Песнь Перна - Энн Маккефри

– Камо принесет еще? Камо принесет еще?

Менолли поймала его за руку и повернула лицом к себе.

– Нет, Камо. Им хватит. Больше не надо, Камо. Теперь ты должен заняться сыром.

– Милашки уходят?

Лицо дурачка печально вытянулось. Он наблюдал, как файры, один за другим, лениво взлетают на высокую крышу здания.

– Милашки уходят?

– Теперь, Камо, им нужно поспать на солнышке. Они хорошо поели. А ты возвращайся к сыру.

Менолли легонько подтолкнула его в сторону кухни. Он неохотно заковылял прочь, сжимая в руках миску и неотрывно глядя через плечо на файров. В результате он врезался прямо в дверной косяк. Потом, так и не сводя глаз со своих любимцев, сделал шаг в сторону и исчез в дверном проеме.

– А можно я тоже буду помогать тебе их кормить? Хотя бы иногда? Ну хоть разок? – раздался рядом просительный голос.

Быстро обернувшись, Менолли увидела Пьемура – взлохмаченные волосы падают на лицо, вся шея, до самых ушей, в грязных разводах.

Другие мальчишки и подмастерья еще только начинали выходить во двор, направляясь в сторону главного здания. Помнится, мастер Шонегар назвал его мошенником. Что ж, очень похоже: несмотря на вкрадчивый голосок, от Менолли не укрылся озорной блеск в его хитрющих глазах.

– Что, с Ранли поспорил?

– Поспорил? – Пьемур испытующе взглянул на девочку, потом не выдержал и фыркнул. – Видишь ли, Менолли, малышам вроде меня все время приходится думать: как бы хоть на шаг опережать здоровенных балбесов, таких как Ранли. А не то они в любой момент могут устроить мне темную в спальне.

– Ну и о чем же ты побился с ним об заклад?

– Что ты позволишь мне кормить ящериц, потому что они уже меня знают. Они ведь и вправду меня знают, верно?

– А ты и вправду мошенник, верно?

Ухмылка Пьемура превратилась в хорошо отрепетированную гримасу, и он скромно пожал плечами в знак согласия.

– Хватит с меня Камо – он чуть не расквасил себе физиономию с этим кормлением…

– Милашка Красотка, – завел Пьемур, в совершенстве копируя голос и манеры дурачка, – кормить милашку Красотку… Да ты не бойся, Менолли, мы с Камо приятели. Он не будет возражать, если я тоже стану тебе помогать.

Видимо, считая вопрос решенным, Пьемур схватил Менолли за руку и потащил вверх по лестнице.

– Пошли, не хочешь же ты снова опоздать к столу, – напомнил он, увлекая ее к входу в столовую.

– Менолли!

Оба они застыли как вкопанные, заслышав голос мастера-арфиста, и, обернувшись, подождали, пока он спустится к ним по лестнице.

– Ну, Менолли, как прошел день? Ты ведь уже познакомилась с Домеком, Моршалом и Шонегаром? Скоро я представлю тебя Сибеллу – еще до того, как проклюнутся яйца!

Предвкушая это радостное событие, мастер Робинтон улыбнулся – ну совсем как Пьемур.

– Я смотрю, этот шалопай уже прилип к тебе. Что ж, может быть, тебе удастся хоть ненадолго отвлечь его от шалостей. О, Брудеган, я как раз хотел перемолвиться с тобой парой слов перед ужином!

– Скорее!

Пьемур схватил ее за руку и повлек в столовую. Менолли даже показалось, что оба они – и мастер-арфист, и Пьемур – не хотели, чтобы она столкнулась нос к носу с подмастерьем Брудеганом, чей хоровой урок ее файры так бесцеремонно нарушили.

– А Сибелл – голова, – как ни в чем не бывало заметил Пьемур, и Менолли упрекнула себя за слишком буйную фантазию. – Это он получит второе яйцо. – Мальчуган свистнул сквозь зубы. – Ты боишься, что с ним тоже будет тяжело? Не волнуйся, он только совсем недавно поменял стол.

– Поменял стол?

– Так у нас говорят, когда кого-нибудь повышают в звании. Это обычно происходит за ужином. Если ты ученик, то к тебе подходит подмастерье и отводит на новое место. – Он указал на овальные столы в конце обеденного зала. – А оттуда мастер в свое время сопровождает подмастерьев к круглому столу. Только со мной все это случится еще ох как не скоро, – со вздохом посетовал он, – если вообще когда-нибудь случится.

– Но почему? Разве не все ученики становятся подмастерьями?

– Нет, – нахмурившись, ответил мальчуган. – Некоторых отсылают домой как неспособных. Другие получают какую-нибудь нудную работу здесь и остаются помогать подмастерьям и мастерам, или их отправляют по захолустьям.

Может быть, именно такую участь уготовил для нее мастер-арфист – стать помощницей мастера или подмастерья в каком-нибудь далеком холде или цехе? Что ж, не так уж плохо, но почему-то Менолли взгрустнулось. Она вздохнула, а вслед за ней и Пьемур.

– Ты уже давно здесь? – спросила она мальчугана. Выглядел он едва на девять-десять Оборотов – как раз в этом возрасте мальчиков принимают в ученики, – но, судя по его разговорам, он отнюдь не новичок.

– Я уже два Оборота хожу в учениках, – ухмыльнувшись, ответил Пьемур. – Меня взяли так рано из-за голоса. – Это прозвучало у него без тени похвальбы. – Смотри, тебе туда, где сидят все девчонки. И не тушуйся – ты все равно родовитее, чем они.

Не вдаваясь в дальнейшие объяснения, мальчуган шмыгнул в проход между столами, а Менолли, стараясь не хромать, двинулась к столу, на который он указал. Расправив плечи и высоко подняв голову, она шла медленно, чтобы скрыть неловкую походку. Девочка кожей ощущала устремленные на нее со всех сторон взгляды – кто глазел исподтишка, а кто и в упор – и старалась сделать вид, что не замечает их. Надо будет позволить Пьемуру кормить файров: хорошие отношения с ним могут оказаться не менее важными, чем расположение мастера-арфиста.

Места, предназначенные для девочек, можно было отличить по подушкам, разложенным на жесткой деревянной скамье. Менолли пристроилась с краю, подальше от обжигающего жара очага, и, стоя, стала ждать.

Вот в столовую стайкой вошли девочки. Они держались все вместе и, направляясь к столу, в упор разглядывали ее. На лицах застыло одинаково равнодушное выражение. В горле у Менолли мгновенно пересохло. Она судорожно сглотнула и стала поглядывать по сторонам – на что угодно, лишь бы не видеть неумолимо приближающихся девочек. Вот она поймала взгляд Пьемура и, увидев, что он лукаво ухмыляется, заставила себя улыбнуться в ответ.

– Ты и есть Менолли? – спросил чей-то ровный голос.

Девочки выстроились за спиной говорящей, тем самым подчеркивая, что все они заодно.

– Никем другим она, пожалуй, не может быть, – заметила смуглая девочка из стайки.

– Я Пона, мой дедушка – лорд-холдер Болла.

Первая девочка протянула правую руку ладонью вверх, и Менолли, которой до сих пор не приходилось ни с