команды уже приняли пилюли. Лишь один устоял перед искушением.

Пратт: Святые небеса! Хотите сказать, что теперь в университете трое обладателей сверхинтеллекта? Как будто от одного мало хлопот.

Ламонтань: Полагаю, пройдет некоторое время, прежде чем в их поведении станут заметны существенные перемены. Но в целом вы правы. Даже один такой человек оскорбляет своим существованием Господа. Трое – настоящее кощунство.

Пратт: Я должен сообщить руководству университета.

Ламонтань: Не думаю, что это разумно. Университет был в восторге даже от одного профессора со сверхинтеллектом. Вообразите их ликование, если выяснится, что теперь их трое.

Пратт: И что же нам делать?

Ламонтань: По счастливой случайности, я только что имел весьма интересную беседу с единственным ассистентом доктора Ли, который отказался принять пилюлю.

Пратт: И кто же это?

Ламонтань: Доктор Ларри Русалов. Я только что говорил с ним и узнал, что его коснулся Божественный Свет. Несмотря на жизнь, посвященную извращениям науки, он не отвернулся от Господа. Он верит в Создателя и глубоко убежден, что в теориях доктора Ли есть фундаментальный изъян.

Пратт: Просто поразительно.

Ламонтань: Не то слово. Более того, он согласился держать нас в курсе исследований, которые ведут доктор Ли и его команда.

Пратт: Преподобный Ламонтань, я удивлен, что мы готовы мириться с подобной ситуацией.

Ламонтань: Он действует по собственной воле. Кроме того, он передал мне эту ядовитую пилюлю, чтобы я позаботился об ее уничтожении. Разумеется, я сразу принял надлежащие меры.

Пратт: Да, само собой.

Ламонтань: Вы очень поможете нашему делу, если будете каждые пару недель встречаться с доктором Русаловым, узнавать о планах их команды и помогать ему не сбиваться с пути.

Пратт: Я немедленно с ним свяжусь.

Ламонтань: Путь интеллектуализма всегда был полон искушений. Доктору Русалову придется нелегко: на каждом шагу его подстерегает опасность утратить истину под грузом научных теорий.

Пратт: Да, поддавшись ложному мышлению, человек может стать невосприимчивым к Свету нашего Спасителя.

Ламонтань: К счастью, доктор Русалов пришел к нам вовремя. Мы не дадим ему сбиться с пути.

Пратт: Хорошо. Я договорюсь с ним о встрече.

Ламонтань: Со своей стороны, я бы порекомендовал приложить максимум усилий, чтобы сохранить ваши отношения в тайне. Не думаю, что его коллеги одобрят ваше общение.

Пратт: Согласен. Я приглашу его в тихое место за пределами кампуса.

Ламонтань: Благодарю. Думаю, так будет лучше всего. Пожалуйста, держите меня в курсе ваших бесед.

Глава 34

Буйная сочная зелень захватила все их чувства. Дарак и брат Страласи мягко опустились на дорожку из гравия, защитная сфера растворилась. Перед ними приветливо колыхались пышные папоротники, цветы и высокая трава. Ветви деревьев, высящихся вдоль дорожки, тянулись над их непокрытыми головами, защищая от яркого света. Их внимание привлекло журчание воды из небольшого водопада, питающего близлежащий ручей. Страласи изумленно разглядывал кукурузные, пшеничные и овощные поля, которые слегка изгибались вверх.

Погодите-ка. Вверх?

Он проследил взглядом, как ровные грядки тянутся вдаль и одновременно уходят в небо. Немного сбитый с толку, он поискал ориентиры. Но стоило оценить рельеф местности, как дезориентация стала только сильнее.

Казалось, они с Дараком стоят на дне немыслимо громадного зелено-голубого цилиндра, окружающего трубу из яркого света. Прохладный ветерок скользил по лицу и волнами колыхал посевы.

На противоположной стороне цилиндра, позади ослепительного яркого сияния, виднелся водоем. Страласи показалось, что примерно на середине высоты пасется стадо коров, пощипывающих нежные побеги у ручья.

На середине высоты.

Массивные кабели толщиной примерно с ладонь тянулись «вверх» от земли к креплениям вдоль центральной световой трубы.

Феноменально!

Страласи благоговейно сложил руки в благодарственной молитве. Ему уже давно не доводилось видеть столько жизни в одном месте.

Дарак тоже ненадолго остановился, чтобы насладиться видом.

– Красиво, правда?

– Где мы?

– В местной интеграционной лаборатории.

– Где? Я не вижу никакой лаборатории.

Страласи привык к чистым комнатам и рабочим поверхностям из нержавеющей стали, где техники проверяли качество продуктов.

Дарак рассмеялся и махнул в сторону окружающего буйства жизни.

– Все это! Весь астероид с выдолбленной сердцевиной. Это одна гигантская лаборатория, где они проверяют эффективность генных модификаций перед отправкой организмов на поверхность планеты.

Страласси выглядел озадаченным.

– Я не понимаю.

– Полагаю, это непросто осознать. Мы находимся на внутренней поверхности пустотелого астероида. Благодаря вращению, в нем поддерживается подобие гравитации, которая необходима для местного сада. Эта часть сада целиком состоит из стандартной жизни.

Дарак указал на противоположный край цилиндра.

– В дальней части – слепок жизни, которая существовала на Гаргусе-718.5 до основания Алумстона. А между ними – градиент, смесь двух форм. Цель всего этого сооружения – тестировать модификации растений и животных, чтобы помочь им лучше приспособиться к условиям на планете.

– Что ты имеешь в виду под «модификациями»?

– Исконная жизнь на Гаргус-718.5 заметно отличается от стандартной, согласен?

– Да, полностью.

– Стандартному животному пришлось бы несладко. Оно бы не смогло питаться местными растениями или охотиться на немногочисленных местных животных. Стандартные растения не справились бы с незнакомым сочетанием химических элементов. Поэтому в гены – ты бы назвал их «жизненной силой» – разных стандартных организмов они