Фантастика 2026-117 - Елена Свободная

его матери уже нет на свете. Страшный пожар унес ее жизнь, но пощадил его самого. Кто был виноват в произошедшем? Артур так и не узнал. Только у него из головы никак не выходило последнее слово матери, и теперь, уже после того, как он поднялся на поверхность, юноша вспомнил странное имя, произнесенное бедной женщиной перед смертью. Оно упоминалось в прочитанной им истории про естествознателей.

Ирионус. Честолюбец, поднявший восстание против белых естествознателей, тот, кто развязал войну, а также тот, о ком писал библиотекарь Арио Клинч в своем свитке. Возможно, это он явился причиной гибели семьи Артура. Теперь мальчик мог хоть как-то предполагать, кто его ищет. Могло ли так статься, что Ирионус жив и по сей день пытается отыскать тех, против кого он воевал когда-то? По крайней мере, вряд ли Артур должен был считать его своим другом. Иначе никак нельзя было истолковать тот крик матери, который до сих пор звенел у бедного юноши в ушах.

Что делать теперь? В здешних краях наступила ночь, а Артуру нужно было возвращаться. Он еще немного побродил по округе, бесцельно рассматривая останки старого дома. Ему повстречалось еще несколько предметов, не столь, впрочем, важных. Разбитое зеркало, табуретка без одной ножки. Потом Артур нашел картину под стеклом – какая удача! Удалось найти хоть что-то более-менее сохранившееся. Мальчик смог разглядеть изображение в лунном свете, но он тут же пожалел о своей находке. Слишком уж страшной оказалась та картина.

На ней изображалась худощавая женщина; краски почти не поблекли, и все детали ее одежды можно было с точностью разглядеть. Четко прорисованные изящные кисти рук, игра теней, хрупкость фигуры – все казалось идеальным. Однако лицо незнакомки было словно нарочито замыто водой. Художник будто бы не пожелал делиться со всеми своей искусной работой, предпочитая оставить в ней некую загадочность, прибегнув к такому необычному способу. Как бы то ни было, автор картины добился явно противоположного эффекта – расплывчатая уродливая голова, венчавшая утонченную фигурку, выглядела неестественно и оттого страшно.

Артур досадливо отбросил картину, и она с неприятным чавканьем шлепнулась на мокрую землю. Пора было возвращаться в школу. Здесь уже ничего не осталось. Артур закрыл глаза и попытался представить себе Троссард-Холл. Но у него не получилось сдвинуться с места. Он был измучен и огорчен, и сейчас у него не было никакого желания оказаться в беспечной атмосфере замка. Слишком живо было то последнее воспоминание о его матери. Однако потом Артур вспомнил Диану, подумал о том, как нужен друзьям, и ему захотелось вернуться в свой новый дом. Прошлое ненадолго отпустило юношу – и наконец место, где он стоял несколько секунд назад, опустело. И только уханье растревоженных севух выдавало то, что здесь кто-то был.

В классе, куда вернулся Артур, уже никого не было – урок закончился. В совершенно пустой аудитории с аккуратно задернутыми шторами было непривычно тихо и темно. Артур подошел к своей парте: кто-то заботливо собрал его вещи, наверное, Диана. Мальчик направился к выходу, но вдруг почувствовал за собой пристальное молчание. Почувствовал, словно услышал, что кто-то разговаривает с ним вкрадчивым голосом, не раскрывая рта. Артур обернулся и столкнулся с невинным взглядом голубых глаз профессора Каучука, которые из-за очков казались несоразмерно огромными.

– Профессор?

– Я ждал вас, чтобы похвалить, – тихо произнес преподаватель, улыбаясь одними губами. Лицо учителя было неестественно бледным и покрылось мелкой испариной, глаза его смотрели как-то ужасно спокойно, но вместе с тем казалось, что это лишь маска лица, надетая непосредственно для Артура.

– С вами… все в порядке? – вежливо поинтересовался мальчик, однако профессор Каучук как-то слишком быстро кивнул ему, еще в самом начале предложения, словно знал наперед, что скажет его ученик.

– Вы только что сделали нечто удивительное… Я очень хотел бы знать, где вы были? На первом занятии мало кому удается нечто подобное…

– Я не понял наверняка. В каком-то лесу, – как можно более искренним тоном ответил Артур, не вдаваясь особенно в подробности. Этот человек не внушал ему доверия. В больших глазах профессора было что-то отталкивающее.

– Что ж, как хотите. Я надеялся на более честный рассказ, – холодно произнес профессор Каучук, словно догадавшись, что Артур не желает говорить правду. – Я поставил вам высший балл, а теперь попрощаемся, у меня очень много работы, – ровным голосом продолжил преподаватель, коротким взмахом руки указав ему на дверь.

Артур пожал плечами и вышел. Краем глаза он заметил, как профессор изящно вытер испарину со лба белоснежным накрахмаленным платком.

В коридоре Артура встретили взбудораженные друзья. Диана и Тин выглядели ужасно встревоженными.

– Где ты был? – воскликнула Диана. – Мы так волновались за тебя! Ты испарился прямо из класса, и никто даже не знал, куда! Сначала все подумали, что тебе удалось переместиться. Но потом мнением большинства было решено, что ты просто вышел из аудитории, пока все сидели с закрытыми глазами. Профессор Каучук всем сказал, что ты отпросился у него заранее, так что, в общем-то, никто не удивлен… Но мы с Тином искали тебя после урока, а ты будто действительно исчез. Мы начали переживать за тебя, – сказала Диана. Она в нерешительности замялась, а потом подошла к мальчику и крепко обняла его. На лице Артура появилась слабая улыбка. Диана помогла ему чуть отвлечься от гнетущих мыслей о судьбе его семьи.

– Эй, приятель. А как же я? – поинтересовался Тин. – Нет, конечно, я не буду лобызаться с тобой, но хоть как-то обратить внимание…

Беруанец, как всегда, церемониться не любил.

– А где Триумфия? – спросил Артур.

– Наверное, опять со своими книгами в обнимку, – с легким презрением ответил Тин. – Для начала скажи, где ты был? Ты правда умудрился выйти из класса так, что я и ухом не пошевелил? Или же свои способности проверяешь? – последние слова Тин произнес с легкой завистью, мотивы которой, впрочем, были весьма понятны. Мальчику, безусловно, тоже хотелось обладать необычными навыками, которые восхищали и поражали его воображение. Знать, что твой друг наделен таинственными умениями, которые никогда, даже если усердно над собой работать, не получится приобрести, – знать это и не желать стать таким же было бы странно. Поэтому, хоть последняя фраза Тина и прозвучала несколько небрежно, в ней в то же время чувствовалось неприкрытое восхищение и удивление.

– Я… – начал Артур и запнулся, не вполне понимая, что говорить. Вспоминать прошлое тяжело, но и скрывать правду тоже бессмысленно. Ему хотелось бы ответить, что он просто вышел из класса, пока все остальные были заняты чудесными перемещениями блистательного профессора. Но Тин и