Фантастика 2026-147 - Максим Шаравин

Я стала раздевать кузину, начав с откровенно потрепанной обуви, продолжив платком и платьем, отдельно отмечая, что в целом Лилиана чистенькая. Ну, насколько вообще может быть чистым человек, явно позаимствовавший одежду с чужого плеча и прошедший не один километр пешком.

Интересно… Прямо из столицы пешком шла? Или какое-то время всё-таки ехала в дилижансе?

Успев раздеть девушку до нижней сорочки и панталон, которые были вполне приличными и явно личными, нашла в потайном кармашке платья горсть серебряных монет, тихонько выдохнув напряжение (ну, хоть было на что поесть в дороге!), а потом в комнату заглянула Берта с подносом…

И охнула.

— Это же…

— Да, моя кузина, — договорила за Берту, когда та от волнения так и не смогла закончить. — И она явно в беде. Я усыпила её, проспит часа три. Она сильно истощена, причем не только физически. Помоги обтереть тело, пусть пока отдыхает. Я посижу с ней сама. И постарайся ни с кем не разговаривать о том, что увидела. Если кто будет спрашивать, кто у меня в гостях, говори, что подруга.

— Хорошо, — моментально подобралась Берта, словно я выдала ей задание государственной важности. — Всё сделаю.

Вместе мы привели Лилиану в более или менее чистый вид, после чего я накрыла девушку одеялом, перекусила тем, что принесла нам на двоих Берта, а когда служанка ушла, то подсела к кузине поближе, взяла спящую девушку за руку и запустила полную диагностику организма.

Как я и думала, проблема была комплексной. Серьезное физическое и нервное истощение, дистрофия начальной стадии, воспаленные лимфоузлы, подозрительные темные пятна в лобных долях мозга, которые отвечают за эмоции, память и логику (и первыми повреждаются при шизофрении!), нервно пульсирующее магическое ядро, иссохшие энергетические каналы… И мозоли на пятках.

Последнее я аккуратно подлечила напрямую, после чего влила немного обволакивающего света в голову, затем успокоила пульсирующее ядро, и расслабила пережатые энергетические каналы, позволяя девушке действительно расслабиться, причем целиком. И внешне, и внутренне.

Я не следила за временем, действуя методично и неторопливо, так что очень сильно удивилась, когда Лилиана чуть сжала пальцы руки, за которую я продолжала её держать, и с надрывом прошептала:

— Я знала… Знала, что это не сон!

— О чем ты? — уточнила аккуратно, не торопясь вытягивать руку из внезапно крепкого захвата кузины.

— Мне… — девушка рвано выдохнула, — приснилась богиня. Когда я… — её голос стал тише и едва различим, — совсем отчаялась. Она сказала идти к тебе. И я…

Она резко распахнула глаза, которые сияли нехорошим фанатичным блеском.

— Пришла. Умоляю! — Лилиана вцепилась в моё правое запястье с татуировкой уже обеими руками. — Не выдавай меня ему! Мне больше некуда пойти! Я сделаю всё! Всё, что ты потребуешь! Только не выдавай!

— Кому? — прищурилась, хотя и так уже догадались.

— Алехандро! — прозвучало с таким надрывом, что даже у меня в груди что-то нехорошо екнуло. — Он… Он чудовище!

Вот тут я изумилась. Нет, мой бывший жених, конечно, не подарок, но… Чтоб чудовище?

— Он ударил меня, — снова одними обескровленными губами прошептала Лилиана, глядя сквозь меня. — А потом… душил… он…

По её щекам снова потекли слёзы и я, действуя интуитивно, привлекла невесомую девушку к себе, позволяя выплакать страх, боль и то дикое разочарование, которое настигает только тогда, когда боль причиняют действительно близкие люди.

На этот раз я не стала усыплять девушку, позволив выплакаться, причем не задав ни единого вопроса. Захочет — расскажет сама. Но в целом я и так всё поняла. Скорее всего она говорит о том случае, когда пыталась разорвать помолвку. Да, Алехандро довольно вспыльчив, когда что-то не по нему. Удивлена, правда, что его так сильно коротнуло… Но, судя по всему, она сказала это не в самый подходящий момент и он уже был на взводе.

И получилось то, что получилось.

Вот только…

Нельзя ей тут оставаться. Если император и принц узнают, что Лилиана живет у нас, то репрессии не заставят себя долго ждать. Ссылкой мы уже не отделаемся.

Ну и как мне быть?

И помочь вроде бы хочется, и меньше всего я хочу подставлять собственную шею!

Не торопясь озвучивать свои сомнения, я дождалась, когда Лилиана успокоится и сначала помогла девушке поесть, придерживая и тарелку, и кружку, потому что руки у кузины отчетливо дрожали, потом лично набрала ей горячую ванну и помогла помыться, тщательно прополоскав волосы и незаметно высушив их теплой волной света, после чего выдала свежую сорочку из своих запасов, укутала в свой халат и помогла вернуться в постель.

После сытной трапезы и горячей ванны девушку снова разморило и я, видя, как она сонно моргает, снова помогла ей уснуть, перед этим твердо произнеся:

— Всё будет хорошо, милая. Я позабочусь. Спи.

Робко улыбнувшись, отчего стала похожа на совсем маленькую девочку, которой, я так понимаю, и была в душе, Лилиана уснула, ну а я, снова отправив в её тело порцию исцеляющего света, вышла из спальни и уже на пороге гостиной чуть ли не нос к носу столкнулась с вернувшимся из поездки супругом.

И был он хмур и мрачен… И я догадываюсь, почему.

Опять бесы обо всём доложили, да?

— Нам надо избавиться от неё как можно быстрее! — объявили мне первым делом, не успела я и рта раскрыть.

— Надо, — вздохнула соглашаясь. — Но ты бы её видел… Одни глаза остались. Она совсем ребенок!

— Ей уже восемнадцать, — жестко отрезал Дэймос. — Полностью взрослая и дееспособная девка. Хватило ума стать невестой принца, пусть и на остальное хватит.

— Перестань, — нахмурилась, не торопясь с этим соглашаться. — Все мы разные. И все взрослеем по разному. Мы должны помочь ей, но не забывая о себе. Но должны!

— С какой стати?

И вроде бы правильный вопрос…

Но у меня был на него ответ!