Последняя из Охотников - Екатерина Сергеевна Богданова

стоит только оборвать ментальный контакт с хозяином, что командующий и сделал, лишив Прустоса магии. Другими словами, заместителю командующего заблокировали потоки, окончательно и необратимо. А Зверь, побывавший под контролем мага, чувствует своего бывшего хозяина и не может устоять перед желанием убить его. На этом командующий и решил сыграть. Он не был уверен, что у Зверей только один детёныш, поэтому отдал Прустоса, предварительно опутав его поисковыми заклинаниями. И на рассвете, когда Зверь, удовлетворившись убийством бывшего хозяина, уснул, его схватили, применив ловушку, описанную в дневнике. Ничего сложного, ни капли магии, только сила и немного древней алхимии. Оказывается, Звери не могут противостоять дыму, источаемому при сгорании смеси тысячелистника, белладонны, ромашки и аконита. И меня в этот план не посвятили только потому, что не было уверенности, что и на меня данная смесь не подействует.

— Согласись, было бы странно, если бы тебя подкосило оружие, нацеленное на Зверей, — закончил свой рассказ Дэрил. — Для всех ты по-прежнему моя протеже, и только избранные знают, что ты Охотница. Но даже они приняли бы тебя за монстра, если бы ты отреагировала на ловушку для Зверей.

— А я на неё отреагировала бы? — спросила, уже и так зная ответ.

— Да. Я проверил, пока ты спала, — кивнул Дэрил. — Ты подвержена всем слабостям Зверей. Вас можно уничтожить одним и тем же оружием. И наша проблема в том, что всё, что влияет на Зверей, так же влияет и на тебя. Мне удалось найти описание обряда возвращения, отправляющего предметы и живых существ туда, где они должны быть, но в процессе совершения пробного обряда меня вызвала капитан Лонд, так я узнал, что на тебя он тоже воздействует. Вы связаны гораздо сильнее, чем мы думали. Сейчас Звери в камере, в которую поступает дым от смеси белладонны, ромашки, аконита и тысячелистника, что позволяет удерживать их в бессознательном состоянии. Но главы ждут от меня отчёта. Они потребуют уничтожить Зверей. И их не остановит риск одной смерти перед угрозой безопасности всей долины. Времени мало, но мы найдём выход, мы обязаны его найти!

— А если не найдём? — спросила я шёпотом.

— Найдём, — упрямо повторил Дэрил.

— И всё же, если не найдём, то… я отправлюсь в прошлое вместе со Зверями?

Эти слова дались мне с величайшим трудом. В душу медленно, но неотвратимо заползали липкие щупальца страха. Я не хочу в прошлое! Не хочу стать одной из тех, кто ежедневно убивает, чтобы выжить. Я там и дня не продержусь!

— Нет, Вэл, ты не можешь вернуться в прошлое, потому что твоё место здесь, в настоящем, — устало покачал головой командующий. — Тебя не призывали сквозь временные рамки, в тебе пробудили наследие предков. И я понятия не имею, как подействует этот обряд на тебя. Но, судя по тому, что описала капитан Лонд, хорошего ждать не приходится. Сейчас господин Балдор, вместе с умельцами управления, ищут способ… избавить тебя от охотничьей составляющей. Но, повторяю, времени крайне мало. Мне удалось убедить глав подождать, но вечно они отговорки принимать не будут. У нас день, может быть два. Дальше тянуть время я не смогу. За дело возьмутся проверяющие из маг.комиссии. Теперь ты знаешь всё. Если бы мы только знали, по какой схеме происходит активация крови предков, что именно послужило катализатором, тогда, возможно…

— Подожди, — перебила я рассуждения Гронна. — А откуда такая уверенность, что я погибну вместе со Зверями? Может быть, умрёт только Охотница во мне, а сама я останусь жива? Хотя, нет. Нельзя их убивать.

Я помотала головой, отгоняя малодушные мысли. Как мне такое вообще могло в голову прийти? Пожертвовать тремя жизнями ради собственного благополучия? Нет, это не я. Но ехидный внутренний голос нашёптывал, что это как раз я. Новая я, для которой своя жизнь всегда будет в приоритете. Да, от этой составляющей своей личности я избавилась бы без сожалений. И пусть вместе с ней уйдут сила, уверенность и много других качеств, с которыми я уже сроднилась, привыкла к ним, и не представляю, как буду жить без них.

— Я рассматривал вариант с убийством, Вэл. Но Балдор уверен, что ты погибнешь. Если бы ты ещё не приняла свою охотничью суть, тогда, возможно, шанс и был бы. Сейчас же ты не просто девушка с толикой крови Охотников, ты полноценный Охотник.

— И я не собираюсь сидеть и лить слёзы, — произнесла с усмешкой. — Не в моём характере, знаешь ли.

Встала, подошла к двери и поинтересовалась:

— Ты идёшь?

— Куда? — приподнял брови Дэрил.

— Помогать старикашке-учёному искать способ превратить меня в плаксивую, трусливую девчонку. Или у тебя есть идеи, как провести время с большим удовольствием? — взглянув на контролёра через плечо усмехнулась я.

— Не думаю, что мы сможем им чем-то помочь, — покачал головой мужчина.

— И правильно, не думай, действуй, — одобрительно кивнул я. — И поторопись. Сам же сказал, что у нас мало времени.

— Ты неподражаема, — хмыкнул командующий.

— В этом-то и проблема, — буркнула я в ответ, выходя из кабинета.

* * *

По моему требованию Гронн провёл в лабораторию Малиту. Сначала командующий упирался, мотивируя отказ низким уровнем допуска капитана Лонд, но я настояла и Мали «временно повысили». Приведя её, Дэрил пожелала нам удачи и отправился «пудрить мозги главам», как он сам выразился.

Подруга прониклась степенью моих неприятностей и тут же включилась в обсуждение проблемы. И, как оказалось, на её присутствии я настояла не зря. Малите удалось припомнить подробности, которые вылетели из моей головы. Так, благодаря ей, учёные узнали, что началось всё с моего похода в Ларчик Старины. Она рассказала о том, как утром, после первого провала в памяти, мы ходили к мадам Борненжо, но оказалось, что сама мадам меня не видела, потому что лавку вообще в тот день не открывала.

— Так вы были в лавке или нет? — растерянно обратился ко мне Балдор.

— Была, — задумчиво кивнула я. — Но меня обслуживала не мадам Борненжо, а странная женщина в яркой одежде.

Воспоминания о том вечере были отрывочными, спутанными и словно покрытыми туманом. Я отчётливо помнила, как смуглая высокая женщина в канареечной хламиде и с необычным акцентом уговаривала меня примерить какое-то украшение, а я почему-то отказывалась. Но потом согласилась примерить всё, что