Истинная на испытательном сроке - Вик Арис

Но чем дольше я смотрела, тем сильнее чесались пальцы.

У Волкова в календаре за последние две недели было несколько странных окон. Служебные блоки без названия, только кодовые пометки: С-13, ВЛ-2, Резерв. В обычном расписании руководителя крупной компании таких дыр хватает, но эти были слишком аккуратно поставлены между реальными встречами, а в логах посещений рядом с ними не было нужных совпадений. Если Андрей Сергеевич ехал на объект, машина должна была фиксироваться в маршруте. Если принимал человека здесь — должен был быть пропуск. Если встреча закрытая — хотя бы служебная отметка безопасности.

А тут местами было пусто.

Пустота в системе — это не отсутствие следа. Это тоже след, только для тех, кто не ленится смотреть.

— Простите, вы новая помощница?

Я подняла голову. Перед столом стояла девушка лет тридцати, тонкая, светловолосая, с папкой в руках и осторожным выражением лица.

— Временно исполняющая обязанности, — сказала я. — Звучит солиднее, чем «посадили рядом с кабинетом и смотрят, когда сбежит».

Девушка улыбнулась, но быстро оглянулась на дверь Волкова.

— Я Оля, юридический отдел. Мне нужно передать Андрею Сергеевичу пакет по подрядчикам. Обычно Лера относила на подпись до обеда.

— Давайте. Я разберусь.

Оля положила папку и задержалась на секунду.

— Вы правда… человек?

— Сегодня утром была, да.

Она смутилась.

— Простите. Просто у нас редко…

— Люди? Женщины? Нарушители режима доступа?

— Все вместе, наверное.

Я уже хотела ответить, но мимо приемной прошли двое мужчин. Оба в темных костюмах, оба волки, оба посмотрели на меня с одинаковым выражением: любопытство, недоверие и что-то вроде «интересно, как долго это тут продержится». Один сказал второму тихо, но не настолько, чтобы я не услышала:

— Это она?

Второй ответил:

— Та самая.

Я сделала вид, что проверяю папку. Оля неловко переступила с ноги на ногу.

— Не обращайте внимания. Они не со зла.

— Ага. У них просто лица такие с рождения.

— В основном да, — неожиданно сказала Оля и сразу покраснела.

Вот она мне понравилась.

Когда Оля ушла, началось настоящее веселье. Телефон звонил так, будто Лера перед исчезновением прокляла аппарат и завещала ему мстить преемнице. Один отдел требовал перенести встречу, второй просил срочно согласовать пропуск, третий хотел узнать, будет ли Андрей Сергеевич на совещании в пятнадцать ноль-ноль, а четвертый, кажется, просто проверял, умею ли я говорить без дрожи в голосе. Я умела. Правда, после пятого звонка начала мечтать о табличке «помощница альфы хоть и не кусается, но скоро начнет».

К полудню я выяснила три вещи.

Первая: Лера действительно была очень хороша. Система держалась на куче мелких привычек, внутренних сокращений, личных пометок и договоренностей, которые не объяснялись в инструкциях.

Вторая: меня проверяли. Не грубо, не открыто, но постоянно. Кто-то задавал вопросы, на которые уже знал ответы. Кто-то просил доступ, который не должен был просить через помощницу. Кто-то пытался заставить меня ошибиться в очередности встреч. Волки щупали новую переменную на территории.

Третья: Андрей Волков имел странную привычку появляться именно в тот момент, когда я начинала забывать, что он за дверью.

Первый раз он вышел из кабинета, когда я спорила по телефону с начальником транспортного отдела.

— Нет, я не поставлю вам окно на четырнадцать тридцать, потому что в четырнадцать двадцать у Андрея Сергеевича встреча с юристами, а в четырнадцать пятьдесят он уже должен быть на закрытом совещании. Если вы хотите, чтобы он телепортировался, пришлите техническое описание процесса, я рассмотрю. Если нет — выбирайте шестнадцать десять или завтра утром.

Я повесила трубку, подняла глаза и увидела Волкова.

Он стоял в дверях кабинета, высокий, спокойный, с легкой тенью улыбки в уголке губ.

— Телепортация в список навыков помощника входит?

— За двойную ставку я готова изучить теорию. Практику не обещаю, у меня бедра не рассчитаны на распад по молекулам.

Он задержал взгляд на моем лице. И от этого почему-то стало жарче, чем от самого нахального взгляда.

— Вы ели?

Я расстерялась.

— Простите?

— Вы пришли утром, пережили встречу с бывшим, собеседование, смену должности и три часа звонков. Вы ели?

— Андрей Сергеевич, я взрослая женщина, временная помощница и человек, способный обойти вашу кадровую систему. В список моих базовых функций входит добыча пищи.

— Ответа я не услышал.

— Потому что вопрос звучал не как рабочий.

Я откинулась на спинку стула и посмотрела на него внимательнее. Он не шутил. В его спокойствии была какая-то плотная забота, от которой хотелось одновременно смягчиться и укусить. Не буквально. Хотя в этом здании, возможно, пришлось бы уточнять.

— Я ела булочку утром, — сказала я. — До того, как мой бывший решил стать препятствием для карьерного роста.

— Этого мало.

— Для чего? Для выживания? Для исполнения обязанностей? Для вашего внутреннего волчьего регламента по кормлению истинных?

В приемной стало тихо. Даже Оля из юридического, проходившая мимо с папкой, притормозила на полшага и тут же ускорилась, видимо, решив не становиться свидетелем наших разборок.

Андрей не отвел взгляда.

— Закажите обед. Что захотите. За счет компании.

— Как щедро. А если я закажу половину меню?

— Значит, бухгалтерия впервые за день займется чем-то полезным.

Я прикусила губу, чтобы не улыбнуться. Получилось плохо.

— Не надо меня кормить, Волков.

— Я не кормлю. Я обеспечиваю работоспособность сотрудника.

— Вот эту формулировку и оставьте. Она менее пугающая.

Он чуть наклонил голову.

— Тогда обеспечьте работоспособность, Александра. Через сорок минут мне нужен обновленный график по встречам до вечера. И не задерживайтесь сегодня после семи.

— Мой рабочий день стоит дорого, Андрей Сергеевич. Я собираюсь отработать каждую копейку.

— Я не сомневаюсь. Но после семи вы уходите.

И ушел обратно в кабинет, оставив меня с телефоном, календарем и желанием швырнуть в закрытую дверь чем-нибудь канцелярским. Желательно дорогим. Его забота была похожа на мягкую удавку: вроде тепло, вроде приятно, вроде человек — ладно, волк — не равнодушен, а все равно хочется немедленно проверить, где узел, и перегрызть.

Я заказала обед.

Не потому что он сказал. Потому что я действительно хотела есть. И потому что если компания Волковых готова оплатить мне лосось, салат, суп и десерт, отказываться глупо. Независимость независимостью, а чизкейк по корпоративному счету