Кольцо - Стивен Бакстер

Так что даже Прядильщице веревок, умнице-дочери Мастера стрел, должно быть... сколько, шестьдесят пять по земной хронологии? Семьдесят, может быть? Уже старуха. Но все же, благодаря АВТ, она сохранила черты - и большую часть внешнего вида, насколько он мог судить, - ребенка.

Он почувствовал, как на него навалилась огромная печаль. Конечно, теперь его эксперимент был проигран; его тщательно разработанный генофонд уже был загрязнен, без сомнения, скрещиванием между лесным народом и палубами, контролируемыми Суперэтом, и его бессмертный штамм был подавлен обработками АВТ.

Но прогресс, которого он достиг, все еще был налицо, думал он; гены были там, дремлющие, готовые. И когда - если - жители "Северянина" переживут это трудное время, когда они достигнут того нового мира, который их ждал, тогда великий эксперимент можно будет начать заново.

Но тем временем...

Он снова подумал о Прядильщице веревок, девочке-женщине, которая выросла среди деревьев и листьев, а теперь бродит по обломкам Солнечной системы.

Уваров совершил много ошибок. Что ж, у него было на это время. Но он мог гордиться хотя бы этим: что в эту эпоху всеобщего запустения и разрухи он, Гарри Уваров, восстановил хотя бы видимость свежести юности.

- ...Уваров, - сказал Марк.

Уваров повернулся. Синтезированный голос ИИ звучал по-другому - странно ровным, лишенным выражения. Значит, никаких этих чертовых фальшивых интонаций, подумал Уваров со слабым торжеством. Это было так, как если бы вычислительная мощность виртуальной машины на короткое время была перенаправлена куда-то еще. Что-то произошло.

- Ну? Что это?

- Я сделал это. Я распознал сигнал - информацию в мазерных импульсах. В базе данных формируется изображение...

- Изображение? Скажите мне, черт бы вас побрал.

Это было женское лицо (по словам Марка), грубо нарисованное цветными пикселями. Человеческое лицо. На вид женщине было около шестидесяти пяти лет; у нее были коротко подстриженные волосы песочного цвета, волевой нос с горбинкой, широкий рот и большие ранимые глаза.

Ее губы шевелились.

- Женское лицо - спустя пять миллионов лет, переданное мазерными сигналами из сердца Солнца, превратившегося в красного гиганта? Я в это не верю.

Марк на мгновение замолчал. - Верьте во что хотите. Я думаю, она пытается что-то сказать. Но у нас пока нет звука.

- Как это неудобно.

- Подождите... А. Вот и он.

Теперь Уваров услышал это, услышал голос невозможного образа из прошлого. Сначала тембр был прерывистым, слова практически неразборчивыми и, как сообщил ему Марк, сильно не совпадали с движением губ.

Затем, через несколько минут - и при значительном усилении сигнала процессорами обработки данных - сообщение очистилось.

- Лета, - сказал Марк. - Я даже узнаю язык...

Меня зовут Лизерль. Добро пожаловать домой, кто бы вы ни были. Полагаю, вам интересно, почему я пригласила вас сюда сегодня вечером...  На тускло-красном фоне разрушенного, раздутого Солнца сверкал аккреционный диск черной дыры Юпитера, огромный и угрожающий.

И снова капсула с "Северянина" доставила Прядильщицу веревок - на поверхность Каллисто, на этот раз в одиночку. Прядильщица повернулась, чтобы посмотреть вниз сквозь стеклянные стенки маленькой капсулы; когда она двигалась, биомедицинские датчики внутри ее костюма скользили по коже, приводя в замешательство.

Аппарат из-подо льда, выкопанный и распростертый на поверхности командой автономных роботов, был похож на птицу с темными, как ночь, крыльями длиной в сотню ярдов, отходящими от небольшого центрального корпуса. Материал крыльев выглядел хрупким, невещественным. Сквозь задние кромки крыльев, казалось, просвечивал лед Каллисто.

Луиза и Марк сказали ей, что корабль был создан по инопланетной технологии. И у него был гипердвигатель, как они думали...

Она почесала плечо, где один из проклятых биосенсоров Марка особенно неприятно впивался в ее плоть. Когда она высадится, Луизе, черт возьми, придется рассказать ей, почему она была так застегнута.

Аппарат больше походил на какое-то огромное насекомое с черными крыльями, покоящееся на листе стекла, подумала Прядильщица. Его элегантные изгибы были окружены приземистыми блестящими формами капсул "Северянина" и другими элементами оборудования. Прядильщица могла видеть, как маленький беспилотный робот ползет по поверхности одного крыла ночной темноты, волоча за собой скрученные нити кабеля и тщательно изучая инопланетный материал с помощью множества датчиков. Лед Каллисто вокруг корабля был покрыт шрамами и трещинами, изрыт посадочными струями капсул и пересечен гусеницами транспортных средств.

Корабль был необъятен. Деятельность людей и их машин выглядела совершенно неадекватной, чтобы сдержать мощь этого искусственного зверя... если бы он пробудился от своего многовекового сна.

Страх Прядильщицы, казалось, возрастал обратно пропорционально ее близости к кораблю. Как будто зловещая насекомоподобная фигура, прижатая ко льду, излучала угрозу.

Она задрожала, плотнее закутываясь в ткань своего защитного костюма. Улицы и дома вокруг Морроу были пусты. Бесконечные завывающие крики сирены эхом отражались от голых стен разрушенных зданий и стального подбрюшья неба.

Абордажный крюк - грубая штука из заостренного, искореженного металла - пролетел мимо лица Морроу, заставив его вздрогнуть. Крюк зацепился за какую-то неровность в полу палубы, и веревка, которая тянулась за ним, напряглась, дергаясь. Через несколько секунд вдоль веревки по полу палубы пробралась Охотница на лягушек; ее коричневые конечности, блестящие от пота, казались цветными вспышками на фоне серой серости палубы, лишенной источника света, а ее духовая трубка и мешочек с дротиками подпрыгивали у нее за спиной, когда она двигалась.

Морроу вздохнул и опустил лицо. В невесомости они катились по полу второй палубы. Металлическая поверхность перед его лицом была ровной, неуместно знакомой, гладкой от бесчисленных поколений ног, включая его собственную. Он вывернул шею и бросил взгляд назад. Остальные его спутники растянулись по поверхности палубы позади него, их лица были обращены к нему, как множество цветов: Целеустремленность с ее размеренно работающими мощными руками и болтающимися, ослабевшими ногами, виртуальный Марк Ву, горстка лесного народа. Виртуал пытался защитить их чувства, Морроу видел, как он устроил шоу, карабкаясь по канатам вместе с остальными.

Храм планировщиков