Меморандум Фуллера - Чарлз Стросс

«Я могу идти!» — взвизгиваю я, задыхаясь. «Дайте мне… встать…»

Джулиан хватает меня под левую подмышку — неповреждённую — и рывком поднимает на колени. Я пытаюсь встать на ноги, и всё становится серым на несколько секунд, но я не падаю в обморок. Я просто задыхаюсь и кружится голова, и немного тошнит, и правая рука ужасна.

«Хорошо», — говорит Джонкилл, беря меня за правый локоть, когда Джулиан отпускает меня и наклоняется, чтобы поднять своего бывшего друга, игравшего с телефоном. «А теперь ты просто пойдёшь вот так, мистер Ховард, а потом спустишься за Джулианом вниз, сядешь в машину и будешь сидеть смирно, верно?»

Я киваю. Ублюдки Козлоёбы. Если они думают, что окровавленный мужчина со скованными за спиной руками не привлечёт внимания на средней лондонской улице…

Чёрт, — думаю я в отчаянии, когда достигаю подножия лестницы и Джулиан открывает боковую дверь в гараж. Для культистов из Команды Б у этих двоих всё схвачено. Джонкилл открывает заднюю дверь серебристого седана «Мерседес», и Джулиан кряхтит, задвигая тело Гарета на пассажирское сиденье и усаживая труп так, чтобы казалось, будто он спит. Затем он открывает багажник серебристого «Мерседеса» и заталкивает меня туда головой вперёд, так что я приземляюсь на правую руку в огненной вспышке агонии. И это последняя ясная мысль, которая приходит мне в голову на некоторое время.

14. ГРОБНИЦА МУМИИ

ПУТНИ-ХАЙ-СТРИТ, ПРИМЕРНО В ПЯТНАДЦАТИ КИЛОМЕТРАХ К ЮГО-ЗАПАДУ от центра столицы, — это оживлённая торговая и деловая артерия, кишащая магазинами, пабами и прочими городскими удобствами: железнодорожная станция и станция метро, местный магистратский суд, пожарные части. За главной улицей, словно листья, вьются тенистые, обсаженные деревьями дороги, приютившие бессчётные тысячи домов и особняков, каждый бордюр забит припаркованными машинами обитателей пригорода.

Сейчас ранний вечер. Пожарная машина управления — громоздкая, красная, с ящикообразной рубкой управления в кузове — стоит на проезжей части парковки суда, её ближние колёса на тротуаре, мигают синие проблесковые маячки. Рядом ждёт пара полицейских машин, готовых расчистить путь, если грузовик тронется.

Несмотря на внешний вид, это на самом деле не пожарная машина: она принадлежит ОККУЛЬТУСу — Отделу координации оккультного контроля, связи, нестандартные ситуации — тому подразделению военных, которое мои работодатели вызывают, когда ситуация, по лестнице апокалипсиса Энглтона, поднимается выше Первой ступени. И прямо сейчас её обитатели занимаются тем, чем солдаты часто занимаются лучше всего: ждут вызова.

Коротышка, жилистый, в роговых очках и твидовом пиджаке с кожаными заплатками на локтях поверх зелёного шерстяного свитера, развалился в офисном кресле перед столом с прикрученным ноутбуком и кучей средств связи. Он преждевременно лысеет — ему ещё нет сорока, — и его кожа слегка полупрозрачна, будто состарившаяся не по годам. Между плечом и правым ухом зажат оливково-зелёная телефонная трубка, и он нетерпеливо барабанит пальцами, ожидая на линии.

«Да? Да?» — нетерпеливо требует он.

«Соединяю вас, сэр…» Ещё помехи. Трубка ведёт не к телефону, мобильному или иному, а к терминалу TETRA, выделенному для ОККУЛЬТУСа: устаревшая цифровая радиотехнология начала девяностых, но правительство заперто в ней тридцатилетним контрактом. «Доктор Энглтон на линии».

«А, Джеймс! Ты там?»

«Майор Барнс?»

«Да, это я! Есть новости о нашем парне?»

«Мы можем его найти». Голос Энглтона чист. Барнс невольно садится прямее.

Дальше в машине ОККУЛЬТУСа человек в ярко-жёлтом защитном костюме ХАЗМАТ отрывает взгляд от HK MP5, который он проверяет в третий раз. Другой солдат в таком же костюме, пониже и покрепче, толкает его в спину. «Эй, Страшный, никто не говорил тебе, что подслушивать невежливо?»

«Виноват, сэр».

Майор Барнс игнорирует их: Энглтон говорит. «У меня есть предварительная точка, и я сейчас еду к вам. Должен быть у вас через пять минут. Как только буду на месте, смогу вести вас к цели лично».

«Вы уверены, что это целесообразно?»

«Нет, но тактическое командование я оставлю вам; проблема в том, что у меня нет точной точки, только в пределах сотни метров. Мне нужно быть на месте».

Майор Барнс молча ругается. «Ладно, будем работать с этим. Что именно, по-вашему, нас ждёт?»

«Понятия не имею, — жизнерадостно говорит Энглтон, — но что бы это ни было, оно устроено ячейкой Чёрного Братства. Если повезёт, это окажется конспиративная квартира всего с парой обитателей. Если нет… помните девиз скаутов?»

«Будь готов», — эхом отзывается Барнс с выражением мученической боли на лице. «Чин-чин и всё такое. Надеюсь, это не пойдёт наперекосяк…»

«Хорошая новость в том, что я добился разрешения на применение «Скорпионьего Взора». Так что, когда мы поймём, с чем имеем дело, у вас не должно быть проблем с локализацией вспышки».

«Как замечательно», — кисло говорит Барнс. «Вы ожидаете массовых жертв среди гражданского населения?»

«Надеюсь, что нет». Энглтон замолкает. «На что я надеюсь, так это на легкодоступные цели. А, вот и я — через минуту…»

Ещё одна полицейская машина подъезжает, мигая огнями; когда майор Барнс выглядывает в боковое окно грузовика, он видит, как открывается задняя дверь и из неё выбирается Энглтон. Барнс оглядывается на сидящих сзади в ХАЗМАТе. «Скоро выход. Обстановка, Джим?»

Уорент-офицер Хоу опускает карабин и окидывает взглядом семерых остальных бойцов своего полувзвода: «Готовы, сэр». Его незаданный вопрос — готовы к чему? — повисает в воздухе, но он работает с Барнсом достаточно долго, чтобы не произносить его вслух.

«Сейчас поднимется Энглтон», — говорит майор. «Так что подтянитесь».

Дверь открывается, и Энглтон входит в грузовик. Он улыбается, как труп. «А, джентльмены. Хотел бы я сказать, что рад вас снова видеть; нам действительно нужно перестать встречаться при таких обстоятельствах». Это вызывает смешок у сержанта Спайса. Энглтон проходит к месту майора Барнса, пригнув голову, чтобы не задеть свисающие сверху стойки с оборудованием. «Мы очень близко, — тихо говорит он. — Я чую это».

Барнс знает, что лучше не закатывать глаза. Иметь дело со шпиками часто означает быть нянькой — особенно для параноидального генерала от ведьм, в данном случае. «Если бы вы просто сказали водителю, куда ехать, сэр?»

«Разумеется». Энглтон протискивается мимо спинки кресла Барнса и скользит на переднее пассажирское сиденье.

Водитель косится на него. «Сэр?»

«Погасите мигалки, затем выезжайте. Я хочу, чтобы вы медленно проехали по главной улице. Я скажу, когда остановиться».