Гибнущий мир - Карина Крылова

В один из дней, сидя под тенью скалистого выступа с книгой в руках, она как никогда скучала по ушедшим денькам. Будь учитель рядом, все обернулось бы иначе. Ей было бы безразлично, что на нее косятся люди, которым она не сделала ничего плохого и желала только добра. Уходить из родного дома тоже не пришлось бы.

Стоило ей ненадолго отвлечься, как мысли плавно перетекли в другое русло, а потом начали сплетаться в совсем уж безумные образы. Голоса и шум отдалились, а конечности налились свинцом. Тяжелый фолиант выскользнул из рук и с глухим звуком упал на песок.

Айрин поглотила густая темная пелена с мрачным фиолетовым мерцанием. Она не понимала, где находится. Вокруг стелился густой черный дым, так похожий на тот, что поднимался клубами над погребальными кострами. Она утратила чувство равновесия и оказалась над темной бездной, из которой к ней потянулось мягкое и влажное щупальце, обвило ногу и поползло вверх.

Сердце окутали холод и страх.

Рядом вспыхнули ярким светом глаза, а вслед за ними – еще и еще, пока все свободное пространство не заполнило множество пар красных глаз, неотрывно следящих за ней.

Пробуждение было не из приятных: она схватилась за грудь, жадно хватая воздух ртом. Холодный пот тонкими дорожками стекал по вискам, в животе поселилась пустота, выкручивающая внутренности. Айрин постаралась вспомнить, что именно ей привиделось. Неясно выступили очертания, но растворились, словно им сложно было удержаться в памяти.

Понемногу взяв себя в руки, она подняла голову и осмотрела одно знакомое лицо за другим. Люди спали. Лунный свет обрисовывал расставленные полукругом телеги. Ветер холодил кожу. Айрин взглянула на посеребренное звездами небо – до рассвета оставалось еще несколько часов. Чем ближе они подходили к Аталейну, тем длиннее становились привалы: усталость брала свое.

* * *

Тело после пробуждения стало вялым и беспомощным – даже для того, чтобы просто пошевелить рукой, приходилось прилагать немало усилий. Плотнее укутавшись в легкий плащ, Айрин ближе придвинулась к костру и заметила стоящего неподалеку Агрога. Похоже, сейчас была его очередь охранять лагерь от незваных гостей. Она медленно поднялась, чтобы не потревожить спящих, и тихо подкралась к наставнику.

Агрог со сложенными на груди руками чуть склонил голову, заслышав шорох, но вновь сосредоточился на дежурстве, когда заметил ее.

– Иди спать.

– Я выспалась.

Плотнее укутавшись в платок, Айрин посмотрела на расстилавшуюся перед ними равнину. Скалы образовывали длинную горную цепь, темнеющую на фоне неба. Единственный свет исходил от тонкого серпа луны, рядом с которым висела одна яркая звезда, подрагивая. Ночь сохраняла видимость спокойствия, сегодня их не беспокоили даже волки.

– Тебе опять снился кошмар?

Бросив украдкой взгляд на Агрога, Айрин замялась. Поскольку он был менее суеверным и более понимающим, она могла надеяться, что подобные странности, когда она неосознанно выпадала из реальности, не посеют зерно сомнения в нем и не заставят от нее отвернуться.

– Многим магам снятся кошмары. Отец не проверял тебя на наличие силы? – спросил он, прежде чем Айрин нашла в себе силы признаться.

– Проверял и сказал, что в этом я безнадежна.

Агрог, казалось, улыбнулся по-настоящему впервые с того момента, как они познакомились.

– Это не так уж и плохо – не обладать магией.

Айрин кивнула, радуясь, что Агрог не раскрыл ее ложь. Она сама не знала, зачем соврала; учитель никогда не проверял ее на наличие магии. Но будь в ней хоть частичка дара, она бы об этом знала, верно?

Этой ночью никто из них больше не разговаривал. Айрин закуталась в одеяло, но уснуть так и не смогла, то и дело возвращаясь к словам Агрога. Страшно было видеть его радость там, где, казалось, ее быть не должно.

Когда до Аталейна оставалась половина пути, шаман, дряхлого вида старик, предсказал приближение бури. Их небольшой караван, день ото дня становившийся все малочисленнее, погрузил мешки и провизию на телеги и двинулся в путь, чтобы спрятаться у виднеющейся впереди скалы. Они сидели там, пока небо то светлело, то темнело. Несколько изможденных людей умерли прямо там, и их закопали в дальней части пещеры. Айрин знала, что нельзя спасти всех, но на душе не становилось легче, и она пряталась, стараясь как можно меньше разговаривать с посторонними.

Агрог тоже выглядел уставшим. Почти все свободное время он был занят изучением книг или о чем-то размышлял, отделившись от остальных. Айрин хотелось поговорить с ним, но обстановка мало к этому располагала. К тому времени как буря закончилась и они могли перестать опасаться обжигающего ветра, прошло несколько дней.

В воздухе пахло пылью. Обычно Айрин любила часы утренней прохлады, и сейчас, собирая вещи, она то и дело поднимала взгляд, чтобы полюбоваться тем, как встающее солнце золотит верхушки скал.

– Идем.

Возникший рядом Агрог мягко потянул ее за собой, и они двинулись в путь, отделившись от остальных.

– Аталейн близко. Нам не стоит приходить вместе с ними, – пояснил Агрог, заметив, что она нервно озирается по сторонам.

Айрин пришлось перестать оглядываться и послушно идти вперед. При свете дня скалы, похожие на раскрытую хищную пасть, выглядели еще более зловеще. На вершине утеса виднелось старое чахлое дерево, незаметное ночью. Протяжно вскрикнув, с него спикировала большая черная птица и скрылась где-то в расщелине. У них в деревне считалось, что это плохой знак.

Когда они подошли ближе к городу, пыль, висевшая в воздухе, рассеялась, открывая мерцающий, словно мираж, зеленый островок. От картины захватывало дух. Но стоило присмотреться повнимательнее, как восторг сменился настороженностью.

Впереди тянулась вереница людей, многие сидели прямо на земле, утирая с лиц пот. Женщины качали на руках плачущих от жары детей, в воздухе витал неприятный запах пота и нечистот. Айрин заметила лежащего на голой земле мужчину: его глаза запали, кожа пожелтела, а тело превратилось в обтянутый кожей скелет. Казалось, стоит только дотронуться – и он рассыплется. Она постаралась незаметно посмотреть на Агрога, но тот лишь равнодушно отвернулся.

– Наставник… – неуверенно начала Айрин и запнулась, сама не зная, о чем хотела спросить. Столкнувшись с первым подобным порывом попросить наставника помочь, она понимала: этот мужчина нежилец.

Все они – безликая масса беженцев, ломящаяся в ворота города в надежде обрести дом. Айрин не ожидала, что увидит так много нуждающихся, и испугалась.

У стен, словно песчаные дюны, сгрудились хижины и шалаши. Хлипкие и неустойчивые, они казались ненадежными: стоит только дотронуться – они тут же осядут на землю. Представляя себя живущей в таком месте, в