Над бездной - Кевин Джеймс Андерсон

пересек границу, и его поглотил адский вихрь. Хотя они двигались с одной скоростью, не разгоняясь, Ноора с силой вдавило в спинку кресла. Его слепил немыслимо яркий свет и одновременно с этим окружала бесконечная чернота. Какая-то неведомая сила крутила корабль, швыряла его, рвала на части и вновь слепляла в одно целое. Мышцы Ноора растянулись, а внутренности скрутились в узел. Он подался вперед, открыл рот, и его вырвало, однако извергся из него только красочный водоворот искр.

За стеклами иллюминаторов проносились воронки ночных кошмаров, комья сахарной ваты и потоки смертельного яда. Свет обжигал глаза. Вокруг стояла давящая тишина и одновременно оглушительный шум, от которого разрывались барабанные перепонки и трескался череп.

Он тонул в том самом веществе, наполнявшем страшное черное зеркало.

Потом из ниоткуда послышался смех, алчные крики, проклятия и угрозы. Его собственный вопль заполнил космический вакуум и растворился в бездонной пустоте кротовой норы.

– Нет!

Смертельный ужас расползался от мозга к легким, охватывая все его существо. Каждая клеточка тела выла от боли, наносекунды безжалостно оборачивались вечностью – Бенедикт знал, что пропал. Перед ним мелькали глаза и лица, призраки, сотканные из тени и ненависти. Они безуспешно пытались пробиться сквозь бронированную обшивку корабля, но потом внутрь проникли их телепатические щупальца. Проникли прямо в Ноора. Вокруг него вертелся калейдоскоп воображаемых звуков и огней, его душили голоса, несущие непостижимую правду. Все это заняло лишь секунду.

Чудовища, что-то невнятно бормочущие за стеклом иллюминатора, набирали силу. Их становилось все больше – они спешили к кораблю, – и Ноор видел их безжалостные глаза, тонкие перепончатые крылья, омерзительные лица, покрытые извивающимися щупальцами. Они являли собой реальное воплощение божества, чью ледяную статую они видели на комете. В своих нелепых рассказах об агоках Кэмми и на долю не приблизилась к страшной истине. Их изгнали, заточили здесь… и теперь они пробудились, ощутив присутствие мыслящего существа.

Настолько велика и прекрасна была мощь агоков, что, когда они обратили внимание на него, его разум не выдержал и рассыпался на тысячи осколков. Он больше не слышал даже воображаемых звуков. Прежде чем Бенедикт Ноор навсегда утратил разум, в сознании промелькнула последняя мысль: он лишь в начале пути.

Глава 53

Станция «Бездна» оставалась последней надеждой Аркуриан, хотя и являла собой удручающее зрелище – искореженная груда железа, висящая в открытом космосе. Из-за многочисленных взрывов ядро станции утратило равновесие и теперь, беспорядочно вертясь, продолжало падать в холодный черный вакуум.

Купол теплицы был вспорот, как брюхо огромной рыбины, и наружу стремительно выходил воздух. Еще один удар пришелся по резервуару с водой, а больше всего досталось дополнительному жилому модулю, который, оторвавшись от «Леты», дрейфовал в противоположную сторону.

Аркуриан сбросила скорость и с помощью маневровых двигателей выровняла «Льюис» напротив ворот в ангарный отсек. Станция качалась из стороны в сторону, и Карла мысленно отметила, что приземлиться будет весьма непросто. И все-таки она в себе не сомневалась – не зря ведь она обставила Уоррена Дрейка, когда они упражнялись с полетными симуляциями.

Она включила передатчик и вновь вызвала станцию, особо не надеясь на ответ.

– Станция «Бездна», говорит капитан Аркуриан с «Льюиса». Вы меня слышите? Я попробую завести корабль в ангар, но повреждения слишком серьезны…

Тишина. Не последовало даже едкого комментария Глинды Ройбол о том, что все к чертям развалилось, стоило Аркуриан оставить их. И они не подозревают, что Педро Эш погиб. Они много о чем не подозревают.

Осторожно орудуя манипуляторами, Аркуриан синхронизировала движения «Льюиса» с колебаниями станции, так что ворота ангара казались неподвижными. Она направила корабль вперед, одновременно отдав команду открыть ворота, но в ответ посыпались ошибки – повреждения были слишком серьезны. Тогда Карла пошла на крайние меры и запустила принудительную разгерметизацию отсека. Пускай надежды практически не оставалось, все равно надо проверить – вдруг кто-то из команды выжил? Судя по всему, сама станция долго не протянет.

Ворота открылись еще до завершения разгерметизации, и наружу вырвался поток воздуха. Задача оказалась непростой – все равно что сажать корабль на движущуюся вагонетку американских горок, однако Аркуриан уверенно завела «Льюис» в ангар.

Посадочная площадка была усыпана перекатывающимися из стороны в сторону обломками. Повсюду валялись ящики с инструментами и оборудованием, которые, очевидно, сорвало с креплений. Карла выдохнула с облегчением, увидев, что «Кларк» на месте, – значит, Уоррен и Кэмми благополучно добрались до станции и, конечно, рассказали остальным об ужасных агоках и настоящем назначении дозорных башен. Только вот остался ли кто-то из экипажа в живых?

Аркуриан посадила «Льюис» на относительно свободную площадку и отдала команду загерметизировать отсек, но ворота не закрылись до конца. Пристегнув шлем, она вылезла из корабля.

На стене блеснул сначала желтый предупреждающий сигнал, через мгновение превратившийся в алый сигнал тревоги: воздух уходил через щель в воротах, к которой уже слетались валявшиеся по всему ангару обломки. Не теряя времени, Аркуриан бросилась к стыковочному шлюзу – нужно выбираться отсюда, пока не упало давление и не активировалась автоматическая блокировка дверей, иначе ей ни за что не попасть внутрь. Оказавшись в коридоре, она захлопнула люк, а секунду спустя на нем загорелись красные лампочки, указывающие на то, что ангар теперь недоступен.

– Похоже, отсюда мне больше не выбраться.

Аркуриан сверилась с индикатором и поняла, что кислород в скафандре практически на исходе. Тогда она подняла лицевой щиток и вдохнула разреженный холодный воздух. По масштабу повреждений можно было предположить, что утечка кислорода шла по всей станции.

Карла зажала кнопку интеркома на стене.

– Говорит Аркуриан. Меня кто-нибудь слышит?

Треск, помехи. Огонек на передатчике несколько раз моргнул.

– Если на станции есть выжившие, откликнитесь! – Вновь помехи, а затем огонек и вовсе погас. – Хоть что-нибудь здесь еще работает?

По крайней мере, пока ей есть чем дышать, и, если добраться до инженерного отсека, можно пополнить запас кислорода в скафандре. Однако первым делом нужно проверить капитанский мостик. Пока она пробиралась по коридорам, лампы на потолке то и дело моргали, словно в агонии, а пол под ногами кренился то в одну сторону, то в другую в такт колебаниям станции. За спиной раздался взрыв, и Аркуриан повалилась на четвереньки. Поднявшись на ноги, она заметила, как вдоль белых стен ползет красноватый дым, и, содрогнувшись, поспешила подняться на следующий уровень. По дороге она один за другим пробовала попадавшиеся радиопередатчики – в ответ неизменно раздавалась лишь тишина.

На капитанском мостике было пусто. Бенедикт Ноор бросил свое безвкусное кресло; Глинды, Уоррена, Кэмми и