Фронтир - Михаил Дорохов

Мальчик изумлённо округлил глаза:

— А за что тогда вы получили шпоры, милорд?

— За участие в осаде одного города. Тогда я командовал возведением части полевых укреплений. И когда подкупленный человек доложил, что от реки можно пройти в старый ход под городом — понадобились добровольцы. Я пошёл туда. Со мной были Рене и Дене, а ещё другие славные воины. Мы держались в городе до тех пор, пока внутрь не забрался целый отряд, достаточный, чтобы удержать квартал и подняться на стены.

— Господин Свят сказал, что если я буду стараться в учении, то через год смогу взять в руки настоящий меч, — зажглись глаза мальчика.

Я кивнул:

— Всё верно, Индро. Тебе повезло: капитан, Рене, Дене, Хельмут, Хенрик — очень славные воины. Они научат тебя многому, ежели будут видеть твои старания. Но учёба эта будет весьма трудной, а ещё нужно уметь хорошо читать и писать.

Малец закусил губу и буркнул:

— А зачем мне это в военном деле?

— Мечом ты можешь остановить несколько людей. А пером и бумагой иногда останавливают целые воины, — улыбнулся я.

— Милорд! Они идут! — раздался голос оруженосца.

Я обернулся. В ворота крепости цепочкой заходили солдаты Райко-верцианца. С налипшей на потные лица пылью, усталые после перехода по моим восточным лесам да предгорьям, они строились в три небольшие шеренги. Худощавый верцианец, одетый по-походному, покрикивал на них и ровнял строй.

Ллейк, выступавший проводником, подошёл ко мне:

— Здесь всё, милорд. И у меня для вас письмо от имперского оценщика.

— Давай сюда! Вам кто-нибудь встретился по пути?

— Ни одного вальденбургца, господин барон…

— Хорошо, хорошо, — одобрительно протянул я

— Но горцы нас видели. Я заметил двоих человек на перевале.

Я скрипнул зубами. Извозчик Берт не говорил о том, что разбойники поддерживают какие-то контакты с горцами. Да и солдаты Свята ничего такого не вызнали у гарнизонщиков. Однако мало ли как всё сложится.

— Скоро для тебя будет ещё одно дело, Ллейк.

Молодой солдат всюду был при мне. Он хорошо знал и Вальденбург и Эстер. Я не посвящал его в детали плана, но боец явно был из той «партии», что не благоволили сержанту Вормайеру. Ллейк, как и некоторое число старожилов-ветеранов во главе с Гумбольдтом тяготели к моим людям.

Старый служака вообще как будто получил второе дыхание с тех пор, как начальником гарнизона я объявил Святослава. Сержант Вормайер остался лишь управлять своими людьми. А вот коннетабль Гумбольдт с несколькими приданными ему солдатами, теперь и вовсе подчинялся только Святу и мне.

На них я и делал ставку в кое-каком предстоящем дельце…

— Господин барон! Все тридцать шесть человек здесь, — отрапортовал Райко-верцианец, — Больных нет.

Люди за его спиной украдкой посматривали на меня. Оно и понятно — для них я человек новый, хоть и давал достойный заработок в мирное время. О том, что идут на разбойников — им уже сообщили. Подтянутые бойцы, ещё не раздобревшие на вольных хлебах и сидении в Эстере. Неплохо. Оружие у них действительно было хорошим, как и обещал верцианец.

— Провиант, на который я выделил деньги, закуплен?

— На две недели сухие бобы, вяленое мясо и сухари. Ещё взяли солёный сыр на первое время. Денег хватило.

— Болты, пули и порох?

— Закуплены согласно контракту, — чётко ответил Райко Эссем.

— Хорошо, хорошо… — медленно закивал я, — Поступаете в распоряжение капитана Свята. Скоро прибудет Альбрехт с моими пушками. Нужно будет вместе с его артиллеристами сделать накаты с площадками к провалам в стенах. Использовать для этого только то, что внутри двора, из крепости не выходить, костёр если и палить, то один, и чтобы небольшой! Никто не должен знать, что здесь столько бойцов. Вся долина думает, что тут дозор из трёх человек.

— Ждёте разведчиков, милорд?

— Уверен, что лихие люди попытаются разузнать — что здесь да как. На этот случай мои люди будут дежурить на тропе к перевалу, чтобы к нам не заглянули «сверху». До перевала здесь отвесные скалы — там и горный барс с трудом пролезет. Поэтому остаётся только главная дорога к воротам. А пройдя по ней, они не должны увидеть ничего кроме дозора! Ясно?

— Ясно, господин барон. А как сюда незаметно закатят пушки?

— Капитан сделает так, чтобы ни одни лишние глаза не появились в окрестностях. Пушки пойдут по другой тропе из земель Литтории.

Райко удивился:

— Из Литтории?

— Да. Та тропа не видна из моей долины.

— Понял, милорд. Мои люди сделают все в лучшем виде. Не извольте сомневаться!

— Надеюсь, господин Эссем, надеюсь…

Я отправил сержанта-верцианца «квартировать» его солдат, а сам подозвал Ллейка:

— Что там Рене?

Ландскнехт отправился вместе с ним в Эстер, как я и обещал Лиму-сплавщику в качестве моего представителя, если барку с пушками вдруг остановят по какой-то причине.

— Просил передать, что все ваши приказания выполнены. К тому времени, как мы с сержантом Эссемом выдвинулись сюда поутру — ваши орудия погрузили ночью на барку к Лиму. Альбрехт и его пушкари заночевали там же.

— Лима видел? Задаток отдал?

— А то как же! Всё чин по чину. Лим кланяется вам и передаёт, что у него к концу месяца будет две артели сплавщиков, готовых вязать ваш лес. И что он прибудет с грузом на месте через три дня, ежели нигде не застопорится. Сейчас день ещё длинный, Лим будет идти по Эст-Долу до темноты и приставать только на ночлег.

— Две артели? Неплохо! — похвалил я родственничка Милоша Фогеля.

Всё же знакомство с писарем давало свои плоды не только потому, что у меня появились копии «Межевой грамоты земли Вальденбург» и договоров с предыдущим бароном.

Солдат усмехнулся:

— А чего ж ему не стараться, ежели вы сами позвали Лима на богатый промысел?

— Лим удивился грузу?

— Да не то, чтобы сильно… — хмыкнул Ллейк, — Цену не задирал, ни с чем не спорил.

Значит, Лим промышляет не только сплавом, но и всякие другие вещички по реке переправляет. Надо запомнить — вдруг пригодится.

Я похлопал солдата по плечу:

— Молодец! Хорошая работа. Через день отправишься с Хельмутом к месту, где пристанет барка. Будьте там осторожнее — это уже граница с Литторией, так что лошадей оставите в лесу на нашей стороне. Как