Воздушная кавалерия. Том 7 - Джек из тени

— Стационарный защитный барьер вокруг крыла, где находится ваша спальня активирован. Прочность — эквивалент двадцати сантиметров гомогенной брони. Выдержит прямое попадание из гранатомета. Автономное питание от скрытого источника. Периметр заблокирован.

— Отлично. Внешние турели?

— Переведены в автоматический режим. Целеуказание по принципу «свой-чужой». «Свой» в системе только ты.

— Ммм… Слишком быстро подавят, переведи турели в режим ожидания. Активация по моей команде. Сектор обстрела только подходы к дому.

— Готово. Создаю «зону отчуждения» радиусом в сто метров вокруг виллы. Внутри этой зоны турели будут работать на поражение.

— Алиса, протокол «Одиночка», активация по моей команде.

На этот раз в голосе хвостатой прозвучала тревога.

— Кирилл, ты уверен? Полная активация… Это колоссальная нагрузка на твой организм. Есть риск…

— Как всегда, — пожал плечами.

Риск был, разумеется, протокол «Одиночка», это, по сути, боевой режим, в котором Консоль снимала все биологические ограничители моего тела, разгоняя метаболизм, реакцию и мышечную силу до запредельных величин. Я превращался в машину для убийства. Но цена за это была высока. Каждый раз после такой активации я чувствовал себя так, будто меня переехал товарный поезд. А полная, нелимитированная активация… Я еще ни разу ее не использовал, надеюсь и сейчас не придется.

Я посмотрел на тактическую карту. До виллы оставалось меньше восьмисот метров. Пора было начинать. Я тихо, на цыпочках, вошел в спальню. Елена все так же мирно спала, улыбаясь во сне. Я на мгновение замер, глядя на нее. Такая беззащитная, такая далекая от всего этого кровавого безумия. Я наклонился и легко, почти невесомо, поцеловал девушку в лоб.

Я выскользнул на террасу. Холодный предрассветный воздух ударил в лицо. Я был одет лишь в легкие брюки и футболку. Ни брони, ни оружия. Только я и тридцать человек, которые шли меня убивать.

— Ну что ж, — усмехнулся, обращаясь к пустоте. — Добро пожаловать в ад, ублюдки.

Я посмотрел на стену леса, откуда они должны были вот-вот появиться, и отдал последнюю команду.

— Алиса. Активация.

И мир для меня изменился.

В тот момент, когда отдал команду, реальность словно треснула и рассыпалась на мириады пикселей, чтобы тут же собраться заново, но уже в совершенно ином качестве. Это было похоже на то, как будто кто-то выкрутил ручки контрастности и резкости на максимум. Цвета стали глубже, звуки отчетливее. Я слышал, как в сотне метров от меня шелестит листва под лапами пробегающей животинки, как в море, далеко внизу, плеснула рыба. Видел каждую травинку на газоне, каждую каплю росы, застывшую на перилах террасы.

Но главное изменение произошло внутри. Тело перестало быть просто телом, превращаясь в идеально отлаженный, послушный инструмент. По венам несется разогнанная до предела кровь, как напрягается каждая мышца, готовая к взрывному усилию. Боль, усталость, страх, все эти человеческие эмоции ушли, остались лишь холодный расчет и кристально ясная цель: выжить и уничтожить угрозу.

На внутренний дисплей Алиса вывела тактическую карту. Красные точки нападавших уже вошли в лесополосу, примыкающую к поместью. До дома оставалось меньше трехсот метров. Они разделились на группы по пять человек, заходя с разных сторон.

— Дистанция двести пятьдесят. Они замедлились, проводят рекогносцировку , —доложила Алиса. — Лидеры групп, Кинетики, сканируют местность. Кажется, они что-то почуяли.

Я усмехнулся, еще бы им не почуять. Я сейчас был как маленький ядерный реактор, фонил так, что любой хоть немного чувствительный Кинетик должен был ощутить это в любом случае. Они поняли, что в доме ждет не спящий барон, а нечто другое.

Не стал ждать, пока противник подойдет поближе. Первым делом нужно было лишить их глаз и координации. В ту же секунду все освещение на территории виллы и в саду погасло. Прожекторы, садовые фонари, подсветка бассейна, все вырубилось, погрузив поместье в абсолютный, первозданный мрак, который лишь слегка разбавлял бледный свет нарождающегося рассвета.

На тактической карте я видел, как красные точки на мгновение замерли. Они потеряли визуальный контакт с целью. Я же, наоборот, видел все идеально. Интерфейс Консоли переключился в режим ночного видения, совмещенного с тепловизором. Для меня нападавшие были яркими, оранжевыми силуэтами на холодном синем фоне.

— Есть реакция, одна из групп поддержки выдвинулась вперед. Пытаются занять позицию на холме к востоку от дома, чтобы простреливать террасу, — комментировала Алиса.

Это была группа без Кинетика, пять обычных штурмовиков. Идеальная первая цель.

Я шагнул с террасы прямо на газон и быстро исчез. Тело, разогнанное Консолью, двигалось на пределе физических возможностей. За считанные секунды я преодолел сто пятьдесят метров, отделявших меня от холма.

Первого бойца снял, когда он как раз выбирал позицию за большим валуном. Я вырос из темноты прямо за спиной. Он даже не успел обернуться. Удар ребром руки, ставшей твердой, как сталь, и шея хрустнула с характерным звуком. Тело мешком обмякло, не издав ни звука.

Второй присел в десяти метрах. Он что-то прошептал в ларингофон, видимо, докладывая о том, что занял позицию. Короткая перебежка, во время которой у меня в руке сформировался нож. Боец задницей почувствовал свою смерть и успел повернуться ко мне, выхватывая пистолет из нагрудной кобуры. Выстрелить не дал, выбив ствол из руки и всадив нож в сердце.

Остальные трое шли плотной группой чуть ниже по склону. Один из них нес в руках монструозного вида снайперскую винтовку. Бойцы услышали звук падения тела и замерли, вскинув оружие.

— Третий, что у тебя? — прошипел в рацию командир.

Ответа не последовало.

— Третий, отвечай! Черт!

Бойцы двинулись вверх по склону, держа сектора обстрела. Но сейчас у них не было шансов. Я не стал прятаться, просто шагнул навстречу из-за валуна. Командир группы, самый опытный, среагировал первым. Он вскинул свой автомат, но выстрелить не успел, моя тушка уже была рядом. Перехватываю ствол, отворачивая в сторону. Одновременно наношу короткий удар в кадык. Пока он, хрипя и задыхаясь, падал на колени, схлестнулся с остальными.

Один из них успел нажать на спусковой крючок. Но я уже сместился, и очередь из автомата с глушителем, издавшая лишь серию сухих щелчков, ушла в пустоту. Я ударил его ногой в колено, с хрустом выворачивая сустав в обратную сторону. Боец взвыл от боли, но вой тут же оборвался. Нож блеснул в моей руке, пробивая легкий бронежилет и грудную клетку.

Последний боец, видя, что произошло с его товарищами, впал в панику. Он попытался отступить, стреляя на ходу. Я не стал с ним играть, просто сформировал из окружающих